Настя О – Билет на счастье (страница 5)

«Сегодня я бы хотела поговорить об одной весьма щекотливой теме. Да простят меня уважаемые ниийцы, но я все-таки женщина, а значит, не могу не испытывать по отношению к ним интереса. Вспомните, пожалуйста, что конкретно сказал нам уважаемый Да-И-Ки двадцать лет назад, впервые появившись на телевидении? Ниийцы создали клоны погибших астронавтов. Но что есть клон? Выращенный из клеток истинного организма идентичный ему организм. Значит ли это, что ниийцы прилетели к нам, не зная особенностей человеческого общения? Значит ли это, что ниийцы могли испытать при виде противоположного пола совершенно понятные нам, но неизвестные им реакции? Значит ли это, что к нам двадцать лет назад прибыли знакомиться абсолютно чистые в смысле общения полов индивиды? Неужели к нам спустилась раса красавцев-девственников?»

Комментарии ошеломляли. Истеричные, в духе «я спала с ниийцем, и это было божественно!» – Жюли сразу же подвергала большому сомнению, требуя железобетонных доказательств и уводя разговор в сторону фактов. Основная же масса участвующих в обсуждении склонялась к мысли, что все действительно так, как спрашивала Жюли.

– После этого блога все будут говорить, что мой псевдоним призван заключать межрасовые браки, – усталый голос Юльки послышался со стороны двери, и Саша повернула туда голову. Мадам Мендельсон стояла с бутылкой шампанского в одной руке и бокалами – в другой. Переодеться она успела в уютный домашний костюм из брюк и худи. Саша пожалела, что сама приехала в офисном прикиде.

– Я только думаю, какой же гений способствовал тому, чтобы ты это сочинила. Ниийцы в курсе?

– Ой, Сашка… – Юлька выдохнула и поплелась к подруге, неуклюже плюхаясь рядом и кладя голову ей на плечо. – Ты даже себе не представляешь, во что все это вылилось.

– Вообще я думала, что мы тут мужчину обсуждать будем, – призналась Саша, чувствуя, что зудело у нее сегодня неспроста.

– Мужчина будет. Чуть попозже, – пообещала Юлька, впрочем, без особого энтузиазма. – Но он и вполовину не так интересен, как последствия моего желания «глаголом жечь сердца людей».

– Ты меня пугаешь, когда начинаешь вспоминать классиков, – Саша не сдержалась, перехватила подругу за спину и начала успокаивающе гладить по голове. Какой бы Юлька ни казалась непробиваемой, в ее груди всю жизнь билось нежное и хрупкое сердце. – Рассказывай уже.

– Ой, Сашка… – снова простонала Юлька, а затем напомнила об изначальной договоренности: ноутбук был отодвинут, на его место водружены бокалы, и Юлька принялась снимать с шампанского этикетку. Пробку они вытаскивали попеременно, зато хлынувшее теплое и булькающее нечто ловким движением Сашиных рук полностью оказалось в приготовленной таре, а не на красивом половике, служившем предметом особой любви хозяйки. Пригубив, Саша запоздало подумала, что с теплого полусладкого ее должно намного быстрее унести в страну розовых пони и милых чебурашек.

– Споить меня решила, – попеняла она подруге, но та только отмахнулась.

– У тебя начался отпуск. Ночуй у меня, места всем хватит, а завтра спокойненько домой отчалишь. Сашка! – расчувствовалась внезапно она. – Ты такая хорошая. Что я сделала в жизни, что мне в благодарность послали тебя?

Тут Саша окончательно перестала сомневаться в том, что Юлька точно что–то употребляла до ее приезда. Но буйной подруга никогда не была, а сейчас ситуация располагала к тому, чтобы подбить на откровенность.

И Саша начала издалека:

– Я не уверена, что это не станет, в конце концов, твоим наказанием. Так что случилось, правдоруб ты мой ненаглядный?

Юлька еще некоторое время рефлексировала, потом отодвинула бокалы со стола так, чтобы было видно происходящее на мониторе.

– Вот здесь читай, – она ткнула пальцем в одно из сообщений, и Саша, пока еще чувствовала себя трезвой, попыталась оценить его смысл.

«Жюли, Вы затронули весьма животрепещущую тему. Я восхищена Вашей проницательностью. Логично было бы предположить, что Ваша гипотеза является верной, поскольку раннего контакта с землянами у ниийцев не было, а клоны, спорить с этим нет смысла, проходят все стадии формирования организма, начиная с зачатия. Было бы и правда интересно узнать, реагируют ли ниийцы на людей так, как написали об этом Вы. Мне, как человеку науки, Ваши слова пришлись весьма по душе…»

– Комментарий как комментарий, – пожала плечами Саша.

– С той лишь разницей, что его писала ниийка, – Юлька глотнула вина, опустошая бокал наполовину. – А через два дня – именно столько им потребовалось для выяснения личности блогера – ко мне в дверь постучали.

Тут не выдержала Саша, отправляя в желудок остатки шампанского.

– Подожди! – осенило ее, и она пошла на кухню, доставая из морозилки недавний лоток. Вернувшись к Юльке, дала добро на продолжение. – Окосеем раньше времени, а я хочу дослушать это до конца.

Юлька неохотно приняла мороженое:

– Они пришли не просто так, а с предложением.

– Вычислили тебя только по аккаунту на блогах? – вытаращилась Саша. – Сильны! И со связями.

– Они предложили сотрудничество, – будто не слыша, добавила Юлька. – Но для этого я должна буду поехать на их корабле в развлекательное путешествие.

– Что за?.. – подходящего синонима Саша не нашла, а потому предпочла отправить в рот ложку с мороженым.

Юлька кивнула на комод в коридоре:

– Если хочешь, посмотри сама. Там лежит билет на их лайнер «Искатель».

Что имела в виду мадам Мендельсон, Саша прекрасно понимала. Эта тема муссировалась в СМИ последние несколько месяцев. Грандиозная мечта, которая, наконец, осуществилась. Тот самый полет к Ние — родине пришельцев — наконец-то стал возможным. Насколько Саша знала, ниийцы приглашали туда видных деятелей науки, телевидения, шоу-бизнеса. Простым же смертным проход на судно мог грозить только в случае получения такого вот билета: счастливого пропуска в обитель инопланетян, оборудованную по последнему слову техники. Полгода райского удовольствия, которое, кажется, предложили и Юльке. Каким именно образом распределялись билеты, никто не вдавался в подробности, однако все были склонны думать, что ниийцы просто отдают их тем, кому симпатизируют.

Саша снова поднялась и подошла к комоду. Когда взяла билет в руки, ей показалось, что голограмма в верхнем правом углу моргнула красным и погасла. Юлька как-то странно посмотрела на подругу.

– А что плохого-то? – просмотрев информацию, спросила Саша. – Тут же обещают с комфортом подвезти максимально близко к Ние. Ты всю жизнь мечтала там побывать.

– Знаешь, после такого блога без неприкосновенности мне на борту делать нечего, – отрезала Юлька неожиданно уверенным голосом. – В составе миссии – еще куда ни шло, а так… боязно мне, в общем. Пусть, по большому счету, наши с ними договоренности — один сплошной пустой звук, ниийцы, тем не менее, не портят ни единого закона нашего ареала. Используем деньги — значит, они будут делать также, говорим о неприкосновенности — они изучат наши законы. Лишь бы нам было комфортно. Я понимаю, что это, мягко говоря, выглядит так, будто мы подопытные мышки под колпаком, но, тем не менее, наши хозяева удивительно тактичны. Если я пойду по билету — мне назначат сопровождающего, того требуют законы их гостеприимства, и я не уверена, что им не окажется кто-нибудь из заинтересованных лиц. Делегации же подобная участь не грозит. Главное — уметь ориентироваться в пространстве. На деловых переговорах, сама понимаешь, эта опасность сводится к минимуму.

– И что думаешь делать? – Саша поняла, что в решении Юлька укоренилась окончательно.

– Сижу и прикидываю, как бы смыться так, чтоб они не посчитали это поводом для скандала.

Саша с улыбкой посмотрела на подругу. Бокал с шампанским снова был полон.

– Уверена, ты справишься с любой заковыркой. Не зря же столько успешных переговоров провела.

– Дай Бог, милая. Дай Бог, – отпивая из своего бокала, задумчиво отозвалась Юлька.

ГЛАВА 2

– Ты уверен, что не переборщил? – высокий стройный нииец, похожий на японца, стоя у зеркала и поправляя темно–синий китель с золотыми лацканами, смотрел в отражении на своего спутника, хмурого «корейца», прожигающего взглядом ровный пол каюты космического корабля.

– Что бы я ни сказал… пропуск активирован.

У «корейца» оказался глубокий и приятный голос, но сквозившие в нем нотки бешенства совершенно не красили хозяина. «Японец» внимательнее присмотрелся к коллеге.

– Мне не нравится твой фон, Ри-Эн. Ты же знаешь, красное сословие острее всего реагирует на эмоции, а ты… – он замялся, подбирая нужные слова из выученного диапазона. – Ты можешь раньше срока совершить дестабилизацию. Это не будет хорошим доводом, если синие решат провести проверку.

– Знаю, То-Ши, – недовольно отозвался «кореец». – Будь спокоен, я держу себя в руках. Дай только ее на корабль переправить.

– Что в ней такого? – полюбопытствовал «японец». – Я имел дело с землянами. Не могу припомнить ни одного случая, когда кто-нибудь из них настолько заинтересовал меня.

– Глазищи ее!

«Японца» поразила странная форма знакомого слова.

– Светятся? Обладают врожденной мутацией? – предположил он.

– Огромные. Синие, – со злостью процедил «кореец». – Как посмотрит, так заставляет это тело дрожать. Мышцы сокращаются, и мозг отдает им странные команды.