Настя О – Последний дракон Запределья (Академия Познаний - 6) (страница 3)

– Коровку на выданье, – съязвил Рин – так я про себя называла его уменьшительно-ласкательным именем.

– Что?! – разъярилась я.

– Что слышала, – и не думал извиняться он, продолжая широко шагать на пару. – Уединилась с демоном, чтобы потом другие подтвердили, что ты сама вешалась ему на шею. Совсем стыд потеряла? Ай! Больно!

Я вырвала ладонь из его захвата только тогда, когда отвесила хорошую ментальную затрещину. Именно она и позволила мне освободиться и зашагать к отцу самостоятельно.

– Следи за тем, что срывается с твоего языка. Ты, может, и сын моей матери, но мне точно не брат, – жестко осадила я Рина, сворачивая в ближайший коридор и больше не желая видеть противного дракона.

Когда хотел, он мог пройтись по больному. Но я не собиралась спускать это с рук. Я давно не была маленькой девочкой, признавшейся ему в любви. Отказался от моих чувств – отлично! Я и без этого проживу. Но вытирать о себя ноги не позволю.

Я ввалилась в аудиторию вместе со звонком. Папа уже стоял у кафедры. Он до сих пор продолжал оставаться красивейшим из мужчин! Темные волосы, собранные в хвост, сияющие алые глаза, подтянутая широкоплечая фигура. По нему сохли все – от мала до велика. А он был женат на моей маме. И это было предметом моей гордости! Вот только не сегодня.

Меня одарили таким строгим взглядом, что я даже подниматься к своему месту не стала.

– Что ж, уважаемые студенты, похоже, сегодня участь быть подручным материалом вас миновала. Подопытного ойкудака (прим. автора – ойкудак в Пределах является разновидностью тушканчика зеленого цвета и вырастает несколько крупнее нашего аналога) послали мне сами боги. Подходите ближе, студентка Айна. Какая причина, чтобы опоздать на занятие, появилась у вас сегодня?

Если бы я не знала папу, как облупленного, решила бы, что он сильно зол. Но Арегван Златоглазый вообще не имел обыкновения злиться, а сейчас, похоже, сошлись все нужные звезды. Студенты не хотели идти к доске, а я всего на мгновение опоздала. И папа решил совместить приятное с полезным. Потешить остальных и преподать мне урок послушания, то есть.

Вот только ответить я ему не смогла. Позади меня раздался звук открывающейся двери, а затем раздался спокойный голос:

– Прошу прощения, милорд Златоглазый. Я опоздал на занятие.

Специально пришел после меня, я точно знала!

– Что ж, – в голосе папы послышалось небольшое сожаление, – значит, подопытным ойкудаком у нас сегодня будете вы, Эдриниан. Айна, занимайте свое место. Начинаем урок менталистики, уважаемые студенты. Тема сегодняшнего занятия – чтение мыслей. Эдриниан, подходите к кафедре.

Я кивнула и отправилась на свое место. Прямо в теплые объятия подруги Ксандры. А уж по ее лицу можно было догадаться, что меня ожидает допрос с пристрастием.

Ксандра была из простых магов. У нее в крови смешались и эльфийские, и драконьи гены, поэтому она была очень привлекательной внешне блондинкой, но считалась неплохим магом огня. Как-то мы с ней подружились на почве общей нелюбви к навязчивым ухаживаниям, и с тех пор больше не расставались. Даже в Академию Познаний вместе поступали. А потом попросили коменданта поселить нас в одной комнате. Знала Ксандра и о моих тяжелых отношениях с Рином – и полностью меня поддерживала.

– Не буду никак оценивать его поведение, – как-то авторитетно заявила мне она, – но, чует мое сердце, этот недодракон еще себя покажет.

– Посмотрим, – пожимала я плечами.

Пока этот недодракон действовал четко, как будто по инструкции. А я каждый раз уговаривала себя не реагировать. Получалось неплохо, но с большой натяжкой.

– Опять отчитывал где-нибудь в коридоре? – прошептала мне Ксандра, стоило только приземлиться на скамью рядом с ней.

– Нет, – поморщилась я. – Спасал от противного демоняки. Но потом в своем репертуаре закончил гадостями.

– А кто у нас очередной претендент на твои почки и другой филей? – заинтересовалась Ксандра.

При этом разговор со мной совершенно не мешал ей записывать конспект лекции, которую папа проводил, демонстрируя навыки телепатии на Эдриниане. Я такие занятия не любила. Студент у доски как будто показывал другим все свое содержимое. А то, что сейчас этим студентом стал Эдриниан, злило вдвойне.

– Его зовут Валериус, он какой-то инкуб, – отозвалась я.

– О-о-о! – мечтательно закатила глаза Ксандра. – Говорят, он в своем деле мастер!

– В каком деле? – изумилась я. – Наша дружная женская лодка, надеюсь, не треснет из-за одного мужчины?

– Нет, что ты, – замотала головой подруга, – ты у нас прочно занята вот тем драконом у кафедры! А Валериус, говорят, разборчивый очень!

Я воскресила в памяти образ этого Валериуса: темные волосы до плеч, лежащие в творческом беспорядке, синий взгляд с поволокой, широкие плечи и узкие бедра, которые даже в форме боевиков смотрелись красиво. Стоило признать, внешне парень был хоть куда. А «куда», пожалуй, подразумевало теплые объятия моей распрекрасной подруги.

Ухмыльнувшись и набросав в голове план действий на будущую подрывную деятельность, я как бы невзначай спросила:

– И кто такой у нас Валериус?

Ксандра в моих словах не заметила абсолютно никакого намека и спокойно продолжила объяснение:

– Он с третьего курса. Весь такой – такой, понимаешь? Отличник, на хорошем счету у физрука, инкуб, к тому же.

– Это положительное качество? – с сомнением спросила я.

– Кому как, – загадочно улыбнулась Ксандра, но тут же взяла себя в руки. – В общем, странно, что он к тебе прицепился! За ним такого открытого внимания раньше не водилось.

– Дети ему нужны, – я пожала плечами. – И не просто дети – девочки.

– И этот туда же, – нахохлилась Ксандра, – всем демонам девчонок подавай. Парнокопытное он, вот он кто!

– Ты, случайно, не хотела бы пополнить армию его поклонниц? – уже не скрывая веселья, предположила я.

– Да я! Да ты! – возмутилась Ксандра и запыхтела. – Не разговариваю с тобой до конца пары!

Мне это было только на руку. Похихикав над надувшей щеки подругой, я перевела взгляд туда, где папа пытался описать мысли Эдриниана. И то, что я увидела, мне совершенно не понравилось.

Облако мыслей Эдриниана было разных оттенков серого. Это значило, что в его голове господствуют пессимизм и безысходность. В Академии тему эмоций будут проходить только на третьем курсе, но мы с папой иногда занимались чуть больше, чем того требовала программа. Поэтому я могла оценивать то, что происходило у кафедры, более опытным взглядом, чем остальные.

Мне очень понравились фиолетовые ленты драконьей фантазии. В сочетании с зелеными нитями целительства это означало, что Эдриниан может творчески подходить к процессу лечения больных. То есть в экстренной ситуации сразу найти нестандартное решение, не теряя драгоценных минут.

И только одна область его сознания меня совсем не порадовала. В серой глубине пульсировало, словно липкое неприятное пятно на одежде, порождение чужого блока. То, что это точно влияние извне, было понятно по структуре объекта. На фоне ровного течения остальных мыслей оно выделялось хаотичными толчками, пусть и пыталось замаскироваться под главенствующий оттенок серого.

Как только я это увидела, вопрос пришел сам собой в голову.

Кто мог поставить блок на воспоминания Эдриниана?

И как давно это произошло?

ГЛАВА 2

Северный Срединный Предел, Академия Познаний

Папа наградил меня говорящим взглядом, когда мы с Ксандрой поднимались с мест и покидали аудиторию. Все ясно – вечером отчитает за то, что опять сидела и не слушала его. Удивительно, как еще не додумался послать мне мысленные образы наказания – или просто укоризненно что-нибудь сказать в голове. Мама вспоминала, что он частенько подшучивал над ней, когда они находились в самом начале своих отношений.

Эх, мама и папа. Мой настоящий и недостижимый идеал любви. Страшно поверить, сколько лет они были вместе рука об руку – и это без единой серьезной ссоры! Мама рассказывала, что раньше была более сумасбродной, и папе приходилось с этим мириться. Это потом, когда появился сначала Солейран, а позже – и Обиван, она стала терпимее и спокойнее. А еще папа катал ее на спине в образе дракона – вот это была совсем несбыточная мечта! Но как же хотелось оказаться на спине любимого человека.

Я тоскливо поглядела на Эдриниана. И совсем не из-за того, что он не мог перевоплощаться. А потому, что не испытывал ко мне нужных эмоций.

Может, все-таки стоило отнестись к предложению Валериуса серьезно? Только не с этим любвеобильным демоном, поскольку его явно выделила Ксандра. С кем-нибудь другим, кто не станет сходу выкладывать все карты на стол. Надо будет всерьез подумать на эту тему.

Учеба – это, конечно, хорошо, но надо же иметь что-то и для души. Это драконам повезло: найдут себе сокровище и стерегут его в пещере. А нам, простым магам-менталистам, куда податься?

…Нет, я не имела в виду Эдриниана, совсем нет!

– Я хотел извиниться.

Он догнал меня после пары, и Ксандра как-то незаметно оставила нас вдвоем в полутемном коридоре, где редко сновали студенты. При этом подруга улыбнулась так заговорщицки, что мне сразу все стало понятно. Затеяла очередной этап сводничества. Все-таки плохо она слушала на паре Арегвана Златоглазого – не было в мыслях Эдриниана никакой романтики!

– За что на этот раз? – я нехотя повернула голову в его сторону.