Нат Макс – Чудеса в шкафу (страница 4)
Когда я вышел из комнаты мамы, обнаружил, что дом действительно немаленький. Я оказался в очень просторном коридоре, и поиск нужной комнаты был бы очень непростым, но внезапно я столкнулся с крайне высоким мужчиной.
– Вот ты где, давай быстрее. Тебя приходится ждать дольше, чем твою мать, когда она наряжается. Давай-давай, надевай, то, что я приготовил тебе утром и выходи в столовую!
Он подтолкнул меня в следующую комнату и быстро вышел. Я даже не успел его рассмотреть. Если это был мой отец, то может быть, когда вырасту, буду таким же высоким? Да он будет даже повыше Димы! Пока я переодевался в старательно выглаженную голубую рубашку и джинсы, краем глаза приметил огромный телевизор. Постепенно паника улеглась. Теперь я ощущал небольшое волнение, к которому примешивалось и странное любопытство. Почему-то мне очень хотелось увидеть своих настоящих родителей (хоть они и из другого мира) еще раз. Так, а что это такое лежит? Галстук-бабочка в горошек? Ну, нет! Это я надевать не стану.
Найти столовую было проблематично. Пока я блуждал по длинным коридорам, наткнулся на множество огромных фотографий в причудливых рамах. С них на меня смотрела моя мама в самых разных амплуа: в образе домохозяйки, какой-то графини и даже в костюме космонавта. Я догадался, что моя мама – актриса. Вот это да!
Наконец, я дошел до лестницы. Снизу слышались громкие голоса. Кажется, родители ругались.
– Ничего еще не решено! О, Тыковка, ты наконец-то спустился. Во дела, да ты одеваешься еще дольше, чем я, – мама подошла ко мне, снова обняла за плечи, и мы с ней направились к длинному столу.
На обед были оливки, маслины, ломтики лимона и огромная пицца с грибами и сыром.
– Я замучался ее подогревать по нескольку раз, пока ждал, когда вы оба наконец-то спуститесь, – заявил отец.
Было видно, что с моим приходом он быстро сменил предмет разговора на всеми любимую тему под названием «Пицца». Я сел в самый дальний угол. Настоящие родители (или параллельные родители… тьфу, я сам уже запутался, как их называть) уселись на прилично дальнее расстояние друг от друга. Мама на этот раз была в элегантном красном платье (это называется «переоденусь во что-то более домашнее»?), а отец был облачен в махровый халат. Отец был высоким брюнетом с модной стрижкой, и, хотя он был в халате, а не в изысканном костюме, халат этот был определенно не из дешевых.
Передо мной стояла тарелка с уже заранее отрезанным кусочком пиццы. Хотя аппетита не было и в помине, я взял его в руку и принялся поедать. У пиццы был крайне тягучий сыр. Я пытался съесть его, но он только больше облепливал тарелку, руки и рот. Родители, казалось, не обращали на меня никакого внимания.
Мама изысканно-театральным движением взяла вилку и выбрала себе одну из маслин. Отец решил не мучаться так, как я, и отрезал от своего куска пиццы маленькие кусочки, но почему-то не спешил их съедать. Ели мы в абсолютной тишине.
– Ну, чем сейчас занимаешься, Андрей? – спустя пять минут решила первой нарушить тишину мама. Она взяла всего лишь вторую оливку за это время.
Я был весь перепачкан сыром. На рубашке от него оставались жирные пятна. Я потянулся было за вторым куском, но мама, чуть ли не подпрыгнув, опередила меня.
– Держи, Тыковка! – радостно сказала она, передав мне еще один кусочек, и села на место.
– Спасибо, э… мам.
При этих словах щеки ее немного порозовели. Отец громко фыркнул, мама лишь кинула на него недовольный взгляд.
– Я э… чем я сейчас занимаюсь? – начал я, чувствуя, как от волнения у меня начали потеть ладони, – да как обычно… учусь, иногда где-нибудь слоняюсь с друзьями…
– Сейчас Адре не учится. Он сдал переходные экзамены экстерном, и я решил, что он может немного отдохнуть, – перебил меня отец.
«Ого, экстерном!» – подумал я. – «Неужели в этой реальности я настолько умный?».
– Какой ты у меня молодец! – похвалила мама и даже съела в честь этого вторую оливку.
– Не благодаря тебе, – не очень громко сказал отец, но так, чтобы мы с мамой услышали.
Мама хотела что-то ответить, но губы ее задрожали. Отец резко встал, почти с грохотом отложил вилку и нож и пошел прочь из столовой.
Я совершенно не знал, что делать: моя мама смотрела ему вслед и было очевидно, что она сейчас заплачет. Я сказал первое, что пришло мне в голову:
– Мам, поешь пиццы.
– Что?
Она перестала смотреть в сторону уходящего отца и удивленно посмотрела на меня.
– Она очень вкусная, – я встал, взял ее тарелку и положил самый маленький кусок. Почему-то мне казалось, что нужно положить самый крошечный.
Мама смотрела то на пиццу, то на меня, всего обляпанного сыром. Я чувствовал сильное смущение, но мне отчаянно хотелось отвлечь ее от каких-то очень тягостных мыслей.
– Ум! Как вкусно! – сказал я, пытаясь откусить кусок так, чтобы сыр не растянулся от тарелки до самого подбородка, но у меня ничего не получалось.
Мама отвлеклась и начала смеяться. Все-таки на глазах у нее выступили слезы, но не от обиды на отца, а из-за смеха.
– Ох, Тыковка, мне нельзя есть пиццу. Все, что мне можно с этого стола – это дольки лимона да оливки.
– Это все из-за твоей работы?
– Конечно. Я хоть и решила взять бессрочный отпуск и немного отдохнуть, но мне все равно нужно соблюдать привычный рацион.
– И что входит в твой рацион?
– Если тебе это так интересно, расскажу. Минеральная вода, обезжиренный творог, яблоки… – она умолкла.
– И это все? – удивился я.
– Конечно нет. Наверняка что-то еще, просто не припомню… А твой папа хорош! Додумался же купить на обед пиццу. Он ведь прекрасно помнит, что я ее не ем, ведь актрисе полагается всегда держать себя в форме.
Ну вот. Кажется, она снова расстроилась.
– Мам, съешь этот маленький кусочек. Ты очень худая, кожа да кости.
– Что, серьезно?! Мне казалось, что не помешает сбросить еще пару-тройку килограммов.
Я изобразил на лице искреннее непонимание, а мама снова начала хохотать:
– Андрей, да ты весь перепачкался в сыре! Еще и одежду запачкал! Но раз ты так считаешь, я, пожалуй, попробую.
Медленно-медленно она поднесла вилку к кусочку, немного повозилась с сыром и попробовала. Жевала она очень долго.
– Знаешь, Тыковка, я уже лет десять не ела пиццу с грибами и сыром. Да и вообще какую-либо пиццу или что-нибудь мучное. Сегодня особый день, поэтому, думаю, что можно отметить его. А раз папа не хочет отмечать с нами, то это его проблемы.
В итоге мы умяли всю пиццу до единой крошки. Мама тоже была вся в сыре. Она даже испачкала свое роскошное платье.
– Не обращай внимания, у меня много платьев, – заверила она и продолжила хохотать над тем, что ни я, ни она не можем управиться с этим проклятым сыром.
____
Когда я пошел в свою комнату, снова столкнулся с отцом. Он недовольно посмотрел на меня и сказал:
– Разве ты не видишь, что происходит? Она старается заглушить в себе чувство вины за то, что не была тебе матерью все это время!
Я ничего не мог ответить.
– Молчишь? Думаешь, что ее можно простить и принять назад в семью?
– Наверное, я не смог бы принять вас обоих, – пришлось признать с сожалением.
Отец не понял меня.
Ночью, когда я уже засыпал, думал о том, что мама так молода. Интересно, сколько ей было лет?
Глава 6
Исчезновение Дмитрия
Честно говоря, когда проснулся, то очень надеялся, что мне все приснилось. Без сомнения, это было очень интересное приключение, которое неплохо раскрасило мои серые однотипные будни, но хорошего помаленьку, пора и честь знать. Но, к сожалению или к счастью, мое приключение только началось.
Когда открыл глаза, первым делом увидел синий балдахин над кроватью. Да, в моей комнате тоже была эта конструкция. Привыкнуть к другому миру было невероятно трудно, уж не знаю, как это получалось у Димы… Дима!!! Мне нужно найти его! Вдруг без него я никогда не смогу вернуться назад? Это будет настоящая катастрофа! Поэтому у себя в голове я обозначил свою главную цель: найти Диму, чего бы мне это ни стоило. Пусть я вырасту, окончу школу (в этом мире это будет даже проще, потому что я видел, что мой теперешний папа очень лояльно к этому относился), пойду в армию (если мама туда отпустит), женюсь (если также мне позволит матушка) и так далее, но я никогда не должен забывать о своей миссии.
Я встал и решил осмотреть свою комнату. У меня было все: огромный телевизор, несколько игровых приставок, компьютер с тремя мониторами. Честно говоря, мне впервые пришла в голову мысль: существует ли параллельный я? Ведь был еще мальчик, на которого меня поменяли в роддоме. Интересно, в моем мире он жил точно так же, как я сейчас? Вполне возможно, потому что, порывшись в шкафу[1] обнаружил, что одежда мне велика. Впрочем, ни отец, ни мама не заметили во мне никаких изменений. А еще в моей комнате стоял велотренажёр. На его ручку был надет пакетик с чипсами. Да, мой самозванец неплохо иронизировал над попыткой[2] привлечь его к здоровому образу жизни. Почему-то я решил снять этот пакетик и выкинуть в мусорку. Наверное, сказывалось мое настоящее воспитание.
Было раннее утро, родители должно быть еще спали. Мама точно, ведь мы вчера проговорили почти до трех ночи. Я же встал рано, потому что от перенесенных потрясений сна не было ни в одном глазу. Отыскал шикарную кухню: она не была огорожена стеной, вместо нее располагалась большая стойка. Наконец, я увидел маленькое мусорное ведро, нажал на педаль и выкинул липкий пакетик.