Настя Чацкая – Платина и шоколад (страница 61)

­На секунду показалось, что совсем рядом мелькнуло лицо грязнокровки — в хороводе других лиц, измазанных в желтую и красную краску. Огромные, распахнутые глаза, полные ужаса. Тёмные, как никогда. Но потом оно исчезло.­

­Метла вывела его обратно на поле, зависая в нескольких метрах от места крушения. ­

­Малфой тяжело дышал, согнувшись пополам, повернув голову и замечая, что отсек с болельщиками сбежался на одну сторону трибуны, а вторая часть пустовала — лишь пару валяющихся на боку деревянных сидений. ­

­Слизеринец начал приходить в себя — и лишь тогда заметил, что стадион погружен в почти оглушающую тишину. Лишь шёпот голосов отовсюду. Неужели Поттер поймал снитч? ­

­Почему тогда гриффиндорцы молчат?­

­Взгляд скользнул по разукрашенным ненавистным лицам и остановился на одном, совершенно бледном, тонком. Грейнджер которая, оперевшись руками о балкон и уставившись на него распахнутыми глазами, была перепугана до полусмерти. Малфой подумал, что, наверное, он умер, раз она так бледна. ­

­Или умер Поттер, что куда вероятнее объяснило бы этот её страх, размозжив свои незавидные телеса по траве поля. ­

­Что за херовы мысли лезут в голову? Что происходит? ­

­Затылком, вроде бы, не ударялся.­

­Плечо саднило, бок полыхал, а ладонь распирало от чего-то прохладного и...­

­Твою мать...­

­— Драко Малфой поймал снитч, — голос Дина разорвал тишину. Немного неуверенный, почти недоверчивый. — Сто пятьдесят очков Слизерину, и это победа, друзья! — произнес он уже громче, с присущим ведущему торжеством, но вопли с трибун накрыли стадион, перекрывая последние слова Томаса.­

­Малфой, не отрывал глаз от Грейнджер, которая тоже смотрела прямо на него из толпы поражённых и недовольно ропщущих гриффиндорцев, что косились на него то ли с осторожностью, то ли с неприязнью, то ли с ужасом. ­

­Её взгляд успокаивался, страх отступал, и на какой-то миг Драко показалось, что это был действительно страх за него. ­

­Сумасшедший миг.­

­Этого не могло быть. Ей плевать. У неё «мы с Гарри».­

­Почему же глаза девушки будто впитывали Малфоя в себя? Смотрели, останавливаясь то на губах, то на скулах. Драко провел рукой по лицу, и, опустив взгляд, заметил потеки крови, расплывающиеся под дождем на перчатке. Да, видок у него, наверное, тот еще. Ухмыльнувшись, вернулся к лицу грязнокровки, но в следующий момент на него налетел Грэхем, едва не сбивая с метлы.­

­— Да! Да, мы сделали их! ­

­Ручищи, хлопающие по плечам. Это вызывало дискомфорт, но слизеринец не морщился.­

­Блетчли, Крэбб, Гойл. Где-то маячил Уоррингтон.­

­Мокрые, радостные лица. И до Малфоя начало доходить — что-то помимо взгляда грязнокровки. Странного и обезоруживающего. Который мешал вдохнуть куда сильнее, чем удар бладжера поддых.­

­Они победили. ­

­Они победили Гриффиндор. ­

­Драко медленно разжал кулак, уставившись на крошечный золотой шарик, лениво расправляющий смятые крылышки у него на ладони.­

­— Твою мать, — пораженно выдохнул Малфой, не отрывая глаз от снитча в руке. А затем поднял голову и уставился на довольного, сверх всякой меры Грэхема. — Я, блять, поймал его, — со сдавленным смешком, почти не веря в это сам, Драко подкинул на ладони золотой шарик, — да ну на хер, я поймал его! ­

­Трибуны орали, как ненормальные. Все, кроме красно-золотой, естественно. ­

­Малфой обвел взглядом поле с обнимающимися слизеринцами, бушующих болельщиков и понял, что этого он ждал с того самого мига, как оседлал свою первую метлу. Победы.­

­Он победил.­

­И от осознания губы растянулись в воскресшей на какой-то миг поистине самодовольной улыбке. В груди задрожало. Почти так... почти так же, как тогда. ­

­До. ­

­До смерти отца. ­

­На миг в Драко проснулся тот ребенок, которым он был до наступившего лета. И этот ребенок с широченной улыбкой вскинул руку со снитчем над головой, запрокидывая лицо и наплевав на то, что во рту полно дождевой воды и собственной крови от разбитой губы, а бок пульсирует, мешая полноценно дышать.­

­Он — Драко Малфой.­

­И он победил.­

Глава 10

— Вуаля, — одним ловким движением Блейз выставил на стол ещё две полные янтарной жидкости, отражающие в себе свет пылающего камина немаленькие бутылки. — Вот она — магия, господа.­

­Слизеринцы заулюлюкали, а Малфой закатил глаза, откидывая слишком лёгкую голову на спинку дивана и растягивая губы в ухмылке.­

­Забини говорил, что мать выслала ему небольшой запас «хорошего настроения», и когда первая бутылка кочевала из рук в руки, слизеринцы заискивающе переглядывались. Достать бокалы не составило никакого труда. ­

­Первый глоток — Теодор мужественно смаргивал накатившие слёзы.­

­Дальше — по накатанной. И одна бутыль, уже совершенно пустая, подпирает стеклянным боком ножку кресла. Огневиски пришёлся очень кстати. Блейз как-то упоминал, что один из его отчимов был отъявленным ценителем спиртного, после чего бар поместья Забини основательно пополнился непотребным нынче алкоголем.­

­Мерлин, как же это пригодилось.­

­С начала вечера их было куда больше — как минимум на нескольких особенно восторженных шестикурстников и остальных игроков команды, однако до десяти вечера досидели только некоторые — самые стойкие и сплоченные. Никого лишнего — почти все свои.­

­Голова практически лишилась мыслей, что, безусловно, играло на руку Пэнси, которая целый вечер ластилась вокруг Малфоя, а теперь и вовсе перебралась к нему на колени, грея в руках бокал с остатками напитка.­

­Пробка выскочила из очередной бутылки с громким, почти соблазнительным скользящим звуком, и Драко поднял голову­

­— Забини, ты просто бог, — Грэхем, расположившийся вместе с Гойлом на другой стороне дивана, протянул руку и поднёс одну из бутылок к лицу, глядя на сокурсников сквозь колеблющуюся призму. — Вот это я понимаю.­

­— Поставь, разобьёшь ещё, — Нотт едва ли не облизывался, потирая ладони, на что Монтегю с оскорблённым видом фыркнул, показательно подбрасывая бутылку в руке. Можно было спорить, что сердце Теодора едва не остановилось.­

­Забини лишь махнул рукой.­

­— У меня ещё одна в комнате. Или даже не одна, — он подмигнул Драко, и тот лишь покачал головой, чувствуя, что сознание его совершенно расслаблено, и этого — именно этого яда на дне бокала — ему так не хватало.­

­— Был бы повод. Выпивки много не бывает.­

­Голос Малфоя звучал твердо, несмотря на то, что, голова, кажется, готова была парить под потолком.­

­Пэнси поудобнее устроилась у него на коленях, прижимаясь грудью, обтянутой шелковой изумрудной блузой, к его плечу, будто нечаянно.­

­Нотт и Забини всю прошлую неделю подкалывали Драко по поводу того, что Пэнси стала хуже работать ртом и стоит возобновить появления в гостиной Слизерина — девушка соскучилась по любимому.­

­И Малфой чувствовал это — действительно соскучилась.­

­Видимо, никого подходящего ей так, как он сам, поблизости не оказалось. Он всерьёз раздумывал над тем, чтобы уделять своей недодевушке больше внимания.­

­Его напрягало то, что происходило у него «на личном» в данный момент.­

­— Повод нешуточный, — девичий голос перебил мысли: Дафна сидела на одной из небольших диванных подушечек, которые Блейз раскидал на полу. Брюнетка покачивала в тонких пальчиках бокал, поглядывая на Забини масляными глазами. ­

­Насколько знал Драко, Дафна значилась за Блейзом ещё с прошлого года. Свободные отношения, или так это называется? Почти то же самое, что у них с Пэнси, только Гринграсс-старшую не ебёт добрая половина школы.­

­— Это первая настоящая победа, — продолжала тем временем Даф, наблюдая, как огневиски наполняет её бокал. — Наша настоящая победа над Гриффиндором, и это куда лучше, чем любое другое унижение этих идиотов.­

­Блейз фыркнул, бросив на Малфоя прищуренный взгляд. Тот снова растянул губы в ухмылке. А на ум тем временем пришел разговор с Грейнджер накануне вечером, когда они встретились прямо посреди коридора, ведущего в Башню старост.­

­Он как раз собирался в подземелья, а она, видимо, как обычно зависла до позднего вечера в своей любимой кладовой знаний — Мерлин, если бы можно было выйти замуж за библиотеку, грязнокровка бы сделала это, — или успокаивала своего любимого Поттера, который наверняка бился в истерике целый день. В любом случае — они не виделись с того момента, как слизеринцы покинули поле под громкое улюлюканье и свист.­

­Нет, конечно, он не считал минуты и часы, пока её не было. Драко посетил мадам Помфри, принял душ, переоделся. Сел на постель и взглянул в зеркало, соображая, почему решил не залечивать разбитую губу. Слегка повернул голову, рассматривая отражение.­

­Блейз сказал, что небольшая ранка мужчину даже красит. После этого предложил набить ещё и глаз. Они все были слишком взорваны эмоциями после этой игры. Первая победа Слизерина у красно-золотых — Малфой до сих пор не мог поверить.­