Настя Ненастьева – Матч-пойнт (страница 8)
– Стулом воспользоваться не пробовала?
От неожиданности Катя пискнула, резко дернулась и повернулась, пнув плечом стеллаж, отчего легкий инвентарь и всякая дребедень посыпались с полок.
В дверях стоял Петя.
– Нельзя так к людям подкрадываться!
– И в мыслях не было, – пожал плечами тот, но с места так и не сдвинулся.
Под натиском практически черных глаз, кажущихся при свете «лампочки Ильича» еще темнее, Катя невольно опустила взгляд и как можно ниже натянула короткое платье на оголенные ноги.
«Ну, Янка! Уговорила платье надеть раз в год. Спасибо! Лучше бы в джинсах пошла, как обычно», – мысленно пожалела Катя.
– Чего пришел?
– Тебя, как я понял, послали за реквизитом. Уже минут пятнадцать прошло, вот и отправили на твои поиски, – спокойно пояснил Петя.
– Ясно, – тихо выдала Катя, осознавая, что начинает чувствовать себя не совсем уютно наедине с ним.
– Ничего себе, оказывается, дикая Кошкина может не бросаться на меня по поводу и без, – изменившимся голосом, в котором появился интерес, заявил Петя и отошел от косяка, который подпирал плечом непонятно сколько времени, пока она не видела.
– Может. Пока ей не наступят на хвост, – заметила Катя и, сделав шаг назад, уперлась в стеллаж спиной.
– И что тогда будет? – Петя подошел еще ближе, и у Кати перехватило дыхание от осознания того, что парень, с которым хотят завести романтические отношения чуть ли не все девчонки факультета, стоит совсем рядом, стоит потянуться и…
И вместе с этим в голову пришла мысль: что, если это просто игра в кошки-мышки? Ведь, наверное, все богатые мальчики так делают? Они – холеные домашние коты, а такие, как Катя, – желторотые птенцы, которые только-только покинули гнездо и ничего не смыслят в жизни. Стоит потерять бдительность, и кот в один прыжок окажется рядом, начнет свою игру.
– И тогда кошка выпустит свои когти, – как можно серьезнее попыталась сказать Катя, но вышло, наоборот, смешно, отчего Петя попытался спрятать улыбку за кулаком.
Катя зажмурилась и широко распахнула глаза, будто пытаясь прогнать наваждение. Резко шагнула вправо и ткнула пальцем в коробку на стеллаже.
– Достань мячи, – скомандовала она и добавила чуть тише: – Раз уж пришел. Там заждались уже все.
В тишине, которую здесь обычно нарушали звуки мячей и крики играющих, было сложно скрыть стук сердца. Ей казалось, что и Петя его слышит, от этой мысли накрывала какая-то лихорадочная дрожь. Прятать переполнявшие эмоции было сложно. Кате было и неловко, и страшновато, и одновременно приятно оттого, что Петя находился так близко, что она с легкостью могла к нему прикоснуться. И вместе с этим где-то на подкорке чесалась, вертелась мысль: «Таких, как он, ты, Кошкина, ненавидишь и должна избегать».
– С чего ты взяла, что мячи находятся там? – Петя недоверчиво покосился на небольшую коробку и перевел взгляд на Катю. – Ты хоть представляешь, как они выглядят? Какого размера? Да туда один мячик максимум влезет, Кошкина.
Катя пренебрежительно фыркнула, и вся дрожь мигом улетучилась.
– Думаешь, если я люблю математику, а не теннис, то не в курсе таких элементарных вещей?
– Думаю, что случайно наступил кошке на хвост.
Петя отошел, склонился над коробкой, в которой были сложены ракетки, вытащил оттуда темную пластиковую банку и потряс ею. Что-то в ней глухо застучало.
– Вот.
– Окей, – поджала губы Катя. – Еще парочку ракеток возьми, я выберу какой-нибудь трофей покрасивее.
Одно движение и…
– Стой!
Хлоп!
Дверь каморки звонко захлопнулась, отрезая их от внешнего мира. Петя недоуменно посмотрел на вырванную ручку и понял, что произошло.
– Ну почему, почему ты взял именно ее?!
Катя в один прыжок оказалась рядом и выхватила из его рук ракетку. От досады и комичности ситуации хотелось пройтись ею по голове Аверина, но вместо этого она лишь раздраженно стукнула ею по коробке.
– Я… Да как-то не подумал даже. Ну а чего она тут стоит? – на миг растерялся Петя, но тут же голосу вернулось прежнее спокойствие. – Успокойся, Кошкина. Ничего страшного не произошло.
– Да? А как мы отсюда выберемся? – не унималась Катя.
– Подождем, пока кто-нибудь придет за нами, когда поймет, что долго отсутствуем.
– А что, если мы тут задохнемся?
– Ничего не произойдет, – заверил Петя и, хитро прищурившись, добавил: – Вот только если вдруг погаснет свет…
Щелк!
Одинокая «лампочка Ильича» потухла как раз после его слов.
– Мамочки! – взвизгнула Катя и бросилась к парню.
Обхватив руками Аверина за талию, она прижалась и зажмурилась.
– Кошкина, что ты… – начал было Петя, и тут его осенило: – Ты что, темноты боишься?
Он получил тычок головой в грудь, по которому и понял, что Катя кивнула. Свет тут же зажегся. Катя замерла, а потом резко отпрянула. Взгляд упал на выключатель у двери, которого с легкостью мог коснуться Петя, после этого поднялся на парня, который невозмутимо продолжал стоять на месте.
– Да и вообще, если боишься темноты, зачем зажмуриваться, чтобы было еще темнее?
– Ах ты гад двухметровый! – злобно воскликнула Катя и ударила кулаком ему в грудь.
– Всего лишь метр девяносто! – запротестовал, смеясь, Петя. – Ай, Кошкина! С ума сошла?
– Открывай дверь как хочешь, хоть с ноги, хоть головой, – скомандовала Катя, кипятясь, как чайник деда в кухне: громко и визгливо. – Больше я не собираюсь быть с тобой наедине ни секунды.
– Сейчас наверняка кто-нибудь придет.
– Но я не хочу, чтобы нас застали вместе! Что люди подумают? Что я… Что мы…
– Что мы?
– Фу, Аверин! О чем ты только думаешь?!
– О чем? – хохотнул Петя, отодвинул тренерский стул, уселся на него и откинулся на спинку. – О… том!
Катя заходила взад-вперед, безнадежно пару раз толкнула дверь, и стала озираться в поисках какого-либо орудия, которое помогло бы отпереть ее.
– Я бы посоветовал присесть и не растрачивать силы попросту.
– А я бы посоветовала не советовать ничего тому, кто не ждет от тебя советов.
– Ладно.
Петя скрестил руки за головой и принялся наблюдать за ней.
– Одного не могу понять, Кошкина, – начал он. – Ты сказала, что такие, как я, не могут…
– Окно! – оборвала его речь Катя и ткнула пальцем в маленькую форточку в стене под потолком.
Петя недоуменно приподнял бровь.
– Ну, окно! – повторила Катя.
– Я вижу. Покричи в него, может, полегчает. Только «халяву» зовут накануне экзаменов, а они еще не скоро.
Катя подошла к Пете и дернула за спинку стула, давая понять, что хочет взять его. Петя неохотно поднялся и прислонился спиной к стене, засунув руки в карманы.
– Не хочется тебя расстраивать, но ты правда считаешь, что… Эй, Кошкина!
Катя поставила стул у параллельной стены, сняла тяжелые ботинки и забралась на него с ногами.
– Хм, все равно высоковато. Даже для меня. – Она задумалась, и взгляд устремился на Петю. – Нужна помощь. Подними-ка меня повыше, тогда я смогу перелезть и открыть дверь снаружи.