Настя Ильина – Невеста моего отца (страница 9)
Что же ты за ягодка такая, Ненастье?
— Мам, извини, пожалуйста, меня Рома зовёт…
А вот и первый вестник того, что девчонка нагло врёт своей матери…
Рома…
Она никогда называла моего отца Ромой…
Если только в постели, хотя доходило ли у них дело до этого уютного местечка, где можно получить райское наслаждение?
Что-то мне подсказывает, что нет…
А я же, как дурак, почти успел повестись на слова Ненастья. Подумал даже, что она на самом деле любит отца… Она врала. Нагло и искусно врала своей матери, которая, судя по всему, пыталась наставить дочку на путь истинный.
До меня доносится негромкое завывание Ненастья, и я понимаю, что должен уйти. Не следует показывать ей, что слежу и буду следить, пока не докажу, что она обычная безмозглая кукла, купившаяся на деньги. Буду вести себя осторожнее и однажды обломаю на корню то, что она задумала. Отчего-то теперь я уверен, что ей не стать женой моего отца…
На цыпочках я удаляюсь в свою комнату и, рухнув на кровать, принимаюсь искать информацию на Светлова. Частенько я слышал о том, что этот человек тесно связан с криминалом, но он особо не интересовал меня до того момента, пока дочь этого человека не появилась в нашем доме. Девчонка, охомутавшая моего отца…
Не найдя на пташку совершенно ничего интересного, я всё-таки сдаюсь усталости и засыпаю, открывая глаза от прикосновений тонких женских пальчиков к моему лицу.
— Ты какого чёрта забыла в моей комнате, Ненастье? — рычу я, натягивая на себя одеяло.
Вроде бы не голый, но мне становится не по себе. У нас ведь с ней ничего не было? Я не выпивал вчера, значит, не забыл бы, если вдруг…
— Прости, я не могла больше ждать, когда ты проснёшься сам!
Ненастье мотает головой и кусает губы. Она взволнована. Что-то испугало её. Вот только, что именно?
— Говори же, какого чёрта ты решила прервать мой блаженный сон, и если у тебя не будет весомой причины для этого…
— В одной из лабораторий твоего отца произошёл взрыв. Он попросил передать тебе, чтобы позвонил, как проснёшься… Но я волнуюсь за него, поэтому решила разбудить тебя. Что, если это нападение?
Я резко подскакиваю на ноги и начинаю метаться по комнате в поисках своего телефона. Перед глазами темнеет от столь резкого подъёма, но у меня получается удержаться на ногах, и я вижу мобилу рядом с кроватью.
— Если это нападение, то я больше чем уверен, что знаю того, кто может попытаться избавиться от моего отца! — со злостью рычу я.
Ненастье стискивает зубы и отводит взгляд в сторону.
Нет…
Её отцу невыгодно было бы проворачивать что-то подобное в настоящий момент, ведь девчонка пока ещё не стала женой старшего Коршунова и не успела убедить его лишить наследства единственного сына.
Я набираю номер отца снова и снова, но он не отвечает. И тогда я включаю штуку, которой пользовался всего один раз в жизни. Отец не запретил передачу геоданных, и я вижу его местонахождение: он сейчас на центральном заводе.
Хватаю чистую рубашку из шкафа и натягиваю её по пути в ванную. Умывшись прохладной водой, я начинаю застёгивать пуговицы и спускаюсь вниз. Важно узнать, что случилось в лаборатории! Просто нелепая случайность или смертельное нападение? И не пострадал ли кто-то?
Нет, детка, не поедешь! Возможно, ты исчезнешь из зоны моей видимости уже совсем скоро. Если мне удастся доказать твою причастность к этому взрыву…
— Куда ты? Я поеду с тобой! — бежит следом девчонка, а я отрицательно мотаю головой.
Пока иду в машину, пытаюсь дозвониться до отца, и с облегчением выдыхаю, когда он отвечает.
— Влад, тебе не следует пока показываться на заводе или в офисе. Скоро я приеду домой, и мы всё обсудим.
— Почему я не могу приехать на завод?
— Потому что сегодня в лаборатории, которую взорвали, должен был проводить совещание ты.
Глава 8. Настя
Я выскакиваю следом за Владом на крыльцо. Всё это, наверное, не мои разборки, но мне почему-то становится очень страшно. Ночью я долго не могла уснуть и молила Бога, чтобы сделал что-то со всей этой ситуацией, чтобы помог мне избежать гнева отца, и чтобы Коршунов сам отказался от свадьбы… Мог ли этот случай в лаборатории быть как-то связан с моими мольбами? Вроде бы Роман Николаевич неплохой человек. Мне не хотелось, чтобы он пострадал… Я желала другого исхода, без жертв. И мне стало ужасно стыдно за мысли, которые допускала себе.
— Я понял. Буду ждать дома, — сухим тоном произносит Влад и поднимает на меня взгляд.
Он медленно опускает руку, в которой до этого сжимал телефон и идёт ко мне. Со скоростью хищника, крадущегося за своей добычей, он поднимается по ступеням крыльца и останавливается в полуметре от меня. Мне становится страшно от взгляда, который он бросает на меня. Даже дыхание ненадолго перехватывается. Я прижимаюсь к двери и пытаюсь нашарить ручку, чтобы спрятаться в доме.
— Ловкий план, Ненастье! Очень ловкий!
— О чём ты говоришь?
Я ничего не понимаю… Влад снова решил меня обвинить в чём-то? Думает, что я матёрый ниндзя, который может легко и просто просчитать даже взрыв в лаборатории?
— Ты действуешь со своим отцом или с кем-то другим?
— Ты когда-нибудь перестанешь обвинять меня во всех грехах смертных? — не выдерживаю я.
Влад начинает казаться мне инфантильным папенькиным сынком, которому не удалось выбраться из подросткового возраста. Он, несомненно, хорош собой, и отчего-то меня тянет к нему, но его скверный характер раздражает. Он бесит меня, выводит из себя, и я злюсь. Злюсь на него за то, что ищет виновника всех бед во мне.
— Не считаешь странным то, что взорвана лаборатория, в которой я должен был проводить совещание? Мне повезло, потому что я проспал сегодня, вырубился вчера и не поставил будильник… Но я должен был там находиться. И кто-то об этом знал!
— А ты не допускаешь, что взрыв произошёл по техническим причинам? У тебя даже мысли такой не возникло, правда? А то, что мне попросту невыгодно убивать сына Романа Николаевича накануне нашей свадьбы, потому что тогда её попросту отменят из-за траура? Влад, думай, прежде чем говоришь что-то, потому что мы с тобой знакомы всего второй день, а ты уже успел сотню раз свесить вину за всё плохое, что происходит в твоей жизни!
И тут я на секунду задумываюсь о том, что на самом деле траур мог бы только сыграть мне на руку, помог бы протянуть время, но я отгоняю эту мысль. Не таким путём я хочу добиться свободы, не таким.
— Потому что ты, Ненастье, самая настоящая напасть!
Влад смотрит на меня несколько секунд, словно пытается переосмыслить наш разговор. Конечно, мне хотелось, чтобы он активно убеждал своего отца, что я ему не пара, но обвинять меня в покушении на убийство — это слишком. Я не такой человек! Я никогда и мухи не обидела! А вот отец… Конечно, он мог попытаться избавиться от Влада для того, чтобы потом я стала наследницей Романа Николаевича. Вот только я бы ничего не дала отцу, ни копейки… Я бы постаралась уничтожить его. Перед глазами начинают мелькать различные ужасные события, которые могут произойти со мной и мамой, если я стану наследницей Коршунова… Отец может попытаться убить и нас с ней… Сердце трепещется в груди, и я чувствую, что просто обязана открыться перед кем-то… Мог бы мне помочь Влад? А Роман Николаевич? Я их обоих не знала, понятия не имела, что ожидать от богатеев, которые привыкли играть чужими жизнями.
— Если твоя причастность будет доказана, я тебя уничтожу! Разорву на тысячу мелких кусочков! — цедит Влад.
Я театрально закатываю глаза и стараюсь казаться стойкой, но я уже устала от всех этих обвинений. Кому-то постоянно что-то нужно от меня, а я просто хочу жить.
— Если моя причастность к такому зверству будет доказана, я сама себя уничтожу! Уж поверь мне!
Я разворачиваюсь и спешу скрыться в доме. Захожу на кухню и наливаю трясущимися руками стакан прохладной воды. Такими темпами совсем скоро я стану как одна из тех безвольных кукол, вечно сидящих на антидепрессантах. А я подсяду на них, если давление со всех сторон будет продолжаться.
— Прости, наверное, я немного переборщил! — входит Влад и застывает в дверном проёме, а я поворачиваюсь и с удивлением смотрю на него.
Он извинился? Меня это немного удивляет, потому что мне казалось, что такие нахалы не знают добрых слов и не умеют просить прощения. Я тяжело вздыхаю, делаю несколько жадных глотков воды и киваю.
— Я не держу на тебя зла! — покачиваю головой я.
— Слушай, Ненастье, почему ты появилась именно сейчас?
— Твой отец решил жениться и выбрал себе невесту. Может быть, поэтому?
— Как вы познакомились? — Влад присаживается на стул и внимательно смотрит на меня.
Наши взгляды пересекаются, и мне становится немного трудно дышать. Мы с Владом точно виделись раньше… Воспоминания накрывают меня, учащая удары пульса. Он меня не помнит, но я была знакома с ним раньше. Ну конечно! Сложно забыть свою первую любовь!
— Ненастье, ты тут вообще? — хлопает в ладоши Влад, пытаясь привлечь к себе внимание.
— Да. Я здесь. Я просто задумалась… Как мы познакомились с твоим отцом? Тебе, правда, интересно узнать это?
— Более чем… Где ты подцепила его?
Он ждёт рассказ о том, как я рухнула в ноги его отцу на каком-нибудь светском мероприятии? Но не дождётся, и если хочет знать правду, я скажу, что уж греха таить? В конце концов, ни отец, ни Роман Николаевич не просили сохранить это в тайне.