Настя О – Эффект Пандоры. Скидка на смерть (страница 6)

– Люся с Досей пожаловали, – добавила Стрела.

Осторожно, чтобы не привлечь ненужного внимания, Реми скосил глаза в сторону двери. Там стояли двое. Оба в черных спортивных костюмах. Миниатюрная девушка-брюнетка с короткой стрижкой под мальчика и миловидный блондин выше нее на добрых полторы головы. Кудри молодого человека, спускающиеся аккуратной волной до середины уха, делали его похожим на ангела.

– Люся? Дося? – не понял ассоциации Привратник.

– Люцифер, – расшифровал прозвище парня Гравитатор. – И его регенерирующая пассивная напарница Донни.

– Только если хоть раз назовешь ее Донни, то сразу подпишешь себе смертный приговор, – добавила с улыбкой Линия. – Дон очень трепетно относится к своему имени.

Да, Дон ей шло гораздо больше, чем длинное и топорное прозвище «Регенератор». Но ее напарник интересовал Привратника гораздо больше. Люциферы, самые немногочисленные пандорианцы, обладатели синего адского пламени! Встретить одного такого было равносильно счастливому случаю, увидеть в деле – и того невероятнее! Это ведь ходячий носитель тлена, которого ни в коем случае нельзя было злить. Люциферы единственные не попадали под действие закона об уничтожении пандорианцев-убийц. Несколько лет назад исследования доказали, что этим даром обладают только люди с тихим и мирным характером. Люцифер никогда не проснулся бы в импульсивном человеке, как бы долго тот ни подвергался воздействию пыльцы метеорита. Потому и вывести из себя таких людей было крайне сложно. И инициация их обычно происходила под большим давлением – если вообще не насильственным путем. То есть в обычной жизни этот парень должен был быть тихим флегматиком. Интересно тогда, как он вообще умудрялся показывать свою силу?

Следующие слова Стрелки в пух и прах разбили его предположения:

– Не знаю, как, но Байрон нащупал его слабое место и поставил в пару с Дон. Она та еще злючка, но с Люсей удивительно быстро нашла общий язык. Они считаются самой опасной командой среди всех, которые есть в школе, и часто занимаются неофициалом.

Ошеломленный Реми перевел взгляд на девушку: неужели она могла пробудить способности Люцифера?

ГЛАВА 3. МЕНЯ ЗОВУТ ДОН!

– Даже не знаю, какой вопрос задать следующим, – растерялся Реми. – Как-то чересчур много информации для первого дня. Как считаете, мы уживемся с Адамом в одной комнате? Или еще не поздно попросить новое место?

Все, кто сидели за столом, дружно расхохотались. Тихоня где-то рядом недовольно поджала губы. Видимо, снова хотела уменьшить громкость, но в последний момент передумала. Или просто решила держать себя в руках.

– Парень, ты забавный, ты мне нравишься! – добродушно заметил Скиппи, отсмеявшись. – Запомни раз и навсегда: Байрон ничего не делает просто так. Мы бы и сами хотели понять его логику, но это бесполезно. Помимо своего дара, он сам по себе мощный аналитик. Если он сказал жить с Люцифером – значит, живи и получай удовольствие!

– Что ж, постараюсь, – хмуро кивнул Реми.

– О, Боже…– тем временем, простонал Скиппи.

Линия, проследив за его взглядом, покачала головой. Молния усмехнулся, а Стрелка воздела глаза к небу. На пороге столовой стояли уже отнюдь не Люцифер со своей интересной напарницей. В тот момент Реми готов был провалиться сквозь землю – так не хотелось ему встречаться глазами с женщиной, когда-то пришедшей ему на помощь весьма экстравагантным способом.

Но Сесси не была бы собой, если бы не стала привлекать к себе внимания. Только завидев Привратника, она радостно замахала ему рукой и поспешила подойти к их столу.

– Давно не виделись, Реми! – лучезарно улыбнувшись, подошла она к молодому человеку. – А у вас тут свободно?

– О, да… – ответил за Привратника Гравитатор.

– Тогда сохраните для меня местечко, пожалуйста, – еще более приветливо ответила Сесси. – Схожу за обедом и сразу вернусь к вам!

С этими словами она легко упорхнула за едой, а все спутники в немом удивлении уставились на Привратника:

– Ты что – с Сесси?...

– Ты молоток, Реми!

– И этот не устоял…

– Без комментариев, – поморщился молодой человек, не желая распространяться о прошлом.

Возможно, кому-то было в радость испробовать любовь с суккубом. Только вот Реми не относился к этому числу. То, что Сесси в свое время «помогла» ему обуздать первую вспышку дара, до сих пор воспринималось как нечто постыдное и неправильное. Он достаточно хорошо успел изучить законы КП и прекрасно понимал, что в той ситуации по-другому поступить было просто нереально, только вот совесть не отпускала. Думал-то он совсем о другой девушке! Кто знает, может быть, он успел бы увидеть, куда увезли Феникса, и сейчас не мучился бы неизвестностью.

Тем временем, Сесси возвратилась за их стол с подносом обеда. Ела женщина, судя по содержимому, за троих точно, что нисколько не отражалось на ее точеной фигуре. Когда Линия оценила содержимое подноса, Сесси немного виновато отозвалась:

– Дар вынуждает. А иначе не смогу таскать ноги.

– Но вы же… – потрясенно начал Скиппи и почти сразу замолчал.

– Суккуб? – согласно усмехнулась Сесси. – Да, конечно, но вы должны понимать, что меня привлекают только в самых серьезных случаях. На самые сильные всплески. Как у Реми, например, – подмигнула она Гравитатору.

И все за столом посмотрели на Привратника с безграничным уважением. Ну, конечно, думать о том, что он спал с суккубом просто так, было гораздо интереснее. А вот если суккуб подавляла его первый порыв – это же совсем другое дело! Время летело вперед, а люди не менялись. Но его это не должно было волновать. У него была совсем другая задача.

– Сесси, это больше не действует, – глухо отозвался он, прямо глядя на женщину.

– Думаешь? – ее улыбка превратилась в настоящий оскал.

А потом он почувствовал давление ее дара. Все вокруг за столом это ощутили, только не подверглись ему. Такие суккубы, как Сесси, могли воздействовать и стихийно на толпу людей, и точечно – на кого-то конкретного. Сейчас в сети красотки планировалось затащить Привратника.

Вот только он уже давно не был наивным мальчиком пятнадцати лет, которого внезапно обратили в пандорианство, а затем отдали на съедение суккубу. И в КП он пошел тоже не за красивые глаза. Невидимая защитная оболочка укрыла Привратника полностью, и колебания чужого дара остались для него безобидными. Реми как раз успел пообедать. Он аккуратно поднялся со своего стула и вежливо повторил:

– Я же сказал, Сесси – это больше не действует. Всего доброго.

В спокойном голосе Привратника прозвучала угроза. Суккуба ее услышала и прикрыла глаза, принимая правила чужой игры. На этом встреча давних знакомых была закончена.

Реми выходил из столовой под всеобщее потрясенное молчание. Он никогда не понимал желания других оказаться во власти суккуба. Ребята даже отдаленно не догадывались, о чем мечтали. А он больше не испытывал желания ощущать себя полностью иссушенным.

И лишь одно обстоятельство не давало ему покоя.

Презрительный взгляд девчонки, которая была напарником Люцифера. Впрочем, и об этом он тоже забыл, покинув столовую.

На лекцию Сесси ему идти совсем не хотелось. В конце концов, ходить на занятия со стопроцентной посещаемостью его не обязывали. И Реми решил провести время до вечера в своей комнате. Адам, наверное, еще будет учиться, так что у него будет время, чтобы спокойно подумать.

Пока шел к себе, Реми обдумывал то, что успел увидеть за время своего короткого пребывания в школе Байрона. Дети здесь, конечно, были уникальными каждый в своем роде. Те же Линия с Гравитатором – КП не мог похвастаться подобными сотрудниками. Честно говоря, от службы в КП их и спасало, скорее всего, только одно обстоятельство: они были несовершеннолетними. Но это касалось не всех.

Скиппи упомянул, что Люцифер и Дон занимались неофициалом. Что-то подсказывало Реми, что все это, так или иначе, было связано с работой на КП. Ну не производил Байрон и его дети впечатления, что являются сторонниками Сопротивления. А о Сопротивлении Реми мог рассказывать долго.

Первый раз его столкнуло с противниками нового режима примерно через год после начала работы на КП. К нему пришел Габриэль Ридо – один из пандорианцев, которые участвовали в его собственном задержании. Видеть мужчину было не очень приятно, однако делать было нечего. Ридо сказал, что согласовал его первое боевое крещение. Реми ничего не имел против. Он поставил себе цель обуздать собственный дар.

Ридо коротко обрисовал ситуацию: нужно экранировать КП–шников от влияния одного не очень приятного самородка. Самородком оказался несовершеннолетний парень, обладающий электрокинезом – способностью управлять электрическими разрядами. Еще одна Молния. Только настроенная агрессивно. Ему зачем-то понадобилось проникать в лабораторию по исследованию пандорианских частиц. С ним была небольшая группа подростков, воспитанных на новых ценностях Пандоры.

КП пытался выйти на их главаря, но пока не удавалось. Кто-то настолько промывал неокрепшим детям мозги, что они загорались идеей свободы для всех пандорианцев, живущих на Земле. Хотя даже Реми мог приблизительно представить последствия этой свободы. И они ему категорически не нравились.

А еще за время нахождения в КП на испытательном сроке Реми пришел к выводу, что, пусть методы КП и не всегда были гуманными, но в итоге оттуда выходили совершенно нормальные граждане общества. Как и он сам, к примеру. Когда он научился ставить экран даже от способностей суккуба, испытал за себя настоящую гордость. И пусть некоторые из КП стали поглядывать на него с опаской, Реми не раз доказал, что использует свои способности только во благо. Постепенно его сослуживцы успокоились. Тогда-то Реми и решил отыскать Феникс.