Ната Хаммер – Корпорация чесс. Международный детектив (страница 13)
– А тебе, Чонкин, придётся обождать.
– Чего это? – удивился Чонкин.
– Тебе удостоверение другого образца положено.
– Какого такого другого?
– Приписного казака.
– А это почему?
– Потому что казаки у нас все православные, а ты, извини, буддист. В терском казачестве калмыки были приписные.
– А Попандопулы, значит, что ни на есть казаки истинные?
– А Христофор Попандопуло, к твоему сведению, был назначен царём Александром первым генералом Терского казачьего войска.
– А калмыков ещё царь Пётр в войско Донское принял.
– То Донское, а у нас – Терское. Нам донские – не указ. Крестись – будет тебе удостоверение.
– А ты знаешь, что у нас Христос считается одним из перерождений Будды?
– Зато у нас Будда ничем не считается.
– А зачем мне такая вера, что даже соитие считает грехом? Как можно детей делать через ухо?
– То чудо было, понимаешь, чудо! Скажи ему, батюшка.
– Воистину чудо! – отозвался батюшка. – Ведь и потом Христос чудеса являл: воду в вино превратил…
– Ну, да это все могут, самогонкой называется…
– Людей исцелял, по воде ходил…
– Это у нас любой учёный монах может…
– И ушёл к Отцу небесному, тела не оставив.
– Тоже мне чудо. Вот у нас монах может три года, три месяца и три дня просидеть, медитируя, в пещере без света, еды и воды и живым остаться – вот это, я считаю, чудо.
– Я в это не верю, – сказал батюшка. – Смертный человек такого не может.
– В это верить не надо. Про это уже кино сняли.
– Хватит бузу гнать, – оборвал Чонкина Попандопуло. – Кино! Фалынак – твоё кино.
– Значит, в кино ты не веришь, а в то, что мир был сотворён за шесть дней – веришь?
– Верю!
– А я сомневаюсь.
– Вот по сомнениям тебе и удостоверение будет! – подвёл итог диспуту Кочерга. – Сядь на лавку, прищеми задницу.
– Я щас тебе задницу прищемлю, – вспыхнул Чонкин.
– А разве буддисты дерутся? Они же всё спускают без сопротивления.
– Калмыцкие– дерутся. Если бы калмыки не умели драться, не знай ещё, где бы теперь были российские границы. Ты хоть знаешь, сколько калмыков служили царю-батюшке верой и правдой?
– Сколько?
– Да побольше, чем Попандопулов – Чипондопулов.
– Я считаю, – вмешался новоявленный атаман Луковка, – что на основании исторических заслуг и с учётом калмыцкого вклада в развитие Чессовеного региона Чонкин имеет право на рядовое удостоверение.
– Отчего это на рядовое? Я вам ксерокопию доноса от тридцать седьмого года представлю: там перечислены все мои предки до седьмого колена– и все есаулы войска Донского. На этом основании моего деда в лагеря законопатили.
– Нет, ты глянь-ка, – возмутился хорунжий Кочерга. – Ему палец дай, а он уже и всю руку готов оттяпать! Есаулы все ваши тикали с родины ещё с Белой армией, и их потомки теперь во Франции живут.
– За что же моего деда тогда в Сибирь услали?
– А может, соседу его пастбище глянулось? Вот и сочинил телегу. Тогда же доносителей не проверяли, доносителям доверяли. Стране на лесоповалах людей не хватало, это ж надо понимать.
– Хорунжий Кочерга! Что тебе не имётся? Не вдарить по коню, так по оглобле! Отчепись от человека, – разозлился Луковка.
– А куда он поперёк батьки лезет?
– А ты, Чонкин, тоже охолони. Есаула заслужить надо, это ж тебе не наследный принц. Давайте лучше выпьем по чарке за примирение. Кочерга, разливай!
И Кочерга разлил. Выпили за примирение.
– Нам сичас над сплочением работать надо, а не меж собой считаться, – занюхав огурцом, объяснил задачу Луковка.
– Ну так, – поддержал Чонкин под одобрительный гул собравшихся.
– Акцию какую-нибудь провести, чтобы недругам нашим было понятно, что мы – сила, а не хрен с горы.
– А давайте как в Ставрополе флеш-моб устроим, – предложил Попандопуло.
– Эт што, погром, што ли?
– Нет, какой погром. В Ставрополе все казаки сговорились сойтись на площади одновременно, вроде как жён своих выгуливают, и ненароком так на площади пересеклись. И ровно в восемь все как закричат: «Любо!» У стороннего народа аж зенки повылазили от удивления.
– А што им любо-то? – не понял Кочерга. – Што казачество кругом зажимают? Абреки в Ставрополе уже хозяйничают, как у себя дома.
– И у нас тут та же песня, – поддержал Луковка. – Кто здесь главный по тарелочкам? Ахметовы. Но я вам их не называл.
– Да, неудачная идея с флеш-мобом, – согласился Попандопуло. – Тогда давайте встречу с японскими казаками организуем.
– С кем, с кем? С якудза, што ли?
– Да не… Я вот вам заметку зачту. Слушайте. «На минувшей неделе в Мариуполе Донецкой области побывал гость из Страны восходящего солнца – представитель древнего самурайского рода, атаман Японского куреня, генерал-полковник Украинского реестрового казачества в Японии Иошихито Окабе. Гость посетил местную школу с казачьим уклоном. Школьники встретили японского казака песнями-плясками и караваем. Несмотря на дефицит времени, японский гость побывал в частном зоопарке в деревне Вашуты, где отведал греческих чебуреков».
– Ну, про греческие чебуреки ты брешешь, – усомнился Чонкин.
– Я брешу?! Вот на, смотри! Это же газета «Факты». Не какие-нибудь «Сплетни».
– Да, и правда, «отведал греческих чебуреков…» А мы его тут калмыцкими бёриками накормим. Соберём на встречу всё отделение, с детями и жёнами, пресса осветит…
– Погоди со своими бёриками. Его сначала заманить сюда надо.
– Так это ж пара пустяков. Пригласим Чессовню поглядеть, и не одного, а со всем его куренём.
– А если приедут – на какие шиши тусовать их будем? Денег-то у нас особо нету.
– Да, хороший спонсор нам бы вовсе не помешал, – мечтательно сказал Луковка. – Расходов будет много: офис хороший арендовать, транспорт опять же нужен: автобус там, машина представительская…
– Может, к Принцу этому арабскому обратиться? Который Чессовню пробашлял, – подал идею Чонкин.
– С кобылы, што ли, рухнул? – предположил Кочерга. – У басурманина деньги на казацкие нужды просить. Не даст!
– А мы не так поставим вопрос, мы попросим на охрану правопорядка в регионе Чес-совни.
– А котелок-то у тебя варит, – похвалил Луковка. – Может, и впрямь есаул в восьмом поколении.
– Тогда давайте ему письмо напишем, сразу, не откладывая, – предложил Чонкин. – Возьмём верблюда за губу, переводя русскую пословицу на арабский лад.