Настя О – Три звезды Форгетона (страница 4)

Пока я не знала, что сказать, сзади послышались шорох и копошение. Ко мне подошел Лешка, а затем из комнаты выглянули близнецы.

— Филя! — заверещала Машка, и Мишка начал ей вторить.

А у Двайра на плече действительно сидел филин. Только какой-то неправильный. Фиолетовый. Замерз в нашей зиме, что ли?

Немая сцена продолжалась долго. А затем гость из подъезда отмер и еле слышно прошептал:

— Рита…они что — все мои?..

А меня такая злость взяла. И он еще сомневался? Он что, думал, с одним ребенком будет легко устроить свою жизнь? Думал, я настолько ветреная, что сразу его забыла, как отправила сообщение?

Злые слезы жгли глаза. Я схватила Двайра за грудки и с силой втащила в квартиру:

— Вот и разберешься. А я — гулять! Навредишь детям — считай, что ты труп!

Филин недовольно закурлыкал, слетая с плеча космического капитана, но мне не было до этого абсолютно никакого дела. Я накинула пуховик на плечи, машинально хватая смартфон, и выскочила из квартиры, не забыв захлопнуть дверь. Если Двайр действительно прилетел, только сейчас получив мое сообщение, у него еще был шанс реабилитироваться. И я не хотела спускать возможность примирения в трубу!

Но мне требовалась перезагрузка. Минут на пятнадцать. Постою на свежем зимнем воздухе. Больше все равно не получится, я же в тапочках вылетела, пусть и теплых.

А Двайр разберется.

Надеюсь.

***

— Ты кто? — спросил у него ребенок побольше, когда за Ритой захлопнулась дверь.

Леша. Старший…сын. Он запомнил это имя, пока летел на сверхсветовой к Земле. Дорога заняла неделю, но он и так безвозвратно потерял кучу времени. Почему не пошел против решения Риты? Почему не почувствовал, что на Земле она осталась не одна?

— Отец, — коротко отозвался Двайр, стойко выдерживая насупленный взгляд из-под бровей.

Как в зеркало смотрелся, честное слово. Пробрало до самых костей.

— Оте-е-е-ц, молоде-е-е-ц, — противно протянул Жорик, изображая напускную радость. — Каков папашка, да, малой? Троих заделал, а ни сном — ни духом!

— А ты кто такой? — в темных глазах Леши загорелся нешуточный интерес. — Инопланетный филин? Наши разговаривать не умеют!

— Ну, вообще-то я фильдибурс. С Форгетона я, как и этот, — птица кивнула на стоящего на коврике у двери мужчину, который не решался и шага ступить. — Жорик меня зовут. Будем знакомы! Я очень общительный. Помогу наладить контакты.

— Я еще подумаю, стоит ли с ним, — Лешка повторил движение фильдибурса, — что-то налаживать. Сто лет его не видел — не думаю, что что-то потерял. Я Леша.

— Тут, понимаешь, малой, какая беда, — заметил Жорик. — Мама ваша ушла. Когда вернется — неизвестно. Из взрослых только этот, — он снова кивнул в сторону Двайра, — остался.

— Мама без сапог ушла, — уверенно возразил Леша. — Скоро вернется. Остынет только. От нас бабушка сбежала — вот это да, проблема. А мама придет. Она всегда приходит и никогда нас не бросает.

— Ну, ты этого-то со счетов тоже не сбрасывай. Он только неделю назад узнал, что отцом стал. А тут еще тройной подарочек. Давай его хотя бы по назначению используем.

— Это еще по какому? — удивился Лешка.

— Да вон, смотри, у сестры твой штанцы намокли. Надо бы в сухое переодеть, как считаешь? Сам сможешь? — спросил фильдибурс.

— Не-а. Я только по кормлению.

— Ну, вот и бери его на поруки. Авось, до прихода мамы разберемся.

— Ладно, — великодушно разрешил Лешка, глядя на Двайра с укором. — Раздевайся и проходи. Будем Машку одевать.

Форгетонец только и успел, что сглотнуть. Пока Лешка направился к сестре, чтобы снять с нее мокрые штанишки и оставить в футболке, Двайр заметил знак от Жорика, которым тот показывал, что крылом перережет ему горло, если капитан сейчас же не очухается. Двайр аккуратно почистил сапоги от уличной грязи, поставил их в уголок, дошел до двери в комнату и остановился там, где была лужа, сделанная девочкой, и оставленные Лешей трусы и детские штаны. Подумав, он протер мокроту и оставил влажные вещи на пороге. Нечего детям с этим рядом делать. Испачкаются еще. Дети ведь должны быть в чистоте, да?..

Однако картина, представшая перед ним внутри комнаты, уверила его в обратном. Рядом с окном в куче земли лежало какое-то отцветающее растение. Видимо, постарался кто-то из мелких. На шторах висело животное, в котором Двайр признал кошку, и с интересом поглядывало на Жорика. При всем при этом ей было совершенно наплевать, что у нее на хвосте завязан самодельный бант, а ухо стянуто резинкой. Кошка нашла свою добычу. А Жорик, обнаружив слежку с явным намерением полакомиться его пухлым тельцем, взлетел повыше, примостившись на приоткрытой дверце платяного шкафа, и принялся наставлять Двайра на путь истинный.

— Надо бы прибраться. Да девочку переодеть. Замерзнет же, маленькая.

Недолго думая, Двайр подхватил дочку на руки, отчего она радостно заверещала, и постарался аккуратно обойти грязь на деревянном полу, усаживаясь на диван. Кажется, покрытие называлось ламинат. И вроде бы должно было мыться без проблем. Поэтому заняться стоило проблемами посерьезнее.

Машка увлеченно ковыряла заклепки на его облегченном скафандре. Второй малыш, которого Лешка назвал Мишаней, тоже заинтересованно стал подбираться к большому и необычному мужчине. Переодеваться Двайр не стал — в условиях земной непогоды было самое то. Ну а натиск двух малолетних детей он надеялся как-нибудь выстоять.

Форгетонец достал из кармана переносной коммуникатор и, быстро набрав на нем знакомый вызов, установил прибор на столике неподалеку. Ему требовался профессиональный совет. Кто еще мог дать его, как не молодая земная мама, вышедшая замуж за его друга-айдеанца?

Вызов с коммуникатора дошел. В кадре появилась улыбающаяся Кира. Но когда она оценила обстановку вокруг Двайра, ее лицо вытянулось.

— Космический же ты крокодил... — с чувством выдала Кира, рассматривая детей, столпившихся вокруг Двайра.

В кадре появилось удивленное лицо О-Лейр-Она, а затем айдеанец отошел подальше, и Двайр увидел на его руках малышку Сири.

— Нет, милая, на Земле есть другое прекрасное название для того, что сотворил наш с тобой общий знакомый. Он не крокодил. Он космический ксерокс — тот, кто делает точные копии себя.

— Помогать будете или продолжите издеваться? — мрачно спросил Двайр. — Я тут трижды отцом успел сделаться, а вам лишь бы языками почесать.

— Почему мне кажется, что это все без твоего участия происходило, Двайр? — хмыкнул О-Лейр-Он.

— Потому что так оно и было. Я получил сообщение от Риты, в котором она рассказала только про старшего сына. Оказалось, что в нашу вторую встречу получились еще и младшие…

— Ладно, обглодаем твои косточки попозже. Какая помощь требуется? — серьезно спросила Кира.

— Машенька…намочила штаны. Я их снял и аккуратно сложил в углу. Что нужно делать дальше?

Кира хохотала очень долго. Очень. И он не останавливал ее, прекрасно понимая, что Маше в его объятиях тепло. А когда жена О-Лейр-Она успокоилась, то сразу велела:

— Показывай, что там у вас есть.

И Двайр снял коммуникатор со стола, принявшись освещать разные уголки комнаты.

— Так, смотри, умник, — деловито начала Кира. — Кто-то из твоих двоих точно ходит на горшок — я вижу агрегат в одном из уголков, куда ты не положил штаны Машеньки.

Сарказма она не скрывала. То ли отыгрывалась за все его прошлые проколы, то ли просто настроение было соответствующим. Ну, что ж, Двайр не противился — поделом ему, что в свое время не настоял и не остался рядом с Ритой. Теперь придется долго расхлебывать последствия своего поступка.

— Маша ходит на горшок, — подсказал Леша уверенно. — Просто увидела…этого, — небрежный кивок от Жорика, похоже, грозил превратиться в семейную традицию. — А Мишу я на унитаз приучаю. На стульчик встает и писает.

— А тебя как зовут, юный герой? — донесся из коммуникатора голос О-Лейр-Она.

— А я Алексей. Алексей Давыдович, — будто издеваясь, добавил мальчик.

Двайру окончательно стало плохо. Но он продолжал держать себя в руках. Тем более что Миша, похоже, тоже принял его за своего и с удовольствием наблюдал за действиями отца.

— Это мама хорошо придумала! — похвалила Риту Кира. — Чтобы подозрений не вызывало. Так-то вашего папку Двайром Путешественником зовут.

— Пусть сначала докажет, что он папка, — угрюмо заявил Лешка.

— Это обязательно, даже сомнению не подлежит! — согласилась Кира. — Должок у него перед вами огромный… Хотя внешне, конечно, никаких сомнений…причем трижды! Так, Двайр, стоп! — остановила она руку форгетонца с коммуникатором. — Там у тебя Жорик на дверце шкафа раскачивается, имущество чужое портит — давай туда!

— Леша, посмотри, пожалуйста, за Мишей, — попросил Двайр старшего, аккуратно поднимаясь вместе с Машей с дивана. — Мы пойдем и посмотрим, вдруг там найдутся вещи для Маши.

— Угу, — буркнул Леша, оставаясь на диване с младшеньким.

Двайр оказался рядом со шкафом и, аккуратнее перехватив Машеньку, открыл дверь рукой, чтобы не сбросить Жорика с насиженного места. Все же кошка Риты, примостившаяся снизу, выглядела устрашающе. Затем форгетонец снова навел туда коммуникатор, и почти сразу же Кира радостно воскликнула:

— Вот, смотри! Как у твоей Риты тут все аккуратно наложено. Такую женщину потерял, балбес…

Двайр и сам уже увидел ровные стопки трусиков, штанов и футболок на явно маленькие размеры. Недостаток у них был только один: они, похоже, укладывались в шкаф сразу после того, как были высушены. Форгетонец помнил по прошлым посещениям Земли, что паровых душей у них пока не сделали. А если и сделали, то вряд ли нога прогресса успела добраться до обычных квартир. Так что здесь действовали по старинке: гладили вещи с помощью утюга.