Настасья Райс – Высота наших чувств (страница 21)

Мама уже во всю нарезает овощи и тушит курицу в сливках. От ароматных запахов начинает урчать в животе. Только сейчас понимаю, что сегодня вообще ничего не ела. Краду с дощечки дольку помидора и открываю холодильник.

— Запеканка в духовке. Она не успела ещё остыть, — так вовремя напоминает мама.

— Точно, спасибо! — закрываю дверцу и не понимаю, как вообще могла забыть.

— Сейчас быстро перекушу и помогу тебе, — кладу в тарелку кусок побольше и облизываюсь.

— Ешь не спеша, я потихоньку сама всё приготовлю, — отвечает мама, перемешивая лопаткой вкуснятину в сковородке.

— Помогу, помогу, — пробую первый кусок и от наслаждения закатываю глаза. Вкус из детства.

Только успеваю сделать пюре, как слышу шум из коридора. Папа приехал. Уверена, он будет рад меня видеть. Прячусь за кухонную дверь, а мама идёт его встречать. Отец заходит и застывает возле стола, а он весь заставлен едой. Сдерживаю себя, чтобы не засмеяться и выждать подходящий момент для того, чтобы выйти.

— Что за праздник? Я забыл о какой-то годовщине? — поворачивается вполоборота и удивлённо смотрит на маму.

Вижу, как она тоже еле держится, чтобы не рассмеяться. Отец молчит и ждёт ответа, но меня не замечает. Мама пожимает плечами и уходит к печке, а папа следит за ней. Аккуратно выхожу из укрытия и на цыпочках подхожу к отцу.

— Сюрприз! — кричу, когда оказываюсь близко.

Папа резко поворачивается. На его лице молниеносно сменяются эмоции. Сначала он смотрит шокировано, но потом губы растягиваются в улыбке от уха до уха. И я бросаюсь к нему в объятия.

— Я так рад тебя видеть! — целует в макушку.

Ощущаю себя маленькой девочкой, которая гостила у бабушки и наконец-то вернулась домой.

— Я тоже. Вижу, сюрприз удался, — улыбаюсь так искренне, аж сводит скулы. Но я за последние сутки, по-моему, впервые счастлива в окружении родных людей.

Понимаю, что проблемы с парнями — это пустяки. Через время смогу снова доверять мужчинам и быть счастлива. Сейчас обидно, больно, но всё пройдёт. Обязательно пройдёт.

Так хорошо и спокойно в семейном кругу. Папа шутит, а мама смеётся, смотрит на него с любовью в глазах. А я наблюдаю за ними и не могу нарадоваться. Ведь у меня непременно будет такая же идиллия в семье. Будет же? Снова уношусь к Егору в самый неподходящий момент. Он, конечно, не обещал мне любовь до гроба, но был искренним. Точнее, мне так казалось. Так, нужно откидывать мысли об Игнатьеве. Я сюда приехала не для того, чтобы грустить, а чтобы в первую очередь провести время с родителями.

Вечер проходит по-семейному. Отец рассказывает о планах и о том, что он хочет под конец сезона заняться ремонтом отеля, а мама, как мудрая женщина, его во всем поддерживает. Папа часто говорит, что если бы не она, то вряд ли у него сейчас было бы всё то, что он имеет.

После ужина отец уходит отдыхать в комнату, потому что ему рано вставать на работу, а мы с мамой принимаемся убирать всё со стола.

Просыпаться утром во столько, во сколько пожелает душа, — это офигенно. Давно так не высыпалась. То учеба и презентации, то Егор, который не давал спать допоздна. Эти ночи были незабываемыми, и я была совсем не против. Прикрываю глаза и мысленно улетаю в квартиру к Игнатьеву. И в те мгновения, когда его руки касались моего обнажённого тела, дыхание щекотало шею, пока он шептал пошлости, а прикосновения губами к коже вызывали мурашки по всему телу. Он дарил мне блаженство. От этих воспоминаний внизу живота начинает ныть от желания снова почувствовать те ощущения.

Вскакиваю с кровати, встряхиваю головой, пытаясь тем самым прогнать навязчивые мысли. Но получается плохо. Нужен прохладный душ. Срочно. Не медля ни секунды, направляюсь в ванную комнату смыть с себя возбуждение. Очень надеюсь, что водные процедуры помогут и я не буду хотеть Егора, потому что я должна ненавидеть его после того поступка.

После контрастного душа иду на кухню. Я проспала слишком много, и желудок просит еды. Дома никого нет. Замечаю лишь записку возле тарелки с сырниками. Беру один и начинаю читать, пока жую. Отлично я приехала: папа на работе готовится к открытию сезона, мама уехала по срочным делам до самого вечера. А мне остаётся сидеть дома в одиночестве. Хотя почему? Я же могу пойти погулять, но сперва нужно плотно поесть.

Погода отличная: безветренная, солнечная. Как рада, что живу на юге, — я бы с ума сошла на севере. У нас в апреле уже открывают купальный сезон, а они там ходят в куртках. Бррр. Вздрагиваю от таких мыслей и натягиваю джинсы с топом, а в руки беру джинсовку на случай, если замёрзну.

От дома до парка минут пять, и в этом мне тоже везёт, город хоть маленький, но когда всё рядом — это хорошо. Отмечаю, что как-то многолюдно. Начинают приезжать туристы. Даже на колесо обозрения очередь, хоть небольшая, но она есть. Вид оттуда должен быть потрясающим. Горько усмехаюсь, потому что никогда на нём не каталась. А так хочется увидеть родные просторы с высоты. Вид на море, наверное, необыкновенный.

Может, у меня получится прокатиться? С Егором же смогла. Ангел с демоном на моих плечах бурно спорят, пока встаю в очередь. Буду вспоминать, что мне говорил Игнатьев. Хотя в тот раз концентрировалась на его голосе — и мне это безумно помогло. Подхожу всё ближе, поднимаю голову, и страх накатывает всё больше. Сердце бьётся сильно, как будто сейчас вырвется из грудной клетки, ещё и в горле пересохло. Нужно попить воды, а после попытать удачу снова.

Отхожу подальше от очереди и понимаю, что уже не вернусь. Утолить жажду — это лишь просто предлог. Был бы Егор рядом, он бы обязательно настоял на том, чтобы мы поднялись на высоту. Он бы обнял меня, оберегая от всех страхов. Это действительно помогло бы. Чувствую, как по щеке скатывается слеза. Быстро вытираю, втягиваю побольше воздуха и медленно выдыхаю. Не буду плакать из-за него. Он не достоин моих нервов и того, чтобы я расстраивалась.

Мы провстречались с ним немного. Не могла я влюбиться. Нет, это точно исключено. Просто сильная симпатия — и ничего больше.

Иду к лавочке, подальше от чёртова колеса. Из-за него я снова вспоминаю Егора! Ненавижу его за то, что предал меня и унизил. Ненавижу всю ситуацию, которая у нас сложилась, и ненавижу себя, потому что не могу перестать вспоминать Игнатьева. Мы встречались пару недель, а он отпечатался в моей памяти так чётко, словно мы год, а то и больше были вместе.

Куда не посмотри — везде ассоциации с ним. Даже с проклятым парком тоже есть воспоминания. Только тогда мы были в другом городе. Надо уходить отсюда, иначе точно не выдержу и разревусь. А я хочу, наоборот, отвлечься. Сходила бы в клуб — только после того, как в одном таком заведении мне разбили сердце вдребезги, я туда ни ногой. По крайней мере, в ближайшее время уж точно.

Единственное решение — это идти домой. Вот и погуляла, называется.

22 глава. Егор

Два дня Ася не появлялась в универе, наступил третий, а я, как дурак, с раннего утра караулю её возле входа. Спасибо Никите за то, что составляет мне компанию. Он все равно просыпается с рассветом. Спортивная жизнь: утренние тренировки, пробежки. А сегодня к нам присоединился еще и Данил. Они между собой о чём-то разговаривают, слышу отрывками, что договариваются пойти в зал и вечером ещё куда-то.

Не могу перестать выискивать в толпе Асю. Только время уже подходит к началу второй пары, а Мальцевой всё нет. Неужели и сегодня пропустит? И именно после этого вопроса Никита толкает меня в бок. Смотрю на него и не пойму, что это только что было. А он кивает мне за спину. Поворачиваюсь и вижу: тачка припарковалась прямо напротив входа. Из-за солнца приходится прищуриться, но я узнаю на переднем сиденье ту, из-за которой просыпаюсь в шесть утра, пока она разъезжает с каким-то типом.

Вижу, как улыбается ему, а должна дарить свою улыбку только мне. Парень выходит из машины, обходит её, открывает пассажирскую дверь и подает руку, а Мальцева как будто не задумывается ни на секунду — вкладывает свою ладонь в его.

Не могу стоять на месте и срываюсь к этой парочке. Но молюсь всем богам, чтобы они были ни хера не парочкой, а просто старыми знакомыми. Слышу, как друзья следуют за мной.

— Тебя-то я и ждал, — натягиваю улыбку, перехватываю руку Аси и чувствую, как её бьет мелкая дрожь. Неужели на меня так реагирует?

Не хочу в ней вызывать такие эмоции. Тошно от себя, что смог потерять ту, которая стала важнее всех. Удивительно, но любовь делает со мной странные вещи. Никогда не страдал из-за чувств к кому-то, не знал, каково это — постоянно думать о другом человеке, волноваться: все ли хорошо, поела ли, не замёрзла ли.

— Чего тебе? — вырывает руку и поднимет голову, словно не дрожала секунду назад.

— Поговорить хочу, — кидаю мимолётный взгляд на её водителя, а он лишь молча наблюдает за происходящим.

— Если ты не заметил, я тут не одна и у меня нет желания с тобой разговаривать, — фыркает и поворачивается ко мне спиной. — Давай попозже спишемся, — говорит уже не мне, а тому уроду, который пялится не в её глаза, а в её декольте.

— Не познакомишь нас? — снова встреваю в разговор и ловлю себя на мысли, что поступаю как пятиклассник, но раньше никого не ревновал. А сейчас творю всякую хрень, лишь бы Ася не оставалась с этим пацаном.