Настя Любимка – Свадебные дары дракона (страница 3)
Их магия отличается от магии людей, дриад и оборотней, к которым мы относим драконов, эльфов и дроу. Ей просто нет аналогов. Даже самые простенькие их заклинания имеют невероятную силу и мощное воздействие. Магия драконов куда агрессивнее, а сами они имеют куда больший резерв, чем представители любой другой расы.
Никто не знал, откуда драконы черпали столько энергии. Ходили слухи, что у каждого драконьего рода имелся свой дух-покровитель, который и являлся тем самым сосудом безграничной магической энергии. И он же распределял её среди членов всего рода.
Но это были всего лишь слухи, не подкреплённые фактами. Однако для каждого мага являлось честью создать своё защитное заклинание от драконьей магии.
Я тоже не была лишена амбиций, а потому и пошла на факультет защитной магии, где училась создавать и применять защитные плетения. Мы обучались артефакторскому искусству, бытовой магии, защите в полевых и мирных условиях, изучали на практике свойства энергетических потоков и способы их развоплощения, посещали курсы нежитеведения, где учили классификацию опасных монстров, всё ещё обитающих в нашем мире, а также способы защиты от них. Нет, мы не учились убивать, мы учились защищаться и защищать.
Мне оставалось два года до конца обучения. А теперь я никогда не закончу Ордарскую академию магии и не получу свой красный диплом. Господин Ривол не солгал, я действительно была лучшей на своём курсе.
– Леди Эстель, я понимаю Ваши опасения касательно неприятия чистокровными драконами тех, кто чистокровным не является. Но также я знаю, что у Вас действительно нет выбора. Будь Вашим предком не дракон, всё было бы куда проще. Однако…
– Это от меня не зависело.
– Верно. Мои друзья помогут Вам добраться в Амстартена без приключений и обеспечат предметами первой необходимости. Также я открою счёт на Ваше имя. Конечно, той роскоши, к которой Вы привыкли, не будет. Мои сбережения не могут сравниться с содержимым счетов одного из богатейших родов Ордара, но и голодать Вы не будете.
– Я собираюсь забрать свои вещи из родового поместья.
– Если магия позволит, у Вас может это получиться. Но всё Вы забрать не сможете. Постарайтесь выбрать практичные вещи, откажитесь от излишеств. А если хотите забрать родовые драгоценности, то лучше прямо сейчас откажитесь от этой идеи. В противном случае Вас могут обвинить в воровстве. Одно дело – взять повседневную одежду, и совершенно другое – сокровища рода.
– Они принадлежат мне, – глухо ответила я. – Никто из родственников к ним не прикасался.
– Поверьте, как только пройдут сутки, и Вы окажетесь за пределами поместья, всё изменится.
Мужчина вздохнул и покачал головой. Его взгляд был наполнен сожалением и решимостью помочь. А ещё в нём отчётливо угадывалась жалость. А вот этого я не любила.
Убрала платок от губы, которая больше не кровоточила и выпрямилась. Господин Ривол прав, я не должна сдаваться, так и не попробовав. Может, не всё было так страшно, как нам говорили на лекциях о драконах?
В конце концов, не обидят же они ребёнка! Я даже для человеческой расы была несовершеннолетней. А уж для драконов, чья продолжительность жизни насчитывала не меньше пяти веков – так совсем кроха.
– Я согласна, – всё для себя решив, произнесла я. – Согласна принять Вашу помощь и план.
– Рад, что не ошибся в Вас, леди Эстель. Вы очень сильная, – улыбнулся мужчина. – Что ж, слушайте внимательно, а после я активирую метку осуждённого.
Глава вторая
Вдыхая чуть холодный воздух, пропитанный дикой смесью из цветочных запахов, свежей выпечки, ароматов, доносящихся из парфюмерной и аптекарской лавок, я шагала вдоль мостовой, держа путь в родовое поместье тар Кальнесс.
Как и предсказывал господин Ривол, мой запрос о переводе быстро одобрили. За два часа столичная академия не только обработала документы, выставила оценки в табель, но и передала мне всё необходимое через поверенную контору, в которой я и делала запрос. Так что сейчас я шагала с увесистой папкой в руках и с магическим кристаллом, который позволял сделать прямое обращение в архив Ордарской академии в случае, если с документами что-либо произойдёт. Думать о том, что может быть уничтожен кристалл, мне не хотелось.
Как только я окажусь за пределами Ордара, наложу защиту на все свои вещи. Особенно на документы и кристалл о переводе.
Идти мне предстояло довольно далеко. А вызвать экипаж не представлялось возможным. Все – даже те, кто не обладал магией – видели над моей головой сотворённые воздушной стихией цифры: часы и минуты, которые мне осталось провести в городе, да и вообще в стране. Таково уж было действие той самой метки, которую активировал господин Ривол. Потому со мной никто не желал связываться. Сторонились, кривили губы, кто-то даже сплёвывал.
Я предпочла этого не замечать. Лучше представить, что идёт королева, и толпа расступается перед ней, не так ли?
А ещё не стоило показывать свой страх. Люди, собравшиеся в толпу – это коллективный разум, который можно сравнить со зверем. А зверем движут инстинкты. Следовательно – я должна быть спокойна и невозмутима!
И я шла, гордо задрав подбородок. Шла, делая вид, будто не вижу леди Симари и леди Кассандру, которые буквально три дня назад отвешивали мне изысканные комплименты в связи с помолвкой, а теперь злорадно смотрели, улыбаясь так, что у меня внутренности в клубок сворачивались. Нет, мне и раньше было известно, что друзей у меня в городе нет. И не только потому, что у меня тяжёлый характер. Отчасти благодарить за это нужно было родню, взявшую надо мной опеку.
Интересно, а мои друзья из столичной академии останутся ими, несмотря на случившееся, или тоже поспешат откреститься от дочери погибшего герцога?
Я шла и запоминала всё: закрывающиеся ворота домов, в которые когда-то меня настойчиво приглашали во время летних каникул, лица и взгляды людей, в которых отчётливо проступали презрение и удовлетворение. А ещё в них было много зависти и страха.
Ну, конечно… Пробуждённая кровь, преступница, нарушившая самый важный закон Ордара. И никому ведь не докажешь, что я не желала подобного, что не принимала препарат, который являлся катализатором к пробуждению.
В глазах их всех я осознанно пошла на риск. Видимо, полагала – в их домыслах – что сумею скрыть случившееся и остаться безнаказанной.
Герцогская дочка – бесстыдница! И это были не мои мысли, а слова людей, следующих за мной по пятам. Шикарное ведь представилось им развлечение!
Когда первый помидор просвистел над ухом, я не сразу поняла, в чём дело. А вот когда второй врезался в меня чуть ниже шеи… И это при том, что до дома оставалось всего триста метров!
Я сбилась с шага. Остановилась, ловя спиной и затылком новые «подарки».
«Мама, папа! Надеюсь, вы этого не видите…» – мысленно произнесла я.
Как быстро люди забыли то добро, что делали для них мои родители! Все любили герцога и герцогиню тар Кальнесс за их отзывчивость и милосердие, за благотворительность. Могли бы в память о них и не трогать то единственное, что от них осталось – меня.
Но… все спасовали перед нарушенным мною запретом. Никто из них не захотел преодолеть страх.
Господин Ривол предлагал мне экипаж, предлагал защиту. Но это бы подставило под удар его самого и раньше времени раскрыло истинное отношение начальника тюрьмы ко мне, чего я не могла допустить.
Закон един, а толпа везде одинакова. Я не первая и не последняя, с кем обращаются таким образом. Власти не станут останавливать толпу, жаждущую выразить своё негодование и неудовольствие за самое страшное преступление – пробуждение крови.
Резко обернувшись, я чудом не получила гнилым овощем в лицо. Мальчишки-оборванцы замерли под моим взглядом. Кто с поднятой рукой, в которой были зажаты новые овощи, кто, согнувшись с уже подобранными камнями. Я увидела горожан славного Эримана: в добротных одеждах и лохмотьях, упитанных и оголодавших, старых и молодых – единых в порыве причинить мне боль. Ни проблеска разума не было в их глазах. Они будто бы превратились в стадо.
И лишь один выделялся среди всех. Рыжеволосый парень расталкивал толпу локтями и отпинывал ногами, прорываясь ко мне. И я видела, знала и чувствовала, что он желал не обидеть, а, наоборот, защитить, прикрыть собой, помочь.
Дриан Тароска, наследник торговца тканями. Он был далеко не ровней герцогской дочери. Но это с ним мы в детстве лазали по деревьям в нашем саду, бегали наперегонки и объедались вишней и яблоками. Пока живы были мои родители. А после…
Я тряхнула головой, прогоняя эти мысли. И одновременно властно выставила руку перед собой, не позволяя никому ко мне приблизиться.
Я – леди! Я – Эстель Этвор тар Кальнесс! И я не позволю никому об этом забыть! Я не жертва и никогда ею не стану!
Всего на секунду наши взгляды с Дрианом встретились. Секунда, которой хватило, чтобы он понял, что его помощь не нужна.
Ему здесь предстояло ещё жить, а вот я уеду. Я не могла так подставить того, кто, несмотря на годы отчуждения, сохранил ко мне тёплые чувства. Настолько тёплые, что бросился защищать, не думая ни о чём.
– Вы! Да, Вы! – я сделала шаг вперёд, указывая на девушку немногим старше меня. – На Вас чудесное платье. Очень Вам к лицу.
Злость, которая была отчётливо видна в её взгляде несколько мгновений назад, пропала, сменяясь удивлением и смущением. А ещё чуть погодя – и робкой улыбкой. Похвала всем приятна. Но я не собиралась расточать комплименты.