Настя Тин – Вспомнить всё (страница 5)
Это было нашим обоюдным решением, а мои родители только еще больше полюбили свою дочь, именно так они ее называли.
Документы мы подавали вместе, но если бы я знал, что в день, когда на сайте университета будут опубликованы списки, ее имени я не увижу, то я бы ни за что в жизни не пошел бы учиться на эту специальность. Тогда я понял, что меня предал самый дорогой человек…
– Дорогой, поздравляю. Ты у нас самый лучший, спасибо, что не стал устраивать скандалов и выбрал эту профессию, – мама посмотрела на меня с нежностью и благодарностью. – Только почему в списках нет Никусика?
– Как это нет? – удивился я.
– Я смотрела списки на зачисление пару минут назад и ее имени я не обнаружила. Наверное, это какая-то ошибка. Пойду позвоню Ниночке.
Нина – мама Ники. Святая женщина. Я люблю ее так же сильно, как и свою мать. Они подружились благодаря нашим отцам, которым я безмерно благодарен. Моя мать просто ужасно готовит, а вот мама Ники готовит такие блюда, что в интернете и не сыщешь. Именно поэтому я проводил большую часть своего времени у них дома и точно также, как моя мама любит Нику, также сильно и ее мать любит меня. Знаете, если бы нас поменяли местами, то они бы были только счастливы.
– Да, наверное, – тут я понял, что что-то произошло.
Мама ушла, а я стал набирать номер Ники.
Я считал гудки. Раз, два, три, четыре, пять шесть, семь, восемь, девять, «абонент занят или находиться вне зоне действия сети» – было мне ответом.
Я не останавливался и продолжал набирать ее номер раз за разом, но она так и не ответила, я позвонил ей 301 раз, но она так и не подняла трубку. Я опустил руку с телефоном и в этот момент в комнату вошла мама. Она взяла меня за руку и сказала:
– Она улетела.
После этих слов, мое сердце разлетелось на несколько осколков. Улетела? Куда? Надолго? Почему? С кем? Почему не сказала? Почему не отвечает? И еще тысяча подобных вопросов крутилось в моей голове, но я так и не произнес ни один из них.
– Милый, ты должен быть сильным и дать ей время, даже родители не знали ничего. Она позвонила им из аэропорта и сказала, что больше не вернется. Костя рвал и метал все вокруг, умолял вернуться, но она осталась непреклонной, ты же ее знаешь лучше, чем все мы вместе взятые.
– Когда она улетела? – задал я лишь один единственный вопрос. Может быть, у меня есть шанс догнать ее?
– Пару часов назад, – она посмотрела мне в глаза, – нет, ты не успел, и даже не думай лететь за ней. Это ее выбор, и ты должен его принять.
Но я не собирался принимать ее выбор. Я выпроводил маму из комнаты и уткнулся лицом в подушку. Наверное, если бы я был девчонкой, то расплакался, но я мужчина, а мужчины не должны плакать из-за пустяков. Я снова начал звонить ей, писать во всех мессенджерах, но она так и не ответила. В тот день я разбил свой телефон о стену и последнее, что я услышал: «набранный вами номер не существует»
Она разбила меня. А я пообещал себе забыть ее. Но так и не смог выполнить свое обещание. От нашей дружбы остались лишь осколки, которые уже никогда нельзя будет собрать воедино. Матвеева – я тебя ненавижу.
***
Ненавижу, но все еще люблю.
Ненавижу людей, не всех, конечно, а только расфуфыренных, считающих себя богами.
Я устроился на своем месте, достал свою любимую книгу и принялся ждать взлета, проводя время за чтением, но мне снова помешали.
– Парень, не мог бы ты пересесть на другое место. Мой сын не хочет лететь отдельно от меня, – милочка, а волшебное слово ты не забыла?
– Не мог бы, – довольно резко ответил я.
– Неужели сложно оторвать свой зад и поменяться со мной местами? – ее глаза начали наливаться кровью, она была похожа на демона. За что мне все это?
– Я занят, прошу отвалить от меня.
– Козел, – было мне ответом.
Она ушла, но на ее место пришла другая. Ника пробиралась между людей прямо к моему месту. На ее плечах россыпью лежали ее кучерявые светлые, словно солнечные лучи, локоны, ее бедра обтягивала черная короткая юбка, а от ее стройных ножек, я готов был упасть в обморок. Я быстро отвернулся к окну и натянул маску. Не хочу, чтобы она узнала меня. Что она тут, черт возьми, делает? Почему она сейчас стоит прямо передо мной?
Я еще толком не отошел от встречи на улице, как она уже сидит рядом со мной и даже разговаривает.
– Добрый день, сегодня мы проведем вместе 20 самых ужасных часов, – дружелюбно сказала она, но я даже не посмотрел в ее сторону, страх оттого, что она узнает меня был слишком велик. Хотя в одном я был с ней согласен. Это будут самые худшие 20 часов моей жизни.
Боковым зрением я видел, как она изменилась в лице. От ее дружелюбия не осталось и следа. Я даже немного удивлен, что она вообще решила поздороваться с незнакомым ей человеком. Раньше она и со знакомыми то здоровалась через раз, а тут такое. Девочка повзрослела.
Я заметил, как она сжала свои ладошки в кулачки, скорее всего причиняя себе боль. В детстве, когда она нервничала, она всегда вжимала свои ногти в ладони, говорила, что это ее успокаивает. Значит, она все еще боится летать на самолете. Моя бесстрашная девочка до сих пор боится летать на самолете, интересно, а мышей она все еще также сильно боится? И почему меня это так волнует?
Как только самолет начал движение по взлетной после ее дыхание участилось и ее руки стали трогать край юбки, она хватала воздух ртом, казалось, что она задыхается. Неужели у нее паническая атака? И как я должен ей помочь? И должен ли?
Я обхватил ее ладонь, переплетая наши пальцы. Она манила меня. Ее руки манили меня, и она замерла, кажется вовсе переставая дышать.
Она посмотрела на меня, затем на наши руки, потом снова на меня, но так ничего и не произнесла.
Так мы и провели несколько часов вместе, держась за руки. Она меня так и не узнала, ну и отлично, я именно этого и добивался. Я надеялся, что после пересадки, наши пути разойдутся, но она снова оказалась рядом со мной. Черт, я не вынесу этой муки. От одного ее присутствия я начинаю думать, что с моим сердцем не все в порядке и мне нужно срочно записаться к кардиологу.
Не знаю зачем, но я снова решил поддержать ее. Наверное, хотел подольше насладиться теплом ее рук…
Если бы ты только знала, от кого ты принимаешь помощь. Думаю, тебя бы здесь уже не было.
Она устроилась на моем плече, как будто это было в порядке вещей. Как будто мы были парой. Кажется, ее совсем не смущал тот факт, что я незнакомый ей человек. Она ведь меня так и не узнала.
На ее лицо упали ее кудрявые волосы, из-за которых я не почти не видел ее глаз, но точно знал, что она наблюдает за мной. Конспиратор из нее получился просто ужасный. Смотрела она недолго, так как отключилась через пару минут. Я поглаживал ее ладонь большим пальцем и не мог отвести взгляд от ее прекрасного личика. Рассматривал каждую, едва заметную веснушку на ее лице. Со стороны мы, наверное, выглядели очень мило и романтично. Родные незнакомцы, да именно так, так будет правильно.
Как только мы приземлились, я поспешил покинуть этот ужасный самолет, подарившей мне самые прекрасные и одновременно ужасные 20 часов жизни. Напоследок я убрал прядь волос с ее лица, посмотрел на нее последний раз и ушел.
Меня ждала еще одна ужасная встреча. Встреча с той, кому я не мог ответить взаимность. Встреча с той, которая заставляла мое сердце болеть только лишь при виде ее. Она была точной копией Ники, и только лишь цвет волос напоминал о том, что она не моя Ника, а всего лишь ее точная копия, подделка.
Она позвонила мне, как только я прилетел и попросила приехать. Зачем не сказала, но сказала, что это вопрос жизни и смерти.
– Привет, я так соскучилась, – она потянулась ко мне для поцелуя, но я увернулся. Тогда она прижалась ко мне, я пытался ее отпихнуть, со стороны, наверное, казалось, что мы обнимаемся. Глаза иногда обманывают.
Я ничего не ответил, даже не удосужился сказать привет. Она совершенно не нравилась мне. Одни ее только угрозы о том, что она может причинить себе вред из-за меня, стоили отдельного места в аду.
Хотя в какой-то степени я сам виноват. По своей глупости я переспал с ней. Это было на втором курсе. Я напился так, что даже не помнил всего того, что происходило в тот день. Варя подошла ко мне и села на колени, обхватывая мою шею своими маленькими ручками.
– Красавчик, ты не против? – спросила она, глупо похлопывая ресницами.
– Нет, Ника, – во мне было столько алкоголя, что я просто на просто перепутал ее с Никой,
А дальше все как по сценарию. Отель, жаркие поцелуи, ее руки на мои плечах, мои руки, блуждающие по ее тали, а дальше провал в памяти. Скорее всего дальше был горячий, жесткий секс, по-другому я просто не умел.
А теперь я просто не могу отвязаться от нее. Макс говорит, чтобы я не ходил у нее на поводу, но разве я могу иначе. Вдруг эта сумасшедшая и правда с собой что-то сделает. Я не прощу себе этого.
– Ну же, обними меня, – я стоял неподвижно, – обними сказала, – почти закричала она и в этот момент из-за ее спины показалась она. Ника, стояла и смотрела в нашу сторону. Неужели она узнала меня? Откуда же я мог знать, что Варя и Ника уже встретились и даже познакомились. И узнала она именно ее, а на мой счет у нее были только предположения.