Настя Полос – Голос из Тьмы (страница 4)
Кевин спустился и приступил к работе, предварительно получив от меня нелестный жест. Он махнул рукой, но я знала, друг улыбался. Я достала маленький портативный металлоискатель и стала исследовать дно. Прошло всего около получаса, а мне уже крупно повезло. В моем поясном мешочке лежали, как я надеялась, золотые часы и маленький браслет с камнями.
Главная проблема заключалась в том, что мы не единственные охотники. Важно успеть прибыть раньше другой группы. Каждое злаковое местечко держалось в тайне. Неизвестно еще, почему Террис поделился им. Наверное, ожидает что-то взамен. Или кого-то… Говнюк уже давно положил на меня глаз. Но я скорее съем гнилой ил, чем позволю коснуться меня.
Все дайверы под водой общались общепринятой системой знаков. «Все хорошо» – это сложенный большой палец и указательный в кольцо. «На поверхность» – большой палец вверх. «Нет воздуха» – горизонтальное покачивание кистью рядом с регулятором. У нашей команды множество заплывов, поэтому мы использовали расширенный арсенал жестов, придуманные нами.
Кевин обследовал большую часть территории, когда я подплыла к нему.
– Я осмотрюсь, – показала я ему.
– Хорошо. Будь в поле видимости. Нашла что-нибудь?
Закатив глаза, хоть я и знала, что он не видит этого, я потрясла мешочек и кивнула.
Мыс Лоуш славился своим изобилием коралловых рифов. Я любила рассматривать и наблюдать за их жителями. Еще одна несбыточная мечта. Я хотела – еще с первого самостоятельного погружения – стать ихтиологом. Заниматься изучением подводного мира. Я грезила этим. Читала, проводила собственные исследования, пока меня не настигла реальность. Будучи наивной дурой, я побежала подавать документы в научно-исследовательский колледж. Сдала вступительные экзамены. И прошла. Я визжала, как маленький ребенок, поехавший в Диснейленд, пока не получила чек на оплату. Стипендия для сирот не покрывала даже и половины суммы на обучение. Так моя мечта и осталась мечтой.
Но оставался дайвинг. Из детской мечты все переросло в серьезное увлечение, но главное – в заработок. На каждом лежала ответственность. Все найденное – это средство существования для нас. Неважно, кто, что и сколько нашел. Все делилось поровну. Мы выкладывались на полную, стараясь не подводить команду. И если выдавались дни, когда мешок почти не закрывался, я спешила осмотреть новые места.
Коралловые массивы различных цветов веером стелились впереди. Причудливые оттенки меняли друг друга. Красный резко перетекал в синий, оранжевый преображался в фиолетовый, а розовый переходил в зеленый. Кончики блестели белым и перламутровым, привлекая к себе солнечные нити. Большинство кораллов либо острые, чтобы лучше защищать своих обитателей от хищников. Другие мягкие, словно ворсинки. Множество стаек кружилось вокруг. В каждом уголочке всегда пряталась редкая рыбка или морская звезда. В актиниях всегда есть обитатели, а полипы укрывали рыбешек.
Здесь же все неестественно тихо.
Я огляделась и не увидела ни одного косяка. После шторма, когда вода успокаивалась, морской мир пестрил, а сейчас – никого. Как будто кто-то согнал жителей с насиженного места.
Стоило заметить неестественность, как мир вокруг меня замер. Шорох песка, завывание раковин – прекратилось. Стало жутко.
В нескольких метрах располагалась вереница подводных пещер. Черные скалы возвышались высоко над водой. Я подплыла ближе и снова никого не встретила. Некое любопытство заиграло внутри, и мне захотелось их осмотреть. Пусть это и крайне нелогичное решение. Для прохода в пещеры требовалось специальное оборудование. В баллоне осталось немного воздуха…
Может, только глазком?
Я поискала Кевина. Тот рылся в песке, не замечая меня. Взвесив все за и против – даже несмотря на то, что против было намного больше – я поплыла вперед.
Ближе к утесам становилось холоднее. Кожа покрылась мурашками, и я еще раз прокляла летний гидрокостюм.
Одна из пещер заинтересовала меня больше всего. Она находилась рядом с поверхностью, и, возможно, какая-то часть могла быть не заполнена водой. В такой пещере есть шанс найти эпидот – минеральный кристалл, который используют для изготовления бижутерии. Если найти парочку таких, то о деньгах можно не беспокоиться месяц.
Пока я производила в голове расчеты и уже обдумывала, куда потрачу свою часть, ущелье, к которому я направлялась, выросло прямо передо мной. И вдруг что-то произошло.
Тело осознало раньше меня. Дрожь от кончиков пальцев прокатилась разрядом, в висках забил тяжелый молот, приступ мигрени схватил меня в ободок. Но даже не это застало врасплох.
Мой сон. Я видела эту пещеру!
Целую минуту я пыталась прогнать наваждение. Мало ли похожих пещер? Но эта… Было что-то такое, томно копошившиеся внутри, тянущие дальше. Ведомая этим чувством, я двинулась вперед, отбрасывая все предупреждения. Как под гипнозом, я проплывала сквозь тьму, прорезаемую тонкими полосками света. В ушах звенело, мешая ясно мыслить. Впереди замелькал просвет. Минуя крошечную щель, куда я с трудом протиснулась с аквалангом, я смогла вынырнуть.
Передо мной расстелился огромный грот, окруженный лазурной водой. Посреди водного кольца находился маленький кусочек каменистой суши. Через расщелину сюда проникал тусклый свет. Он падал прямой полоской на дерево в центре островка. Оно было высоким, с огромными ветвями, но полностью голое.
В пещерах могли расти различные растения, но это дерево казалось мне необычным. Оно слишком величественное, чем-то напоминающее рога гигантского оленя. Прекрасное, но одинокое. Брошенное в этом месте, где никто его не увидит.
Невидимые путы продолжали тянуть, и я, не снимая акваланга, но отодвинув маску на лоб и вытащив регулятор, медленно поднималась на берег. Снаряжение весило достаточно много, из-за чего движения становились скованными.
Когда нога коснулась земли, меня резко замутило. Перед глазами все поплыло, а шум в ушах стал настолько невыносим, что я зажала их руками в надежде облегчить боль. Головокружение усилилось, и я рухнула на землю. Мой взгляд зацепился за древо. Нити тут же сжались вокруг меня и потянули прямо к нему. Внезапно звон в голове сменился на неразборчивый шепот, и чем ближе я подходила к дереву, тем громче он звучал.
–
Тело перестало подчиняться, ноги сами тащили вперед. Сознание забилось в клетке, пытаясь достучаться и забрать себе контроль. Чем сильней я сопротивлялась, тем крепче сжимало голову. Я стиснула зубы и застонала. Что-то теплое потекло по губам. Кровь.
– Это сон, – дрожащим голосом произнесла я. Кровь стекала на костюм. Мне было страшно. По-настоящему страшно. – Это неправда. Проснись… Проснись!
– Я проснусь. Я проснусь, – повторяла я, как заведенная.
Внезапно поводок ослаб. Будто безвольная кукла, я упала на колени под ветвями дерева. Голова трещала, я впилась ногтями в кожу. Хотелось кричать и выть, свернуться калачиком, умоляя все прекратить.
Я поняла: это не сон. Я заплыла в пещеру без снаряжения, без команды и подготовки. Скорее всего, давление изменилось, и это запустило ужасающий приступ мигрени. Если я умру здесь, то никто не найдет меня. Кевин даже не видел, куда я плыву.
Черта с два я сдохну здесь!
Ползти. Мне нужно ползти к воде! Погружаться вновь слишком опасно, но лучше утонуть, чем остаться и не пытаться бороться! Время тянулось слишком медленно, но я ползла. Руки не слушались, пока я надевала маску и сплевывала кровь.
Нырнув, я пыталась контролировать дыхание, но получалось плохо. Воздуха осталось на минуты. Если не успокоюсь – не выберусь.
Меня окружила кромешная темнота. Чем я думала, когда заплывала сюда? Все главные заповеди ныряльщиков нарушены мной за один день. Глаза покалывало от напряжения. Вглядываясь в черноту, я искала все возможные ориентиры. Наверное, судьба одарила меня удачей, ведь увидела развилку. Облегчение накатило на меня с такой силой, что я почти разрыдалась.
Худшее, что может сделать дайвер – это поддаться панике. Как я.
Покинув пещеру, я огляделась в поисках Кевина, но не нашла его. Я испугалась. Сердце бешено забилось. Учащенное дыхание привело к потере запаса воздуха. Времени дотянуть до поверхности не оставалось. Одним мощным движением я оттолкнулась от дна. Легкие начинали гореть, нужного подъемного троса нигде не было видно. Но практика и обучение опасным ситуациям натренировали меня, однако… Полностью отдавшись страху, я вновь совершила ошибку.
Я оказалась на спасительном воздухе. Скинув регулятор, сделала полноценный глубокий вдох. Мгновенно в глазах потемнело. Кости стали выламываться и ныть, все тело загорелось огнем.
Кажется, я проваливалась в темноту. Или, может, осталась в той пещере?
Звук мотора или галлюцинация?
Две пары сильных рук схватили меня и потащили наверх. Глаза застелила дымка, но я знала, что нахожусь на борту «малышки». Кевин стал стягивать с меня экипировку, но мое тело забилось в конвульсии.
– Твою мать! Что с ней? – растерянно спросил Дилан.
Кевин бегло оглядел меня, остановившись на лице. Прошло несколько долгих секунд, прежде чем он понял, что происходило.