Настя Любимка – Жена в подарок (страница 22)

Нет, однозначно мы с этим врачом сработаемся.

— Приняла, но хотелось бы знать и новые правила. Сами понимаете, я далека от традиций фэлроу. Да и не только от традиций. Вот, с магией, если появится новая, хотелось бы справиться.

— Я обязательно вам во всем помогу. — Живо отреагировал собеседник. — Буду наблюдать за вашим состоянием, но могу сразу сказать, что сильнейшие эмоциональные потрясения высвободят энергию раньше.

В глазах фэлроу зажегся огонек. Опасный такой огонёк, как у ученого, который стоит на пороге великого открытия. Ну уж нет, экспериментировать на себе не дам.

— Но это может привести к катастрофе, разве нет? Спонтанный выброс сырой силы грозит нарушением стабильности и может привести к природным катаклизмам, — как хорошо, что мне все-таки досталась память принцессы!

— Могло бы, при условии, что мы находились бы не в Облачном дворце. Так что вам очень повезло. За пределы дворца ваша сила не выберется.

— Однако тем, кто останется внутри, вряд ли это понравится, не так ли? Давайте обойдемся без потрясений.

— Простите, — в очередной раз покаялся Рален. — Я впервые наблюдаю подобные изменения и все это очень интересно и необычно.

Ну точно маньяк ученый. Нет уж, так мы не договаривались, подопытной бабочкой я быть отказываюсь. Нет у меня желания быть пришпиленной за крылышки к стене.

— Итак, чисто теоретически, я не являюсь угрозой, скорее ребенком, который не всегда сможет контролировать проявления своей магии? — вообще я и так это уже знала, достаточно вспомнить как я элементалей топила, испугавшись их лиц.

— Верно.

— Ни противопоказаний, ни ограничений у меня нет?

— Не совсем вас понял.

— Может необходима какая-то диета или наоборот употребление каких-то овощей или фруктов. 

Желудок, вспомнив, что он три дня ничего не ел, издал руладу. Хорошо тихую, краснеть не пришлось. Впрочем, я бы и не стала. Трое суток голодом морили, ироды. Отварчик хорошо, конечно, пошел, но его маловато.

— Нет, в пище ограничений нет, — улыбнулся мужчина. — И вам не помешает подкрепиться.

— Не помешает, — согласилась я.

— Давайте я позову фрейлин, Данаэль, а вы отдадите распоряжения.

Судя по всему, на этом наша аудиенция закончена. Одно плохо, я прямо нутром чуяла, он не все сказал. Но интуиция подсказывала, что сейчас и не скажет, а донимать смысла не имеет.

Надо низводить и курощать, выражаясь словами великого Карлсона. Вот этим и займемся. Постепенно.

— Я рад, что вы изменились, Данаэль, — вдруг выдохнул фэлроу. Почти не слышно выдохнул. — И безмерно рад, что ваше увлечение Рафаэлем прошло. Хорошего вечера, ваше высочество. Утром я снова приду.

И пока я обтекала, покинул спальню. Черт, я ведь и не сразу сообразила, что за Рафаэль. А он о принце, в которого была влюблена Данаэль. Выходит, что Рален видел принцессу два года назад и больше не имел чести находится к ней близко. Оно и к лучшему.

Я наконец-то села и откинула одеяло. Растёрла затекшую шею и внимательно проследила за тем, как кровати проходят фрейлины.

А ведь надо им какую-то речь толкнуть. Блин. Я пока не поем ни о чем кроме еды думать не смогу. Ладно, три дня не ела, полчаса погоды не сделает.

— Вечер добрый, девушки, — я окинула взглядом каждую из фрейлин. — Предлагаю познакомиться заново. Поднимитесь.

Фрейлины послушно разогнулись. А я вздохнула и начала лихорадочно вспоминать речь нашего администратора. Вот уж кто всегда лучился позитивом и добром, а также умел находить слова для каждого работника, да так, что и работать хотелось, а плохое и вовсе не вспоминалось. Несмотря на то, что в клубе случалось всякое разное.

— Мы теперь с вами связаны. Каждая из вас принесла мне клятву верности, и я приложу все усилия, чтобы вы остались подле меня как можно дольше, но при одном условии.

В глазах женщин появился живейший интерес.

— С этого дня я разрешаю вам задавать мне вопросы и обращаться ко мне раньше, чем я отдаю приказ. Естественно, когда мы наедине. — Ох уж эта практика высшего света, молчи пока тебя не спросят. С другой стороны, способствует выживанию. Но сейчас она мне абсолютно не на руку. Мне нужен диалог с моими фрейлинами.

— Ваша милость, — Марэль сделала крохотный шажок вперед, — благодарю за оказанную честь и раз вы позволяете, то…

Я подбодрила фрейлину улыбкой. Черт, как же бесят эти реверансы и экивоки. Но, терпи, Дана, выбора все равно нет.

— О каком условии идет речь, ваша милость?

И все три с живейшим интересом на меня посмотрели. Но моментально опомнились и опустили головы. Блин, не слуги ж ведь, в прямом смысле этого слова, а родовитые женщины, леди высшего света.

— Я разрешаю вам не опускать головы, когда мы ведем диалог, — все -таки не выдержала я. — Я хочу видеть ваши лица.

Вот, пусть расценивают блажью. Но по взгляду всегда очень многое можно определить.

— А условие очень простое — это ваше желание остаться рядом со мной и служить мне.

Я проследила за тем, как меняются выражения на лицах женщин и расслабилась. Хотят. Еще как хотят. Видимо, двух старших жизнь помотала нехило, но должность фрейлины им была необходима как воздух. Вот и славно. Друзья мне нужны. Пусть я и понимаю, что эти женщины в зависимом от меня положении, но кто мешает завоевать их симпатию и добиться дружбы?

Никто, так что буду дерзать.

— Хотим, ваша милость! — хором высказались фрейлины и вдруг поклонились низко, чуть ли не целуя пол. Я бы не удивилась, если бы они на колени бухнулись. Но ведь не крестьянки ж…

— Поднимитесь, девушки. — Приказала им и вздохнула. Тяжко мне придется. Но справлюсь. Обязательно.

— Марэль, Ланэль, Соэль, мне потребуется ваша всесторонняя помощь. А потому я дозволяю вам говорить со мной открыто и прямо. Даже если вещи, о которых вы желаете сообщить — неприятны. Я новый человек в Облачном дворце, воспитывалась в иной среде и пусть я принцесса по рождению, от обычаев и традиций моего мужа я далека. Но хочу стать ближе.

— Ваша милость, можете рассчитывать на нас, — ответила Ланэль, видимо, как самая старшая.

 — Нам предстоит много работы, — улыбнулась я. — И для начала, я бы хотела одеться и поужинать. И приглашаю вас к столу. Полагаю, малая гостиная нам подойдет.

И это, кстати, отступлением от этикета не было. Во всяком случае при дворе Данаэль, там фрейлины могли трапезничать со своей госпожой.

Судя по реакции фрейлин здесь также нарушением субординации, не считалось. Вот и славно, за едой можно в непринуждённой обстановке обсудить важные вещи.

— Благодарим за оказанную милость. — за всех говорила Ланэль. — А гардероб, ваша светлость… мы подготовили десять платьев. На первое время.

Ого, аж десть платьев на первое время… Нет уж, меня переодеваться на дню по семь раз точно не заставят.

— Но как только вы отдадите распоряжение мы пригласим портных.

— А мерки вы как снимали? — задумчиво протянула я. Спящую что ли вертели и крутили? Да и переодевал меня кто-то…

— Мерки предоставил повелитель, он же вас и переодел.

— Что?

Замечательно вообще! Антарес зря время не терял.

— Повелитель сам вас переодел и дал мерки портным для того, чтобы вам изготовили одежду на первое время…

— Показывайте, — потребовала я.

А с мужем я еще разберусь. Разглядывал он меня, переодевал. Я может тоже хочу на его тело полюбоваться. Так вообще-то не честно!

Принесенные платья мне понравились. Мы выбрали вечерний вариант, длинное, с простым закрытом фасоном платье цвета ночного неба. Остальные делились на три категории: утренние, к которым относилось кремовое, нежно-бирюзовое и цвета кофе с молоком, дневные — умеренно-розовое с белыми вставками, светло-зеленое и золотистое, а также вечерние — цвета ночного неба, горького шоколада и темно-зеленое. Причем «домашнего варианта» в каждой из категории было по одному. Остальные, как я поняла на выход, ну и прием гостей.

— Вы умницы, — от души похвалила девушек. — Отличный выбор. Все платья мне очень нравятся.

Честно, ходить разряженной как попугай мне совершенно не хотелось.

— Мы учли ваши пожелания при выборе постельного белья, — робко пояснила Соэль. — И перенесли ваш вкусы на одежду…

Шикать на нее никто не стал, а вот снисходительно улыбнулись обе старшие фрейлины.

— И поступили верно, — похвалила их.

Два дня назад

Антарес Ивредо

Я не мог себе ответить на вопрос, почему не позволил фрейлинам Даны переодеть ее и снять мерки, а сделал это вместо них.

Не сказать, что мне хотелось всестороннее рассмотреть свою жену. Я сделал это еще тогда, в своей спальне, но сейчас… когда девушка лежала и мирно спала хотелось укрыть ее ото всех и никому не показывать.