Настя Ильина – Ребёнок Злого Босса (страница 7)

Мне становится страшно, потому что я совсем не понимаю, что можно ждать от него в таком состоянии — ударит или нет?

— Руслан, пожалуйста, давай не будем усугублять?! — прошу я, стараясь успокоить его, потому что серьёзно боюсь: он никогда раньше не вёл себя подобным образом.

Он берёт меня за руки, тянет на себя и смотрит прямо в глаза. Мне тяжело выдержать давление его взора, но я держусь. Это я виновата, потому хоть как-то должна искупить свою вину. Пытаюсь дышать ровнее, хотя получается с огромным трудом. Чуть жмурюсь и прикусываю губу изнутри. Становится немного больно, но это ничто по сравнению с тем чувством, что отягощает изнутри и терзает, раня острыми когтями.

Руки Руслана дрожат, чувствую это, и мне противно. Я противна самой себе. Чёрт дёрнул меня зайти в кабинет ЗБ! Ну почему? Почему не уехала домой? Надо было, в конце концов, стучаться в дверь, пока не откроют, чтобы лично убедиться, что он мне изменяет, а потом ещё не отвечала на его звонки!

Чёрт! Чёрт! Чёрт!

Мужские пальцы крепко держат мои запястья, несмотря на дрожь.

— Скажи мне это, глядя прямо в глаза! Скажи, что не обманула! Повтори! А лучше давай посмеёмся и забудем эту неудачную шутку, ладно? Ты же не была с другим мужчиной?! Ты ведь у Риты ночевала. Правда? Решила проверить меня? Малыш, прошу!

Его взгляд блуждает. Зрачки не фокусируются на одном месте, а быстро-быстро скользят по моему лицу.

— Я тебя не обманула, Руслан, — произношу, с трудом выдавливая из себя каждое слово, не отрывая взгляд от него. — Я действительно провела эту ночь с другим мужчиной. Я изменила тебе. Мне нет прощения, и потому я просто уйду. Пожалуйста-а-а!

Я тяну руки, пытаясь вытащить, но он сильнее сжимает пальцы и тянет на себя, словно пытается удержать меня, но в то же время его взгляд будто бы говорит мне, что ненависть пустила корни и начинает разрастаться.

— А я тебе верил! Думал, что ты не такая! А ты… — Руслан начинает плескаться ядом, но я заслужила, поэтому слушаю. — Такая же, как она.

Его челюсти плотно сжаты, и желваки передёргиваются от напряжения. Мне удаётся высвободить руки. Запястья побаливают от такого давления. Красные следы на коже говорят о том, что силу он контролировал с трудом.

Мне становится обидно, что Руслан сравнивает меня со своей бывшей девушкой, которая изменяла ему кучу раз, и при этом считала, что это нормально, а потом обвинила в том, что он не понимает всю прелесть свободных отношений. Я изменила, но я не такая. Я понимала свою вину. Отчётливо.

— Точно такая же, — повторяет Руслан ещё раз с нотками презрения в голосе.

— Вот только ей ты помогаешь, а меня убить готов… — выдыхаю я, разворачиваюсь и спешу в комнату.

Руслан не идёт следом за мной, поэтому я успеваю закинуть в спортивную сумку самые необходимые вещи, свой альбом с фотографиями, ноутбук и зарядку для телефона. Смотрю на счастливое фото, которое сделали с Русланом, когда были в отпуске и смаргиваю слёзы. Горло дерёт от нахлынувшей горечи. Счастье было так близко, но выпорхнуло из рук… Я сама его упустила… Разрушила собственным недоверием.

Я не знаю, куда пойти теперь, но главное покинуть квартиру Руслана, а там уже разберусь. Могу, конечно, переночевать в гостинице, вот только неуверена, что тогда мне будет достаточно денег, ведь я заплатила столько за создание этого образа, да ещё и платье недешёвое. Прикрываю глаза и считаю до пяти. В конце концов, возьму кредит… Не пропаду. Справлюсь. Я не могу обременять Руслана, и квартирантов выселить из своей гостинки не могу пока: у нас же с ними договор с залогом.

Я беру сумку, встаю на ноги и набираюсь решимости. Сейчас или никогда. Даже вымолив у Руслана прощения, я бы не смогла остаться с ним, потому что предала его самого и нашу любовь.

Выхожу и замечаю, что он сидит в коридоре на полу, спрятав голову в коленях. Мне так хочется подойти, коснуться его плеча и успокоить, но я не смею этого сделать. Подхожу к двери и надеваю туфли. Беру клатч и достаю из него кольцо. Удерживаю несколько секунд в руках, а затем кладу на тумбочку рядом с зеркалом. Оно издаёт своеобразный звук, заставляющий Руслана поднять голову. Наши взгляды пересекаются, и меня пробирает насквозь от слёз, что застыли в его глазах.

— Куда ты пойдёшь? — спрашивает он убитым голосом.

— Я разберусь. Пожалуйста, не вздумай меня жалеть. Ладно? Я знаю, что у тебя большое сердце, но не надо. Я не заслуживаю жалости.

— Уходи, пока я не передумал. Я пока не готов видеть тебя. Но, бога ради, напиши сообщение, когда где-то остановишься, а если не найдёшь место, то приходи сюда, я переночую у друга.

Я киваю и больше ничего не говорю. Достаю из клатча ключи и кладу на ту же тумбочку рядом с кольцом. Руслан внимательно смотрит на меня, словно запоминает этот момент, а когда я захлопываю за собой дверь, то слышу его крик, напоминающий рёв раненого зверя, и удар кулаком о стёну.

Я жмурюсь и захлёбываюсь слезами. Это невозможно больно, но по-другому нельзя. Я заставляю себя двигаться дальше, чтобы не вернуться и не начать молить о прощении, потому что я его не заслуживаю. А Руслан ведь простит… Он добрый…

Выхожу из подъезда и замечаю моргание фар знакомого автомобиля. Я даже не знаю — радоваться мне сейчас или сделать вид, что не заметила и сбежать. Замираю на секунду, сильнее сжимая ручку сумки в руках.

На секунду я допускаю мысль, что это просто подарок судьбы, и я могу воспользоваться помощью своего брата, потому направляюсь к его машине, кидаю сумку назад и сажусь на пассажирское сиденье рядом с водителем.

— Чё за сумка? — спрашивает Костя, оборачиваясь назад. — Это типа гуманитарной помощи, что ли? Спасибо, такой нужды нет.

— Не до шуток мне… Поехали куда-нибудь! — говорю я и пристёгиваюсь ремнём безопасности.

— Куда? Не понял!

— Кость, ты зачем припёрся, вообще? — спрашиваю я, чувствуя, что готова сорваться в любую секунду и начать истерически рыдать, жалуясь на судьбу.

— Как зачем? Кать, я же тебе СМС-ку написал минут сорок назад, что денег надо занять позарез…

Я шумно выдыхаю.

«Занять денег» — единственная причина для брата, чтобы навестить сестру.

И мне хочется уже начать возмущаться, забрать сумку и уйти, но я сдерживаю себя. Хватило один раз поддаться эмоциям.

— Для чего? — задаю ему вопрос, пытаясь вспомнить, с кем он там жил месяц назад.

Квартирка у Кости, конечно, не в центре города и не с евроремонтом, но жить там можно: одна комната, но он может немного на кухне перебиться на надувном матрасике. Мне хотя бы на пару дней где-то остановиться, чтобы найти нормальное и недорогое жильё, а не снимать первое попавшееся. К тому же я сегодня просто не в состоянии куда-то ехать.

— Я же написал — зарплату задерживают, а сегодня туса будет, туда отменная тёлочка придёт. Вот и хочу впечатление произвести — тачку покруче в аренду взять, а то разве же она купится на это ржавое корыто.

— А ты сейчас с кем живёшь? — спрашиваю я, игнорируя его объяснения, которые услышала краем уха.

— Один! С кем я могу жить? С Аллкой расстались быстро, не могу я терпеть чьё-то присутствие у себя.

Вообще, Косте крупно повезло. Бабушка, мать его отца, переписала на него квартиру, а сама уехала жить в какое-то дремучее село. Мне таких подарков сделать было некому. Я своего отца даже не знала, а мама сама жила в крохотной однёшке, потому что двушку продала, чтобы оплатить нам с братом учёбу.

— Кость, а можно я у тебя осяду на пару дней? Я с Русланом рассталась, — говорю я, а сама чувствую, как режет сердце без ножа.

Рассталась по своей глупости. Нет. Это даже глупостью не назовёшь! Это верх идиотизма. Я гляжу на брата, которого моя просьба заставляет задуматься.

— Тебе кровати для сестры жалко? — пытаюсь подтолкнуть его дать мне ответ.

— А денег займёшь? — вопросом на вопрос отвечает он, но потом тут же поправляется. — Да не вопрос, Кать! Могла и не спрашивать! Поехали, по пути расскажешь!

Вот только рассказывать я ничего не хочу… Мне стыдно за то, что я так поступила со своим мужчиной. Если кто-то хвалится изменами, как достижением, я так не могу.

Глава 5. Осознание

— Ну давай рассказывай, что у вас стряслось с Русланом? — говорит Костя, когда мы входим в квартиру.

Он ставит мою сумку на пол у пуфика и снимает обувь. На удивление он соблюдал молчание всю дорогу, и я надеялась, что не станет задавать столь каверзные вопросы.

Я прислоняюсь спиной к стене и выдыхаю воздух, который скопился в лёгких. По венам всё ещё растекается адреналин, и мне страшно представить, что будет, когда «отпустит».

— Если он изменил, я ему расшибу морду! — цедит сквозь зубы Костя.

— Нет! Не изменил! — отвечаю я и гляжу в одну точку.

— Погоди! А почему тогда расстались? Ну не ты же ему изменила. Правда?

Брат тоже думает, что я никогда не смогу изменить. Мой образ правильной жены совсем не вяжется с изменщицей, способной воткнуть нож в спину. Сердце сжимается, а потом несколько раз с силой ударяется о рёбра, заставляя меня испытать очередную вспышку душевной боли.

— Я ему изменила… И давай закроем тему, хорошо? Я просто хочу немного посидеть в тишине и подумать обо всём.

Я смотрю на Костю и замечаю, как его глаза широко раскрываются. Да… Я тоже от себя ничего подобного не ожидала. Но жизнь такая штука, ничего тут не поделаешь. И я оказалась дрянью, вот так вот нежданно-негаданно…