Настя Любимка – Пятый факультет (страница 42)
Обычно неспокойствие проявлялось в одном — сильнейшем всплеске темной магии. И неудивительно, что я тут же вскочил на ноги, Софи посерьезнела, а богиня попыталась испариться. Естественно, чтобы проверить те самые границы королевства, куда Хейли отправляла дракона, но у нее не вышло.
— Не уходи! — попросила девушка. — Нам пора пересмотреть план.
— И собираться в дорогу? — выгнула бровь богиня.
— Не язви. Ты заслужила тычок метелкой. И будь моя воля, я бы давно тебя ею отходила.
Мне всегда становилось не по себе, когда Хейли так разговаривала с демиургом. Причем не только мне. Софи сжималась в тугую пружину и была готова к прыжку. Готова к тому, чтобы закрыть собой Хейли, если богине взбредет в голову наказать ту за дерзость. Но этого не потребовалось. Впрочем, как и всегда.
— Ты еще здесь? — девушка смотрела на дракона. — Элайза и без тебя прекрасно проведет утро. Это приказ, Дрейк.
— Слушаюсь, — прошипел страж не хуже моего василиска и взмахнул крыльями.
— Райан, тебе нужно освежиться и поесть, — непреклонным тоном заявили уже мне. — Я не начну без тебя.
Было в ее голосе что-то такое, что я не решился перечить. Откровенно говоря, такая Хейли пугала всех. Собранная, серьезная, с тихим голосом, который был в разы громче любого крика. Непостижимый уму эффект голосовых связок и восприятия. А еще явно с опозданием я понял, что все это время, пока мы с ней учились управлять тьмой, а я с богиней совершали рейды, Хейли не просто отдыхала, она что-то воплощала в жизнь. И мне это ой как не понравилось. Ничего хорошего ждать точно не стоило.
Я не мешала «взрослым» играть в их игры. Строить планы, идти по намеченному пути. Хотели самостоятельно участвовать в зачистке? Прекрасно. Да, поначалу я желала присоединиться. Да, хотела быть наравне с Таймиа и Райаном. Но потом, взвесив все за и против, поняла, что от меня будет толк в анализе и составлении альтернативного плана.
Вряд ли ранее, когда мы только встретились с богиней, я бы подумала, что та начнет меня опекать или относиться ко мне с теплотой. Но увы, чем дольше мы взаимодействовали, тем сильнее она стала напоминать мне Софи. Я даже иногда их путала. Нет, не визуально и не на слух, конечно. Я путала поступки одной и поступки другой. К примеру, меня подкармливала Софи. Всегда заботилась о том, поела ли я вовремя. Что поела, чем запила и не выкинула ли еду вообще. Теперь этим же занималась и Таймиа. Поэтому, когда я впервые обнаружила корзинку с продовольствием рядом с местом, где тренировалась, благодарила за заботу Софи. Демиург разозлилась и заставила истлеть всю корзину. Откуда ж я могла знать, что ее притащила Таймиа, да еще сама приготовила провизию? Где только кухню нашла и как справилась с готовкой, чего лично ей никогда не требовалось уметь? Я же сделала себе мысленную пометку, вслух не благодарить того, кого не видишь, и трижды проверять на магический след и ауру любые подношения и предметы. Впрочем, этого не понадобилось, до богини дошло, что о ней в таком ключе даже бы она сама не, подумала. Вот еще, готовить смертной пищу и замирать в ожидании, когда богиню похвалят за заботу. Темная богиня и забота? Раньше они и рядом не стояли!
А тут… я чувствовала себя подопытным кроликом, очень злым кроликом, на котором Таймиа оттачивала материнские инстинкты. Хотя я лукавила. Я знала, что толкало ее на эти изменения в наших отношениях, хотя и не желала поднимать эту тему. Время, когда богиня торчала в моей голове безвылазно, прошло. Сейчас у нее имелась своя голова, а заодно и сознание Мартины, а также ее душа. Я лишь трижды была свидетелем того, когда Мартина все-таки завладевала рассудком Хеллы. Правда, всего на минуту, и сказать толком ничего не успевала. Однако я бы и не стала ее слушать.
Когда к нам присоединился Асгар, мои умозаключения касались одного ряда событий, и чем больше я об этом думала, тем больше понимала, что шагаю в правильном направлении. Если изначально я могла игнорировать рассказ Мартины, а затем и Хеллы с Эльхором, то сейчас начала понимать, что в этом заключалась моя ошибка. По той простой причине, что не все сказанное было ложью или исковерканной правдой. Очень многое стоило отделить от эмоциональной части и выудить крупицу истины, и тогда она складывалась в довольно неприглядную картину. Кровное родство, навязанное мне тремя богами. Каждый из них внес свою лепту в мое рождение, и лишь одна богиня билась за меня до конца.
Вне зависимости от того, что я могла принять магию любого из демиургов, большая часть меня принадлежит родительнице — Таймиа. Звучит ужасно, но ни Ванесса, ни Мартина не имеют отношения к моему рождению. Этого желала Таймиа. Откуда такие выводы? Все просто. Меня не хотела ни Ванесса, ни Мартина. И если настоящая жрица культа давно была порабощена Велиаресом, которому требовалось подчиненное дитя, а именно девочка, то Мейлеа, сестра Таймиа, сделала все, чтобы эта девочка умерла. Увы, не вышло. Мартина притащила Тельмана в тело моего отца и от него же хотела вновь зачать, как Хеллу, чтобы начать новую жизнь с чистого листа. Быть счастливой, даже пусть и жизнью паразита. Она не собиралась воевать с Велиаресом, но и подчиняться ему не хотела. Вот почему она пыталась избавиться от меня еще во время беременности и прикладывала к этому все силы. Она проиграла, когда Таймиа сумела отвоевать контроль над телом и разумом Ванессы. А вот тут и вмешалась Мейлеа, чья магия в полной мере пробудилась в Изире Сизери, а заодно и во мне, находящейся в утробе матери. Это не Мартина и не Ванесса гоняла отца по глупым поручениям. Это магия Мейлеа влияла на расколовшееся сознание и в итоге взяла верх. Мейлеа хотела, чтобы Ванессу казнили, а вместе с ней умерла бы и я, потому что ставку богиня делала на моего отца. Но она не учла того, что Изира, даже с блуждающими стихиями, не пощадили и запечатали всех, кто относился к его роду. И тут-то разгулялся Велиарес.
На самом деле у меня много вопросов, каким образом три бога, действуя друг против друга, не замечали ловушек, которые сами же расставляли. Одна пропустила момент, когда артефакт рода занял Велиарес, вторая допустила ритуал по замещению души. Это когда Ванесса, а вернее, Мартина пыталась перенести свою душу в свой же плод, а Асгар решил, что она меня вытравливала. По большому счету меня бы и убили, а родилась Мартина, но тут Таймиа не позволила. Я нужна была ей. Как когда-то была нужна сама Мартина. Дочь Велиареса, рожденная в Теневой империи мира Драгонария, является и дочерью Таймиа. Я не знаю, как она это провернула, но точно знаю для чего — остановить свою сестру. Потому как идея уничтожать магов Жизни, дабы подпитывать силу Тьмы — идея Мейлеа, которой она щедро поделилась с тем, что осталось от бывшего демиурга Жизни, а заодно пары Таймиа.
Иными словами, в гибели мира Таймиа есть вина Мейлеа, ее сестры. Да, первая превратила свою пару, мужчину, который был предопределен ей вечностью и судьбой, в мага с противоположной силой. То есть был демиург Жизни — стал невероятно сильный маг Смерти. И на этом его изменения не закончились. Я могу лишь догадываться, зачем Таймиа пошла на это, но уж чего не сумела предугадать она сама, что ее сестра, которая в это же время создала новый мир и разругалась со своей парой, вмешается в их отношения и возьмет верх над сознанием новоиспеченного мага, а заодно и императора.
То, что ускользало от меня поначалу, теперь виделось все четче. Две сестры, близнецы, они связаны одним рождением, и эта связь никогда и никуда не исчезнет. Даже если их пути разойдутся. Одна сможет посещать миры второй. Точно так же, как и вторая будет легко разрезать пространство и переходить в мир первой. Я точно уверена, что перемирие, которое заключили богини, — ложное. Они обе лгали мне, но если Таймиа просто недоговаривала, то Мейлеа не сказала и слова правды. Она не хочет спасать свой мир, она все так же жаждет уничтожить демиургов с противоположной магией и наконец стать единственным ребенком в семье. Что будет с Кьяресом, ее не волнует, как и не волнует то, что станет с его жителями. И это, в свою очередь, не устраивает и меня, и Таймиа. Хотя ей стоило бы возненавидеть всех, кто причастен к гибели ее детища с Велиаресом.
А еще существует то, что значительно упростит возвращение тел и сил демиургов. Это Мартина, ее душа, которая не просто была жертвой Велиара и своего отца уже на этой земле, она заключила с ним сделку. Вот почему на спине Хеллы появилась печать. Она сделала это добровольно, но ее сгубили амбиции. Править миром — то, чего она жаждала, а потому медленно, но верно ставила палки в колеса Велиаресу. Конечно, силенок ей все равно не хватало, даже при условии выкачки магии из Таймиа.
И все это я обдумывала во время наших тренировок с богиней и Райаном. Я пыталась понять, что в итоге должна сделать. По факту, я обязана предать огненному столпу две статуи и трех горгон. Там, внутри первоэнергии, Мейлеа вернет себе тело и тела других богов. Вот только я совсем не была уверена, что она поможет Велиаресу и Таймиа. Даже наоборот, она наверняка нарушит данное слово и попытается подчинить магию Смерти. А поэтому получалось, что в цепочке не хватает нескольких звеньев. Помимо обольщающих горгон и статуй должен быть кто-то еще, кто шагнет в огненный столп и проконтролирует воссоединение магических сил с их носителями. Причем войдет, не испугавшись происходящего и жара чужеродной магии, а с холодной бесстрастностью и глупой отвагой потребует исполнения мирного соглашения.