Нат Касс – Тени Прошлого (СИ) (страница 29)

В какой-то момент я начал истерично хихикать. Вместе со всеми остальными учениками.

На самом деле, обойтись без этого было невозможно. Потому что, когда профессор, мудрый и знающий чуть ли не все на свете (а это было видно невооруженным глазом), начинает вытворять во время занятий подобное, это селит в неокрепших студенческих умах некоторый диссонанс и ввергает их в культурный шок. Студенты, и я, случайно попавший в их число, слушали интереснейшую лекцию о началах теории магии в полнейшем оцепенении. И все запоминали, ведь как может быть иначе, если тебе подают информацию именно таким, до восхищения нестандартным образом.

Шаблон обыкновенного университетского занятия был раз и навсегда разорван. И прекрасно, потому то шаблоны скучны и надоедливы. Быть может, в свое время они и придуманы были как раз для того, чтобы необыкновенные люди могли их время от времени разрывать — к примеру, таким вот нестандартным (а как же иначе?) образом.

Время слишком быстро подошло к перерыву — к окончанию лекции. Никто из присутствующих и заметить не успел, как стремительно полтора часа пронеслись мимо нашего внимания. Кроме профессора, который, конечно же, помимо всего прочего еще и за временем успевал следить. В какой-то момент он молча развернулся к доске и крупным, разборчивым почерком нацарапал на ее середине всего два слова.

«Урра! Конец!!!» — гласила аккуратная надпись.

Найт улыбнулся нам и мечтательным голосом проговорил:

— А теперь настало время отдохнуть. Я же понимаю, что вы от надоедливого, занудного старичка в моем лице очень устали за полтора-то часа. Закройте глаза и представьте что-нибудь хорошее. Вулкан Оарлис, например, к нашему счастью, все еще существующий. Я вот представлю именно его.

Он лучезарно улыбался и, кажется, был готов рассмеяться в любую секунду. В его бесцветных глазах играли задорные, яркие огоньки.

Конечно же, мы его послушались. А когда, пару минут спустя, все-таки начали осторожно, чуть ли не по очереди, открывать глаза, никакого профессора в лекционном зале уже не было.

После того, как первое удивление прошло и явилось понимание сыгранной с нами доброй шутки, мы начали собираться, теперь уж точно и с сожалением осознавая, что лекция закончена — будьте добры пожаловать обратно только через неделю. А может такое случиться, что и через два дня, это зависит от милости составляющих расписание сотрудников.

Все студенты выходили из зала в приподнятом настроении, смеясь, обмениваясь впечатлениями и все еще отходя от некоторого шока. Я шел в точно таком же состоянии и даже взахлеб обсуждал с кем-то теорию магии и сонные бациллы, а потом еще с кем-то, и еще, хотя продолжительные восторженные разговоры с незнакомцами со мной случаются крайне редко — но и такое бывает, что тут таить. Помнится, я спросил у кого-то из них, кем все-таки был этот гениальный, незабываемый преподаватель.

— Как, ты не знаешь? — искренне удивился мой случайный собеседник. — Это Профессор Антавир. Сам Директор Университета. Легендарная личность!

Сюрприз и в самом деле получился. Первоклассный.

— Молодой человек. Мне почему-то показалось, что вам нужно ко мне.

Голос раздался как будто бы из ниоткуда. Дружелюбный, веселый, знакомый голос — я слышал его только сегодня, всего несколько часов назад. И сомневаюсь, ох, сомневаюсь, что теперь смогу его просто так забыть.

— Профессор Антавир? — зачем-то спросил я, разворачиваясь.

— Вы меня все же узнали? О, я рад!

Бесцветные глаза смотрели на меня миролюбиво и задорно. Всего пару секунд назад профессор вышел из-за угла одного из многочисленных коридоров Университета — и я мог поклясться всеми благосклонными к моей скромной персоне Духами, что пару секунд назад его там попросту не было. Уж что-то, а предаюсь одиночеству я с подобающим тому размахом и, как полагается, в полном одиночестве, а потому обратил бы внимание на такую ненавязчивую деталь, как Директор Антавир.

— Я вам помешал? — обеспокоенно спросил найт. — Если что, я спокойно могу исчезнуть.

— Нет, что вы… — я несколько смутился.

— Тогда, быть может, вы согласитесь выпить со стариком мирлид и послушать его назойливую болтовню? — предложил он, гостеприимно распахивая передо мной ближайшую дверь. Собственной рукой, без волшебной показухи, как и подобает приличному тысячелетнему архимагу.

Насколько я помню, а своей памяти я привык доверять безраздельно (однако, может, и зря), здесь всегда находился склад ингредиентов для курсов зелий и алхимии. Именно тут, при желании, всегда можно было обнаружить перья рукокрылов, семена говорящих цветов (крайне редкая штука, между прочим), зубы глубоководных ящеров, всевозможные наборы разнообразных магических трав и кучу других любопытных вещиц — все, что душе, слезно просящей проведения химических экспериментов в лабораторных условиях, угодно. Но никак не директора.

Тем не менее, я последовал за ним. Да-да, в кладовку. И сразу же, к своему удивлению, оказался в директорском кабинете — по крайней мере, теоретически это должен был быть именно он.

— Дверь-портал! — наконец сообразил я. И восхитился элегантностью и простой задуманного.

— И не только эта. Я могу попасть сюда через любую дверь в стенах Университета, — пояснил Антавир и как будто бы мимолетно добавил — А еще прямо из своей спальни. Однако зачастую моей спальней как раз и становится этот кабинет, и уж не знаю, хорошо это или плохо. Остается надеяться, что местные гениальные студенты не разгадают мой трюк с порталом и не начнут применять его вместо меня, хотя это, наверно, всего лишь вопрос времени. Но вы меня не слушайте, это я так, к слову. Так вы хотите мирлид, профессор Альвер? Я, честно сказать, не специалист в его приготовлении, но все же…

«Профессор Альвер». Что ж, директор явно знал, кто я по наспех придуманной найтом Рифардом легенде. Если не знал, кто я на самом деле. И даже при таком раскладе я не стал бы сильно удивляться: тысячелетний колдун, директор Высшего Королевского Университета, явно получил свою должность не за веселый нрав и лучезарные, выцветшие от возраста глаза — на то он и тысячелетний колдун.

— Все же вы меня раскрыли, — заметил я вслух, не чувствуя, впрочем, никакого разочарования или хотя бы сожаления.

— Надеюсь, вы не будете держать на меня обиду, — Антавир обезоруживающе улыбнулся и подал мне большую, ярко-оранжевую, горячую кружку. — Осторожно. Он еще не успел остыть.

— И не подумал бы.

Из кружки доносился до тех пор не знакомый, но определенно восхитительный аромат. В моем времени мирлид перестали варить абсолютно во всех заведениях, ссылаясь на наличие в его составе бесследно исчезнувшего с лица земли ингредиента, без которого, увы, вкус все равно будет не тот, а варить по-другому было бы недопустимым в приличном обществе кощунством. На сей факт неустанно и чуть ли не ежедневно сетовал шеф, вынужденный, бедняжка, пить кофе или чай вместо излюбленного напитка. Я же знал о нем исключительно понаслышке и всегда мечтал попробовать, однако теперь, когда я был так близок к исполнению одного из своих небольших, но все так же заветных желаний, я почему-то медлил. Сладка минута вот-вот подходящего к концу ожидания.

— Вы приехали вчера, найт Альвер? — поинтересовался директор, мягко усаживая меня на кресло рядом со своим рабочим столом, представляющим собой весьма каноничный пример творческого беспорядка: деловые бумаги вперемешку с книгами, художественными и магическими, ручки — со своевольными самопишущими перьями, противопоказанными, кстати, к использованию в серьезных организациях, обрывки статей из разнообразных журналов и газет, цветы, несколько почтовых марок, парочка фотографий — и среди всего этого очаровательного бардака красовались вдобавок аппетитные яркие пончики. Один из них улыбался широким шоколадным ртом и преданно смотрел на нас розовыми джемовыми глазами.

Сам же кабинет был светлым, просторным и умиротворяюще уютным. Он находился под самым куполом Закатной башни Университета, и потому вид из огромного, резного окна, в данный момент не прикрытого тяжелыми занавесками, был изумителен: город, отнюдь не маленький и такой вдохновляюще разнообразный, наполненный магией и жизнью, лежал как на ладони. Да, я видел Нортайл с подобной высоты уже множество раз, но захватило дыхание у меня лишь теперь.

Я влюблялся в Старый Нортайл все больше и больше.

Антавир не отвлекал меня ни одним словом: как будто и вовсе забыв о моем присутствии, он заинтересованно уткнулся в наспех выуженную из общей кучи книгу. И только некоторое время спустя профессор ненавязчиво повторил свой вопрос.

— Что? Ах, да. Вчера. Простите, что не приехал со своим напарником и не представился сразу, я как-то не сообразил.

— Что вы, что вы, вам совершенно не нужно извиняться. И советую все же пить, а то мирлид остынет. Не могу сказать, что процесс подогревания составляет такую большую сложность, но нужно же мне вам хоть как-то об этом напомнить, — глаза директора озорно блеснули.

Прославленный в свое время и исчезнувший из будущего, напиток оказался умеренно сладким, несколько терпким и невероятно вкусным. Тонкая смесь разнообразных трав и ягод грела, освежала и заряжала энергией одновременно. Драконы только разберут, какая магия была применена для достижения подобного эффекта.