Настасья Райс – (Не) влюбляйся в меня (страница 12)

– Что? Я просто интересуюсь. – Он разводит руками, но в его улыбке нет ничего доброго.

– Хватит, – Сашка вдруг хлопает по столу. – Давайте лучше выпьем! За встречу!

Он поднимает бокал, и остальные, нехотя, следуют его примеру. Стаканы звонко сталкиваются, но напряжение не уходит – оно висит в воздухе, как запах перед грозой.

Я делаю глоток, и ледяная мята обжигает горло.

– Ты в порядке? – спрашивает Ян, наклонившись ко мне.

– Все отлично, – шепчу в ответ.

Но это ложь. Потому что через стол Демид целует Тину в шею.

И самое страшное – мне больно.

Но я, стиснув зубы, улыбаюсь всем вокруг. Голоса превращаются в гул, а перед глазами застилает пелена, но не позволю показать свою слабость. Ни за что.

– Я пойду в уборную, а потом можем уехать, – собрав всю волю в кулак, шепчу на ухо Яну, кивая на его нетронутый стакан с виски.

– Договорились. – Он наклоняется непозволительно близко, а рука ложится на спинку моего стула, касаясь плеча.

Поднимаюсь из-за стола и, никому не говоря ни слова, отхожу.

– Арин, подожди, – голос Тины заставляет остановиться. Но я, не поворачиваясь, дожидаюсь ее и Таню. – Надеюсь, ты не против нашей компании, – улыбается так мило, что у меня сводит скулы.

– Не против, – отвечаю и продолжаю путь.

В уборной сразу подлетаю к раковине и включаю холодную воду. Нужно охладиться, потому что лицо все горит огнем.

– Как думаешь, затащит тебя Демид в кровать? – Вопрос Тани, адресованный Тине, заставляет меня поперхнуться слюной. На что девочки синхронно поворачиваются ко мне, я пожимаю плечами и продолжаю мыть руки.

– Если он меня не затащит, я сама его схвачу за член и утащу в свою комнату, – хихикает Тина, смачно смазывая губы блеском.

Мне становится плохо от всего сказанного, но девочек совсем не смущает мое присутствие, и они уже обрисовывают позы, в которых будут проводить ночь с парнями.

У меня скручивает желудок. Это отвратительно. И слушать больше я это не намерена. Выключаю кран и молча выхожу из уборной, громко хлопнув дверью.

Быстрыми шагами подхожу к столику, за которым сидят парни. Саша с Яном о чем-то оживленно разговаривают, а Демид делает вид, что ему на все плевать.

Подхожу к Яну и, наклонившись к нему, шепчу:

– Поехали.

Он отвлекается от разговора, переключаясь на меня, и, кивнув, встает с места.

– Приятно было познакомиться, – протягивает он руку Сашке, – но нам пора.

– Да ладно. Может, еще посидим? Вы даже ничего не выпили, да и мы только разговорились, – пытается он уговорить нас, но я остаюсь непреклонной.

– Нам, правда, пора. В следующий раз обязательно посидим подольше, – натянуто улыбаюсь и стараюсь не встречаться взглядом с Демидом.

Но когда он облокачивается на стол, сложив руки, я все же кидаю на него взгляд.

Демид сидит мрачнее тучи, постукивает пальцами по столу. Понять не могу, что его так беспокоит. Мое общение с Яном? С его соперником? Но Максу он ничего не выговаривает, хотя брат с ним вообще работает вместе.

В общем, меня эта ситуация напрягает, и я хочу поскорее выдохнуть спокойно. А еще, оказалось, чертовски невыносимо смотреть на Демида с девушкой.

– Ладно, пока, ребят, – прощается Саша с нами.

Я быстро киваю всем и разворачиваюсь к выходу. Ян пожимает парням руки, в несколько шагов догоняет меня, и кладет ладонь на поясницу. Это вызывает во мне странные чувства.

– Ты уверена, что хочешь ехать домой? – спрашивает он тихо, когда мы выходим на улицу. Его глаза в свете уличных фонарей кажутся темнее, серьезнее. – Мы могли бы поехать куда-нибудь еще.

– Давай домой, посидим во дворе, поболтаем. Макс, уверена, уже спит.

– Без проблем, – кивает он на машину, снимая ее с сигнализации.

Глава 12.

Приезжаем домой. Во дворе тихо, только вода в бассейне чуть колышется, отражая лунный свет. Оставляю Яна сидеть возле бассейна, а сама иду за горячим чаем.

Пить алкоголь совершенно не хочется. Даже странно, в моей-то ситуации. Я только что видела парня, из-за которого до сих пор екает сердце, с другой.

При Яне держу лицо, но стоит ему отвернуться, и плотина рухнет, выпуская наружу всю боль прошлых лет. Может, поэтому и предложила ему остаться – знаю, что одиночество сейчас для меня – смертельный яд.

Звать Соню уже поздно, да и не хочу ночью исповедоваться и говорить, что Демид все испортил.

Наливаю чай в две кружки, и мои пальцы дрожат так, что кипяток расплескивается на столешницу. Черт, черт, черт! Зачем я вообще пригласила его сюда? Чтобы он видел, как я разваливаюсь на части?

Но когда возвращаюсь к бассейну с подносом, Ян сидит, откинувшись на шезлонг, и его профиль в лунном свете кажется спокойным, почти безмятежным.

– Почему у вас такие отношения с Демидом? – неожиданно спрашивает Ян, когда берет кружку.

Удивленно вскидываю брови. Что ему ответить? Сама не знаю. За годы взаимных колкостей и обид выработался рефлекс – огрызаться, лишь бы не выдать ни капли симпатии.

Молчание затягивается, нужно хоть что-то сказать.

– Мы давно не ладим. – Пожимаю плечами и прячусь за горячей чашкой.

– Вы с самого детства знакомы?

Молча киваю, отпивая чай. Всю жизнь, сколько себя помню…И, по-моему, люблю его ровно столько же.

Так, стоп, Арина. Хватит страдать из-за козла. Он таким всегда был, таким и остался. Ничего не изменилось. Даже моя боль.

Сейчас, наверное, уже кувыркается с Тиной, слушает ее сладостные стоны и шепчет пошлости на ухо.

Фу!

Встряхиваю головой, отгоняя назойливые мысли и яркие картинки, но, выходит, плохо. Я бы сказала, очень плохо. На глаза наворачиваются слезы. Я часто моргаю, чтобы избавиться от влаги с глаз.

– У нас гости. – В дверях появляется Максим, привлекая к себе внимание.

Он без майки, в домашних шортах. Стоит в проеме, потягивается и зевает, прикрывая рот ладонью.

Создается впечатление, будто мы вторглись в его личное пространство, вырвали из объятий Морфея, хотя в доме царит почти могильная тишина, а на кухне я старалась двигаться бесшумно. Впрочем, он бы и не услышал, – его комната на втором этаже, в другом крыле дома.

– Чай будешь? – спрашиваю брата, подскакивая с места.

– Не-а, не хочу, спасибо. – Он подходит сзади, мягко давит мне на плечи, усаживая обратно. – Где были? – спрашивает и садится рядом со мной.

Ян начинает отвечать, а я снова проваливаюсь в воспоминания этого проклятого вечера. Взгляды, касания, губы на шее…

Блять! Нет, я так больше не могу. Это как болезнь, разъедающая душу, и мне срочно нужна вакцина. Но станет ли Ян тем самым спасительным лекарством?

Смотрю на него расслабленного, он о чем-то разговаривает с Максом, я даже не вслушиваюсь, просто наблюдаю за Яном.

Мне не хочется его использовать. Совсем. Он хороший парень и не заслуживает, чтобы с ним плохо поступали. По крайней мере, по отношению ко мне он – воплощение всех «зеленых флагов».

А с другой стороны, может, стоит все же попробовать. Из этого же может что-то получиться.

Твою ж…

– Ладно, ребят, голова что-то разболелась, вы не против, я пойду спать? – поднимаюсь на ноги, держа в руках кружку с остывшим чаем, и смотрю на Яна, ожидая понимания.

– Конечно. – Он улыбается, и мне хочется ответить взаимностью. Но сил практически нет, и, выходит, криво. Ян тоже поднимается и, подойдя ко мне в два шага, заключает в объятия. – Насчет тренировок подумай, – напоминает. – Спокойной ночи. – Он целует меня в щеку, которая вмиг начинает полыхать.

Еще и Максим пристально на нас смотрит. Такое ощущение, что сейчас взорвется от возмущения.