Настя Лаври – Все начинается с мелочей (страница 6)

Я прохожусь по квартире, которая будто из передачи «мужское и женское». Мне здесь становится жутко. Такое ощущение, что здесь все давно умерло. В том числе и хозяева. Я не могу понять, почему эта женщина так запустила себя и квартиру. Нет, не то, чтобы здесь был бардак или ползали тараканы. В квартире было чисто, найти хоть одну пылинку было бы трудно, все вещи аккуратно разложены, ничего не валяется, даже не смотря на маленького ребенка, на плите остывает горячий ужин, но все здесь все было мрачное, будто жизнь остановилась, будто из этого места хочется скорее сбежать, энергетика здесь давит и заставляет чувствовать себя не в своей тарелке. Квартира пропитана страхом, болью и злостью.

Когда возвращается ОН, я понимаю, почему у меня сложилось такое впечатление от этого места. Все встает на свои места.

Открыв дверь, он ведет себя как король. Которому должны принести тапочки, накрыть стол, сделать массаж и положить под одеялко. Ни в коем случае слова против, не дай бог заплачет ребенок. В его семье все ходят по струнке и даже трехлетний сын знает, как себя можно и нельзя вести. Что нельзя кричать, когда папа дома, нельзя раскидывать игрушки в его присутствии, нельзя его доставать вопросами и вниманием. Папа – это глава семьи, его можно только уважать, любить и обязательно делать так, как он говорит. Любое неверное действие моментально выведет его из себя. Я замечаю, что он забыл про обручальное кольцо, которое так и осталось лежать в кармане. А еще он совершенно не боится, что его жена узнает про других женщин, он даже не снял испачканную помадой рубашку, сразу прошел на кухню.

– Что на ужин? – Спрашивает он, не поздоровавшись и не бросая взгляд на свою семью.

Женщина мягко спрашивает:

– Где ты был? Почему не отвечал? – она будто боится резких высказываний, но все еще не теряет последних надежд на нормальное отношение.

– Я спросил, что на ужин! – Взрывается он и заносит руку для удара по лицу женщины, на руках которой сидит малыш.

Женщина стойко выносит удар, она не плачет, не кричит, лишь прижимает свою руку к красной и опухшей щеке. А вот ребенок, который еще не в том возрасте, чтобы контролировать свои эмоции – разрывается от истерики. Она встает и молча накладывает этому ублюдку ужин.

Спрашивает, будет ли он хлеб и нужно ли ему подогреть, тк пока она его ждала, ужин успел немного остыть.

– Иди уложи его спать и готовься. – в приказном тоне сообщает он.

– К чему? – сводя брови на переносице, спрашивает женщина.

– Узнаешь! Хлопая кулаком по столу заявляет он. – Будешь еще мне тут вопросы задавать, получишь вдвойне, поняла?

Уложив малыша спать, будто робот, не имея страха и лишних вопросов она заходит к нему на кухню и закрывает дверь. Он уже доел и ждёт ее, смотря что-то в своем телефоне с ехидной улыбкой.

Он встает из-за стола и хватает ее за волосы с такой силой, что ее голова отклоняется назад.

– Я говорил тебе прекратить свои чертовы ведьмины штучки? Говорил завязать со всей этой чепухой? – еще сильнее он оттягивает ее за волосы.

– Что я сделала? – полушепотом отвечает женщина, явно пытаясь сдержать крик от боли.

– А то ты не знаешь, чертова сука! Из-за кого я сегодня по полной облажался перед своей подругой? – не отпуская ее и не ослабляя хватку продолжает он.

– Ты о чем? – женщина непонимающе хмурит брови и буквально через секунду до нее доходит смысл его фразы «облажался» «подруга» и она едва пытается сдержать ухмылку, но уголок ее губ предательски выдает ее.

Его это окончательно выводит из себя, за такое он совершенно ее не жалеет и бьет везде, куда попадают его руки и даже ноги.. он бьет ее с такой жестокостью, будто это не мать его ребенка, а его жестокий убийца.

Женщина не сопротивляется, не просит прекратить, не говорит о том, что ей больно. Она будто смирилась со своей участью и готова на всё, лишь бы не разбудить малыша, спавшего за стенкой. Единственное, что она себе позволяет – бесшумно плакать и закрывать от ударов голову. Я вижу кровь, вырванные волосы, я слышу хруст ее костей.. я хочу ей помочь, но это всего лишь видение.

***

Я просыпаюсь в холодном поту. По коже бегут мурашки, сознание постепенно приходит в норму. Это не плод моего воображения. Это моя реальность, если я не закончу эти паршивые отношения. Измены будут продолжаться, ко всему прочему еще добавится рукоприкладство, нищета и уничтожение меня не только как женщины, но и как личности, со всеми своими увлечениями и интересами. Да, Дима пару раз позволял себе дать мне легкую пощечину, но все было по заслугам и я абсолютно его в этом понимала. Но сейчас я понимаю вот что: – нельзя давать второй шанс.

Дать второй шанс – это значит смириться с тем, что это повторится снова. В нашем случае все еще и усугубится.

Сон сняло как рукой. Я раздумываю о том, почему же я в будущем не ушла от этого тирана. И не нахожу ответов. Я сейчас, случись такое, сразу бы ушла. А я через 5 лет смогу ли найти в себе силы уйти? Будет ли мне куда идти? Или буду пытаться сохранить отношения ребенка ради? Или буду верить, что он изменится? Что он любит меня… Или наоборот буду до смерти напугана?

Решаю чуть успокоится и сделать себе травяного чая, раз сегодня я сплю на кухонном диване. Первое, что захотелось выпить за этот чертов день.

Чтобы отвлечься я включая добрую старую веселую комедию.

6 глава

Комедия заканчивается спустя чуть больше часа и едва успели пойти титры, как в мою дверь раздается сильный стук.

Кто-то явно не терпелив и даже агрессивен. Я бросаю взгляд на кухонные часы, время почти 7 утра. Мне становится не по себе от незваного гостя. Особенно учитывая мое сегодняшнее видение становится страшнее вдвойне. Иду посмотреть в глазок.

На пороге стоит Ксю.

Я выдыхаю, ощутив, что все это время не могла нормально дышать.

Я открываю дверь и не успеваю произнести ни слова, как Ксюша врывается в квартиру с корзиной фруктов и бутылкой дорогого белого вина.

Она как фурия проносится на кухню ни говоря ни слова. Я от такого напора и даже легкой наглости аж открыла рот, провожая ее взглядом. Но это было в стиле Ксю и пора бы уже привыкнуть. Она дерзка и порой невыносима, но я за это ее безгранично люблю.

Выглянув из кухни держа в руках вино и два бокала она произносит:

– Ты так и будешь стоять в дверях или закроешь дверь и пройдешь на кухню соизволив наконец рассказать, что у тебя здесь, мать твою, творится!

Я закрываю дверь, собираюсь с мыслями потирая уставшие глаза и прохожу на кухню.

Усевшись за стол, на который мы поставили тарелку с нарезанными фруктами привезенными подругой и тарелку с сыром и салями, которые достали из моего холодильника мы с Ксюшей разлили вино купленное в дьюти фри по бокалам.

– Ну, выкладывай, что приключилось.

– Ох, Ксеня, я даже не знаю, с чего начать.. начну пожалуй с главного и основного. Мне изменил Дима. – После этих слов я выпила бокал залпом. Вино оказалось на удивление сладким, с легкими нотами ванили. И в голове начал расходится легкий дурман, по организму пошло легкое тепло.

– Ты уверена? – серьезно спросила подруга.

– Конечно уверена, я нашла у него переписку и потом посмотрела через ритуал. – некоторое время Ксюша молчит, обдумывая мои слова. После чего повторяет за мной и выпивает весь бокал залпом. Берет бутылку и подливает нам еще.

– Ну и хрен с ним, пусть катится. Я давно тебе говорила, что он тебя не достоин. Посмотри на себя и на него. Кто ты и кто он. Где ты и где он. Чувствуешь разницу? – Ксюша это спрашивала серьезно и даже слегка агрессивно, будто она всеми силами пыталась скрыть злость на Диму, но у нее плохо получалось.

– Было бы все так просто, я бы не рыдала пол ночи. Любовь зла – полюбишь и законченного придурка. – Вздохнула я и закинула в рот кусочек нарезанного яблока.

– Арина! Очнись! Нельзя страдать из-за мужика, который палец об палец не ударил, чтобы быть с тобой. Который ни разу за квартиру не заплатил. Напомни, когда он последний раз оплачивал хотя бы продукты, которые он же и ел?

– У него сейчас такой период. – тихо сказала я.. – раньше вспомни, пару месяцев назад как он меня баловал, водил в кафе, дарил подарки… – все тише и тише произносила я.

– Ну давай вспомним, какие это были подарки?! Серебряные серьги и нижнее белье с распродажи? Посмотри правде в глаза, даже если это больно!

Я почувствовала как во мне просыпается неконтролируемая агрессия и желание защитить Диму! Он не такой плохой, как может показаться! Он не такой! Он хороший! Просто сейчас такой период..

– Ариша, родная моя! – продолжала подруга. – Ты должна принять правду. Принять то, что он пользуется тобой. Ему удобно. Его кормят, поят, дают кров над головой. С ним спит шикарная, красивая, успешная и молодая девушка! Чего бы не жить, да? Которая ко всему еще и простит любое его дерьмо!

– Ты хочешь сказать, что он меня совсем не любит? Я в это не верю. – я качаю головой и вспоминаю все прекрасное с ним. – Ты просто не все ведь знаешь. У нас было уйма хороших моментов.

– Возможно. Но поверь, любящий человек не пойдет изменять. Чтобы не случилось.

– Я сама в этом виновата, я его доводила.

Ксюша перебивает меня и говорит:

– Никто никогда не виноват в измене, кроме того, кто изменяет. Это тоже самое, что обвинить жертву маньяка в изнасиловании. Мол, на ней была слишком короткая юбка или яркий макияж. Когда ты это поймешь, ты больше никогда его не примешь.