Настя Любимка – Я знаю – ты мой! (страница 11)
У меня еще не успела мысль сформироваться, как в мозгу напоминанием прозвучала просьба Зейна не говорить девочкам, что инициации не было. То есть попросту молчать, пока кто-то из сердобольных не пожалеет ведьму, которая не смогла провести ночь с едва знакомым мужчиной. И вот теперь-то никто от него ответа не потребует!
– Амина, помолчи! – вступилась за меня одна из ведьм. – Если Ковен дал вам возможность закончить начатое, это не значит, что мы не имеем права отказаться трапезничать с вами. И если леди Алиса не желает вас видеть, значит, вам нечего тут делать.
– Вот еще! Она бракованная, даже демон с зовом от нее отказался!
– Ишь ты, возомнили они о себе! Да леди Алиса лучшая среди нас, и если она решила так поступить, то…
– Вы подставили меня, – срывающимся голосом произнесла я, глядя на Зейна. – Вы не все мне рассказали. Утаили важную информацию, отказавшись от инициации, а я теперь являюсь посмешищем. Так себя ведут наследные принцы Нижнего Мира? Свою несостоятельность решают посредством унижения женщины?
Во мне клокотала ярость. Я была готова кинуться на демона, но сумела удержаться. Я леди! Леди я! А леди так себя не ведут!
– Благодарю за чудесную компанию, – криво усмехнулась, – Но, пожалуй, на сегодня с меня хватит.
Глава 5
И все бы ничего, но Сицилла! Я покидала столовую с гордой поднятой головой, а она лишь осоловело переводила взгляд с Корвина на меня. Она даже не заметила, что я устроила скандал. Мое поведение не делает мне чести, Я была неправа, втянув в собственную обиду остальных, но… Почему меня кинулись защищать другие ведьмы, а моя, считай, уже родная сестра ничего не заметила?!
Себя не оправдываю, нужно быть несколько сдержаннее. Однако эмоции хлещут через край, а винить кроме себя некого! За противостоянием с Таем напрочь забыла о таких насущных вещах, как окружение и быт ведьм и демонов.
Что я знала об инициации? Что ее нужно провести. Но как могла забыть, что ведьмы свободолюбивы и неволить их – себе дороже?! У них должны быть лазейки на случай, если во время инициации что-то пойдет не так. Какие-то традиции, законы… А я? Поверила тому, кто меня неоднократно подводил! И каков итог?!
Они провели инициацию тех ведьм, что осознанно пошли на подлость. Осознанно! А для меня провести ее отказались.
И тетушка Мири хороша, и Ковен их… Кругом лицемеры! Ненавижу!
От переизбытка чувств топнула ногой. Грянул гром, да такой, что по дворцу будто судорога прошла.
– Ледюшка гневаться изволит… – испуганное из стен. Домовые перешептываются.
– Довели… – устало пробормотала я. – Извините.
– О-хо-хоюшки… грехи тяжкие…
Я продолжила путь по коридорам. Легче не стало. Хотелось расцарапать лицо Зейну и Таю Авразу, из-за которого моя жизнь пошла кувырком. Да вообще всей императорской семейке! Что хорошего они принесли людям? Что сделали такого, чтобы подданные их любили? Вся империя живет в постоянном страхе.
Но и ведьмы… ведьмы тоже не так просты! Правильно, Алиса же леди, она воспитана так, что молча проглотит любую несправедливость, потому что привыкла к этому с детства. Потому что должна держать в себе накопленные обиды и повиноваться решению тех, кто старше, а значит, заведомо мудрее и сильнее.
Не хочу! Не буду!
Как я долетела до покоев, осталось загадкой. Вроде только что гневно топала ногами за дверями столовой, а уже стою на пороге своей комнаты. Какой-никакой, а оплот.
– Ты им там перцу задала, Алиска? – Ехидный голос Мура не заставил себя ждать.
Я еще толком порог не переступила, а он уже за нравоучения взялся.
– Полюбуйся на меня, правда, я теперь очень красивый?
– Что? – испугалась я. – Ты опять, да? Наворовал чужих рецептов?
Я влетела в спальню, где на тумбочке лежал гримуар.
– Я наворовал? – искренне возмутился талмуд. – И как только язык повернулся. И не смотри так. Не смотри, это все мое! Не дам удалять!
– Куда ты денешься! – возмутилась я. – Очищай все, что нового появилось. Я их не записывала, значит, нам это не принадлежит.
– Глупая девчонка, ей знания сами в руки плывут, а она отказывается!
– Мур… – рыкнула так, что у самой уши заложило.
Я и так была на пределе, а тут еще своенравный гримуар. Знал ведь мою позицию по отношению к этому свойству ведьминской силы и мага-менталиста. А все туда же, издеваться и жадничать.
– Понял, – горестно вздохнул он, – все исправлю. Но, Алиса, тут такие рецепты! Правда, спектр действия интересный… Ты о медленных пытках за столом думала?
О да, было бы кстати. Выпотрошила бы всю информацию, которую от меня утаили!
– Ух, какая ты кровожадная! Лучше бы с таким настроем к рецептам относилась, – пробурчал видоизмененный Мур.
Он и так из тонкой тетрадки вырос в полноценную книгу, а теперь со скачками с рецептами выглядел, как старинный молитвенник Светлоокой Альири, что лежит на алтаре в часовне храма. Очень объемный манускрипт, в него записывали не только молитвы, но и все чудеса, случавшиеся при ней. Учитывая, что Светлоокая жила ни много ни мало семьсот лет, то…
– Исправь, пожалуйста, Мур, – устало попросила, – мы создадим свои, намного лучше. Слово ведьмы.
– Слово даешь? – недоверчиво переспросил вреднючий гримуар. – Ну так и быть…
Пока Мур копошился, периодически попискивая, я переоделась в удобную просторную одежду. Еще в пансионе выработалось – если я полностью погружена в эмоции, должна с головой уйти в учебу или физическую работу.
Нам, хоть мы и леди, приходилось – особенно первые два года – убирать посуду в столовой, наводить порядок в отведенном крыле пансиона, самим поддерживать чистоту в спальнях и классных комнатах. Наставницы считали, что любая аристократка обязана знать домоводство изнутри, чтобы управлять прислугой и иметь представление о том, сколько сил и средств затрачивается на ведение хозяйства. Магией пользоваться запрещалось, ведь прислуга в основном – простые люди. Лишь экономки да управляющие иногда владеют магией, и то бытовой.
В общем, сейчас я желала спустить пар излюбленным методом – зубрежкой и практикой. Правда, не учла того, что мой обеденный спич не пожелают замять.
Стук в двери раздался в тот момент, когда Мур, уничтожил лишние сведения, и теперь пыхтел, настаивая, чтобы мы приступили к «теловредительным» рецептам, Я же хотела попрактиковаться в зельях, укрепляющих физические возможности и выносливость тела.
Однако ни его, ни моим планам не суждено было сбыться.
– Войдите, – прокричала и, взяв гримуар в руки, вышла в гостиную.
Первой мыслью было, что явился Зейн – либо извиниться, либо потребовать сатисфакции. Второй – что пришла пристыженная Сицилла. Однако я ошиблась, моим неожиданным гостем стал Кортин.
– Вот уж кого не ожидала увидеть, – не стала скрывать эмоций.
Перед ним можно не держать лицо, все равно менталист при должном усердии отличит правду от лжи. А радости при его появлении я не испытывала. Ни капли.
Правильно, Алиска службу сослужила, о ней можно и забыть. Подумаешь, подсобила, когда требовалась помощь. Сейчас же у них со Сициллой все прекрасно. Не удивлюсь, если Кортин пришел с приглашением на свадьбу, которые эти двое не постесняются сыграть прямо здесь.
– Извини, сестренка, – понуро выдал он, – разрешишь пройти?
– Ты уже вошел, – пожала плечами, но указала на диван: – Присаживайся.
– Я мало знаю, Алиса, к тому же на Зейне такая защита стоит, что и отец бы не справился с его блоками, но… прошу, не вини Сициллу, что не кинулась тебя защищать.
Вздрогнула: вот умел братец не просто смотреть в корень проблемы, а вытаскивать его на свет. Я действительно обиделась. И сильно. Но кто сказал, что я в этом признаюсь?
– Ее инициация прошла не совсем правильно. – Брат залился краской.
– Ты сделал ей больно?
– Нет-нет, с этим все в порядке, – Кортин стал совсем пунцовым. – Что-то не так с потоком энергии, мне приходится постоянно держать ее на ментальном поводке.
– Что?!
– Мне сложно объяснить, но могу показать. Открою тебе сознание, однако… Алиса, пообещай, что никогда никому не расскажешь. Мне придется показать практически все.
– Ты серьезно?
– Абсолютно. Сейчас Сицилла с другими ведьмами, и у нас не больше двадцати минут для беседы. Если начну рассказывать, подбирая правильные слова, мы не управимся. Потому предлагаю показать, но не уверен, что смогу скрыть нашу близость с Сициллой.
Его страхи были понятны. Открывая сознание более сильному менталисту, ты не можешь быть уверен, что не покажешь больше, чем планировал. Я знала, чего он боится. И конечно же никогда не стала бы использовать полученные знания против подруги.
Стыд жег меня. У нее проблемы, а я думаю только о себе.
– Кортин, я уверена, что при других обстоятельствах ты бы не пошел на это, значит, все очень серьезно. Поэтому показывай, а потом обсудим и решим, чем я смогу помочь.
– Ей уже помогают. Она пьет специальные настойки, чтобы быть в отличном настроении. Это необходимо, – Кортин взъерошил свои волосы, – ее чувства стали якорем…
– Не болтай, – вздохнула, – показывай.
Острожное прикосновение горячих пальцев к моему лбу, и я словно с головой ухнула на дно озера.
К слову, интимных моментов я увидела не много, и слава Светлоокой Альири! Хватило и того, что эти двое чувствовали. Меня будто бурным потоком протащило по кромке каменного берега.