Настя Ильина – Не лги, предатель! (страница 8)
Я подобрала фотографии, сложила обратно в коробку. Села за стол, открыла ежедневник и начала писать. Пункт за пунктом. Шаг за шагом. План мести обретал новые, куда более страшные очертания.
За окном опускалась ночь, а в моей душе разгорался пожар. Сейчас началась не просто месть, а самая настоящая война, из которой я планировала выйти победительницей!
Глава 7
Я пообещала закрыть ресторан через полчаса. Проверить отчёты, собрать документы и уйти. Но усталость одержала верх. Голова снова начала гудеть, веки отяжелели, и я просто... положила голову на раскрытый ежедневник, всего на минуту. Закрыла глаза. Всего на минуту.
Тёплое прикосновение к плечам вырвало меня из липкого плена сна. Я дёрнулась, попыталась открыть глаза - и не смогла. Веки словно налили свинцом. Сквозь пелену дремоты пробивалось смутное осознание: кто-то рядом. Кто-то накрыл меня чем-то мягким и тёплым.
Я заставила себя разлепить ресницы. Моргнула раз, другой. Размытый силуэт напротив обрёл очертания, и я узнала его, даже не видя лица чётко.
Волконский.
Он стоял надо мной, опустив руку на спинку моего стула, и смотрел с каким-то странным выражением. В полумраке кабинета его лицо казалось высеченным из мрамора - те же резкие линии, тот же пронзительный взгляд. Только сейчас в этом взгляде не было насмешки. Было что-то другое... Беспокойство? Любопытство?
Я моргнула ещё раз, пытаясь сбросить остатки сна, и до меня дошло. Плед. На моих плечах лежал плед. Тот самый, что обычно висел в шкафу в кабинете Ольги Павловны для экстренных случаев.
- Вы... - прохрипела я спросонья, и голос прозвучал так, будто я неделю не пила воды. - Как вы... Который час?
- Третий час ночи, - ответил он спокойно. - А вы спите в открытом ресторане с незапертыми дверями. Не боитесь?
Я рывком села прямо, скидывая плед с плеч. Сон как рукой сняло.
- В смысле открытом? Я закрыла... Я собиралась закрыть, просто прилегла на минуту... - я замотала головой, прогоняя остатки сна. - Боже, я что, проспала несколько часов? А дверь? Я же точно помню, что закрывала...
- Не закрывали, - перебил он и чуть наклонил голову, наблюдая за моей паникой с явным удовольствием. - Я зашёл через главный вход. Он был распахнут. Как и ваша душа, видимо.
Я пропустила его дурацкую шутку мимо ушей. В голове лихорадочно стучала только одна мысль: ресторан был открыт. Несколько часов. Ночью. В центре города, где периодически орудуют преступники.
- Боже мой... - я вскочила, готовая бежать проверять кассу, холодильники, всё подряд. - А если... Если кто-то залез? У нас же дорогие ингредиенты, камеры...
- Расслабьтесь, - Волконский поднял руку, останавливая меня на полпути к двери. - Пока вы спали, у вас вынесли все трюфели, всю мраморную говядину и три морозильных камеры в придачу.
Я замерла.
Сердце рухнуло куда-то в пятки, потом подскочило к горлу и застряло там огромным комом. Я смотрела на него, не в силах вымолвить ни слова. В груди разрасталась ледяная пустота. Трюфели. Говядина. Камеры. Это же сотни тысяч! Это же крах! Это же...
Он смотрел на меня с совершенно невозмутимым лицом, и только в глазах плясали те самые чертики, которые я уже начинала ненавидеть.
Секунда. Другая. Третья.
А потом до меня дошло.
- Вы... - выдохнула я, и в голосе зазвенела сталь. - Вы шутите? Сейчас? Ночью? После того как я чуть инфаркт не схватила?!
Он не выдержал - уголки губ дрогнули, и по лицу расползлась довольная улыбка.
- Немного, - признался он. - Камеры на месте. И трюфели тоже. Но испуг у вас был отличный. Редко увидишь такие искренние эмоции, знаете ли.
Я стояла и смотрела на босса. Этот человек только что чуть не убил меня инфарктом. Шутка про ограбление в третьем часу ночи, когда я сплю в открытом ресторане - это верх цинизма. Или верх идиотизма.
Я открыла рот, чтобы высказать ему всё, что думаю о таких шутках, о нём лично и о его чувстве юмора в частности, но вместо слов из горла вырвалось только какое-то странное «фырк». Как у разозлившегося ежа. Я даже сама не ожидала от себя такого звука.
Мужчина услышал. Улыбка стала шире.
- Мило, - прокомментировал он. - Очень мило. Особенно для ледяной королевы, что пыталась флиртовать со мной вчера на глазах собственного мужа.
Я скрестила руки на груди и посмотрела на него исподлобья. Внутри всё кипело, но я старательно сохраняла хотя бы видимость спокойствия.
- Зачем вы пришли? - спросила я максимально ровным тоном, насколько это было возможно.
Он сделал шаг вперёд, приближаясь, и я непроизвольно отступила назад, упёршись спиной в стол.
- Проезжал мимо, увидел свет, - пожал плечами он. - Решил проверить, не мародёры ли хозяйничают. А тут вы. Спите на ежедневнике, пуская слюни на планы мести. - Он кивнул на мой раскрытый блокнот, и я похолодела. Там же... Там же всё! Мои записи, мои планы, мои мысли про Сергея, про месть...
Я резко захлопнула ежедневник, прижав его к груди, как ребёнок любимую игрушку.
- Не ваше дело, что я пишу, - буркнула я.
- Да я и не смотрел, - усмехнулся он. - Хотя теперь, видя вашу реакцию, очень жалею. Видимо, там что-то интересное.
- Не ваше дело, - повторила я упрямо.
Мы стояли друг напротив друга в полумраке кабинета, и тишина между нами звенела, как натянутая струна. Я чувствовала его взгляд каждой клеточкой кожи. Этот человек действовал мне на нервы. Он был самоуверенным, наглым, бесцеремонным, позволял себе непростительные шутки и вообще вёл себя так, будто ему всё позволено.
И при этом... При этом от него исходила какая-то странная сила, от которой хотелось спрятаться или, наоборот, прижаться и забыться.
- Ладно, - он первым нарушил тишину. - Давайте я отвезу вас в гостиницу. Потому что, если я вас сейчас здесь оставлю, вы либо уснёте снова, либо решите проверить сохранность трюфелей и упадёте в обморок от облегчения. Ни тот, ни другой вариант меня не устраивает.
Я хотела возразить, сказать, что сама доберусь, что не маленькая, что... Но часы на стене показывали без пяти три. Идти пешком одной ночью по городу - идея так себе. Вызвать такси - можно, но Дмитрий уже здесь. И, чёрт возьми, после сегодняшних фотографий мне отчаянно не хотелось оставаться одной.
- Хорошо, - выдохнула я. - Подождите пять минут, я только соберусь.
Он кивнул и вышел в коридор, давая мне время. Я быстро запихнула ежедневник в сумку, накинула тёплую кофту, проверила, выключен ли свет, и вышла за ним.
В машине мы ехали молча. Ночной город проплывал за окном - пустые улицы, жёлтые огни фонарей, редкие машины. Я смотрела в боковое стекло и думала о том, что сегодняшний день перевернул всё. Фотографии. Ребёнок. Вторая семья. Осознание того, что Сергей не просто изменял - он жил двойной жизнью.
Как я могла быть такой слепой? Как я могла не замечать? Год. Целый год я жила с человеком, у которого где-то рос сын, которого он, возможно, любил больше, чем меня. А может, он не любил этого несчастного ребёнка вовсе? Всякое ведь может быть.
- Алиса, - голос Волконского вырвал меня из мрачных размышлений.
Я повернула голову. Он смотрел на дорогу, но я чувствовала, что вопрос адресован мне.
- Вам нужна помощь? - спросил босс, и в голосе его не было обычной насмешки. Только спокойная деловая интонация. - Чтобы отвадить мужа и получить развод. Я могу помочь, если хотите.
Я моргнула, не сразу поняв, о чём он. Потом до меня дошло. Он предлагает помощь. Этот человек, который знает меня всего пару дней, который видел сцену с Сергеем у ресторана, который явно догадался, что между нами что-то не так, - он предлагает помочь.
- Вы... - я запнулась. – Вы, правда, можете помочь?
- Почему нет? - он пожал плечами, не отрывая взгляда от дороги. - У меня есть ресурсы, связи, время. И, если честно, мне не нравится, когда красивые женщины страдают из-за таких уродов.
Слова прозвучали так обыденно, так просто, что я на секунду потеряла дар речи. А потом, прежде чем мой мозг успел включить фильтры, прежде чем зубы успели прикусить язык, прежде чем воспитание и гордость сказали «нет», из моего рта вылетело:
- Тогда вы можете переспать со мной?
Машину качнуло. Волконский резко сбросил скорость, нажал на тормоз, и мы плавно остановились у обочины. Он повернулся ко мне, и на его лице застыло такое искреннее, такое неподдельное удивление, что я на секунду забыла, как дышать.
Он смотрел на меня, широко распахнув глаза, и в них не было ни капли привычной самоуверенности. Только шок. Чистый, кристальный шок. А потом он закашлялся. Закашлялся так сильно, что схватился за грудь и отвернулся к окну, пытаясь отдышаться.
- Вы... - выдавил он сквозь кашель, - вы серьёзно?
Я сидела ни жива ни мертва. Что я только что сказала? Что я только что сделала? Мой рот, кажется, жил своей собственной жизнью и решил, что лучший способ отомстить мужу - предложить себя первому встречному красавчику.
- Это... - начала я, чувствуя, как щёки заливает краска. - Это была шутка. Глупая. Не обращайте внимания. Просто устала, переработала, голова не варит...
Мужчина наконец справился с кашлем, повернулся ко мне и посмотрел с таким выражением, что я не могла понять - смеётся он надо мной или...
- Алиса, - сказал он, и голос его звучал хрипло, но ровно. - Вы только что предложили своему новому начальнику переспать с вами. В качестве благодарности за помощь в разводе. Я правильно понял?