Ната Харо – Последняя ошибка (страница 2)
Кирсан поднялся с кресла, расправляя плечи, и направился к сыну, но тут телефон издал спасительно-пронзительный писк.
Мужчина остановился, поднёс трубку к уху, и с каждой фразой говорящего его лицо багровело, а тело напрягалось, делая его похожим на грозовую тучу, готовую разразиться молнией.
Назар стоял в паре метров и слышал серьёзный голос из трубки. Перед глазами пронеслись обрывки вчерашней ночи: выпивка, самокрутка с «чилловой» смесью, выкуренная перед самой поездкой в клуб…
Отец закончил разговор словами «Скоро буду» и убрал телефон в карман. Пара глаз, налитых кровью, поймала испуганный взгляд Назара. Этот взор пригвоздил юношу к полу. Ему казалось, он лежит навзничь, нагой, и ждёт наказания. Вот-вот палач вытащит гибкую розгу и отхлещет его по спине. Он почти физически чувствовал, как взгляд отца бьёт его – удар за ударом. Так он наказал бы себя сам – и это казалось справедливым.
Прошла лишь пара секунд. Отец широким шагом, словно танк, двинулся на сына, сжимая кулаки, но гнетущую тишину разрезал тонкий крик матери, перешедший в поток причитаний:
– Да что же ты творишь, окаянный? Не смей трогать сына! Я тебе не позволю, истукан бездушный! Я его под сердцем носила, всё ему отдала, не смей при матери и пальцем тронуть дитя! Ребёнок всего лишь ошибся! Все ошибаются, не вздумай руки распускать, бессовестный! – Эльвира повисла на могучем плече мужа, пытаясь оттащить его назад. – Давай успокоимся, всё обсудим! Что там могло случиться такого?
Щёки Назара вспыхнули. Воздух жёг лёгкие при вдохе. Естество сжалось до крошечной горошины где-то в глубине желудка. Сердце бешено колотилось, разгоняя кровь. Было страшно за мать, но страшнее – за себя. Назар медленно попятился к выходу, пытаясь улизнуть, но рёв остановил его:
– СТОЯТЬ, ЩЕНОК! – Кирсан одним движением сбросил жену и в мгновение ока схватил сына за шкирку. – Ты что, сучёныш, мало того, что машину разбил, так ещё и человека чуть не отправил на тот свет? Тебя мать всю жизнь у сиськи держала, ты как сыр в масле катаешься, и что мы получаем? Неблагодарную дрянь, наркомана и убийцу!
– Пап, я клянусь, я не думал, что так выйдет. Я за руль больше никогда… – Закряхтел Назар, пытаясь вырваться.
– Вот именно! Больше никогда не сядешь, пока сам на машину не заработаешь! Пошёл на заднее сиденье, поедем к следователю. – Кирсан с силой толкнул сына, и тот рухнул на пол, больно ударившись копчиком.
Назар потер спину, предвкушая синяки, и поспешил к отцовской машине, стараясь держаться на почтительном расстоянии. Он думал о том, каким чудом остался жив, насколько разбита машина и можно ли её восстановить… Миллион мыслей, и ни одной – о пострадавшем, об уголовной ответственности, о финансовых потерях родителей.
Глава 3
Кирсан остановил машину у продовольственного магазинчика у дороги, вышел и через пару минут вернулся с пакетом дребезжащих бутылок и пачкой сигарет.
– Ну, рассказывай, – обратился он к сыну, крутя в руках недокуренную папиросу.
– Ч-что? – Неуверенно переспросил Назар.
– Ты что, помимо того, что дурной, ещё и глухой? Рассказывай. Всё, до мельчайшей детали.
Сопротивление охватило разум. Сознаваться в том, в чём его всегда подозревал отец, не хватало духу, но красноречивый взгляд последнего не оставлял выбора. Тихим голосом, заламывая руки, Назар начал свой рассказ. Он объяснил всё, что помнил о прошлой ночи, ничего не утаивая. Вряд ли он ожидал таких откровений, мечтая стать ближе к отцу, но решил доверить даже то, что было страшно и стыдно произносить вслух.
– Мда. Не думал, что ты таким вырастешь. Верно, мать тебя разбаловала. Ну, и моя вина тут есть. – Мужчина швырнул окурок в окно и бросил на Назара взгляд, полный разочарования и боли. – Поехали. Послушаем, что следователь скажет.
Кирсан медленно вырулил на дорогу и вдавил газ. Тишина тяжёлой пеленой окутала обоих – каждый думал о своём.
– Значит так, – начал Кирсан, останавливаясь в глухом переулке и открывая бутылку пива, – я пойду в кабинет следователя. За рулём был я. – Он сделал ударение на местоимении. – Ты сидел рядом, мы ехали в клуб, потому что я напился и хотел с тобой время провести. Всё понял?
Назар несколько раз хлопнул глазами и выдавил:
– Зачем нам что-то придумывать? Разве нельзя просто дать следователю денег, а он всё сам уладит…
Тяжёлая оплеуха обрушилась на его затылок. Пульсирующая боль и звон в ушах мгновенно отдались в висках.
– Ты совсем дурак? По-твоему, любую проблему можно решить деньгами? – взорвался наконец отец, не выдержав безразличия и глупости сына.
А Назар и впрямь так считал. Чем больше проблема – тем крупнее сумма. В этом и заключался весь секрет.
Долгий, тягучий час извёл Назара так, что он уже порывался выйти и пойти к следователю сам, но вовремя останавливал себя. Наконец он увидел отца, выходящего из здания. Тот шёл, слегка прихрамывая, и затягивался сигаретой, сверля сына взглядом сквозь лобовое стекло. Странное предчувствие шевельнулось в груди. Тело Назара покрылось гусиной кожей, сердце заколотилось, словно ему вкололи ударную дозу адреналина. Воздух в салоне стал спёртым…
– Иди, – бросил Кирсан. – И помни, что я тебе сказал. Я был за рулём, я был пьян, ехали в клуб… Не оплошай, прошу тебя. – Мужчина завалился на водительское сиденье и с досадой опустил голову на руль.
– З-здравствуйте… – пролепетал Назар, переступая порог кабинета.
Помещение было пыльным и тёмным. Пара забитых бумагами шкафов, обшарпанные стены с десятком благодарностей, на подоконнике – груда сломанной оргтехники. Всё здесь вселяло чувство безнадёги. Голова загудела – то ли от похмелья, то ли от давящей атмосферы госучреждения.
– Здравия желаю, – ответил грубый, низкий голос мужчины за столом. – Лейтенант следственного комитета Рустам Казимирович Всевидящий. Назар Кирсанович?
– Д-да, это я, – проговорил Назар, ожидая, что за него представятся.
– Присаживайтесь. – Следователь жестом указал на металлический стул напротив. – Вы знаете, почему вас вызвали?
– Знаю. Из-за аварии, – отчеканил парень, вспомнив инструкцию отца.
Лейтенант вздохнул, подошёл к окну, размялся и сел обратно, заглядывая Назару прямо в глаза:
– Вчера, на 21-м километре трассы М-4 «Дон», камера зафиксировала превышение скорости. Автомобиль, на котором было совершено ДТП, зарегистрирован на Кирсана Натановича Боголюбского. Это ваш отец?
– Да.
– В автомобиле на момент ДТП находилось двое – камера это зафиксировала. Столкновение было сильным, машина врезалась в ограждение и скатилась в кювет. Думаю, вы это и так знаете. Пострадавший находится в реанимации в тяжёлом состоянии. – Рустам Казимирович говорил быстро и бесстрастно, сканируя собеседника.
– Да, всё верно. Какие у вас ко мне вопросы?
Сердце забилось сильнее. Пот струйками скатился со лба, и Назар вытер его тыльной стороной ладони, а ладонь – о брюки. Нужно было вести себя расслабленно, но в горле стоял ком, меняя голос на писклявый и натужный.
– Кто был за рулём транспортного средства?
– Мой отец.
– Куда вы ехали?
– Отец решил свозить меня в клуб. У него был выходной.
– В какое время вы ехали по автостраде?
– Я не помню. Скорее всего, за полночь…
– В каком состоянии был ваш отец? Почему он так спешил? – Взгляд следователя стал ещё пристальнее. В нём читалось недоверие и тотальное безразличие.
– Он был пьян… Немного выпил для храбрости. Давно никуда не ездил отдыхать…
Тишина прокралась на мягких лапах и разлеглась нежащейся кошкой на столе между Назаром и Рустамом Казимировичем.
– Это всё? Или у вас есть ещё вопросы? – Не выдержав, спросил Назар.
– Я всё понял. Спасибо за визит. В течение нескольких дней могу вызвать вас снова для дачи показаний. До свидания.
Назар поднялся, развернулся и сделал несколько шагов к выходу, как вдруг услышал сзади:
– Назар Кирсанович, а почему вы так быстро пришли в участок? Вы приехали вместе с отцом? – Высокомерный взгляд скользнул по нему сверху вниз.
Юноша ссутулился. От свободы его отделяли пара шагов, но черт в погонах не отпускал.
– Так выходные у отца, вот я с ним и езжу, чтобы время вместе провести… – Наконец выдавил он после паузы.
– Понял. Вы свободны. – Следователь отвернулся к монитору, и стук клавиш прогнал неловкую паузу.