Настасья Карпинская – На грани (страница 28)
– Возьми, только есть ее будешь сама, – вот же, вредный какой. По пути на кассу закидываем в тележку еще кучу всякой мелочи, типа спагетти, томатной пасты, специй. Пока Денис отвлекается на выбор зеленого горошка, я подкидываю вилок капусты в общую кучу продуктов.
– Нестерова, я все вижу.
– Ну, я капусты хочу, отстань!
– Ну, по твоим сиськам видно, что ты ее очень любишь, – вот придурок.
С поддевками, перепалками и смехом добираемся до касс. Денис даже не дает мне достать кошелек и расплачивается за все сам.
Домой возвращаемся уже в одиннадцатом часу. Лавров заносит все пакеты с продуктами на кухню и водружает их на стол.
– Ты останешься? – спрашиваю осторожно.
– Не сегодня, – улыбаюсь, но как-то вымученно. Не хочу его отпускать. Денис будто чувствует это и притягивает меня к себе. Словно мелкими импульсами пробирает все тело от его близости. Он зарывается ладонью в мои волосы. Чувствую, как бьется его сердце, заходится в учащенном ритме. Также, как и мое. Провожу ладонями по его груди, расстегиваю пару пуговиц на его рубашке и целую, медленно поднимаясь к губам.
– Ксюх… я… бл*ть… так не уйду…
– Не уходи, я не против… – провожу своими губами по его губам испытывая и его, и свое терпение. Денис срывается первый, сминая мои губы нагло, с напором, не давая даже глотнуть воздуха. Цепляюсь за его плечи. Не хочу отпускать, растворяюсь в моменте… Тяжело дыша, наконец, отрываемся друг от друга…
– Я заеду утром перед работой.
– Хорошо, – отвечаю, скользя ладонью по его небритой щеке. Он смотрит прямо в глаза, словно что-то хочет в них найти. Какой-то ответ на свой неозвученный вопрос.
Денис уходит, а я закуриваю у окна, наблюдая, как он садиться в машину и выезжает из двора. Сколько это еще продлиться? Кто знает.… Надолго ли наше перемирие? Насколько еще нас хватит?
***
Выехал в сторону дома, но как же хотелось остаться рядом с Ксюхой. Тонул в ее зеленых глазах. Видел в них, что она не хотела, чтобы я уходил. Да я сам не хотел уходить… Ведьма… Но злиться на нее уже не могу… Может плюнуть на все, и в омут с головой? А там зарасти оно все бурьяном? Только после этой мысли тут же возник образ Фролова. Он любил Нику, и с чем остался? С разбитой мордой да бутылкой коньяка. А чтобы бежать за сказкой и верить в чудо, я уже не в том возрасте. Да и в сказки давно не верю.
Поднялся в квартиру. Дома все как обычно, Таня гремит посудой на кухне, в ванной шумит стиральная машинка. Раздеваюсь, прохожу на кухню.
– Привет! – бросаю жене. – Пожрать есть чего?
– А что, там, где ночевал до этого, уже не кормят?
– Тебе вожжа под хвост попала?
– Не делай из меня дуру! У тебя все рубашки женскими духами пропахли!
– И что? Тебя это так волнует?
– Я твоя жена, если ты не забыл!
– Забудешь тут, вынос мозга постоянный… Чего ты хочешь от меня? Ты живешь, ни в чем себе не отказываешь. Что тебе надо еще?
– Денис, я семью нормальную хочу. Мужа дома хочу видеть! Я уже забыла, когда ты прикасался ко мне в последний раз!
– Я устаю.
– Как же, от чего устаешь? От того, что шл*х всяких тр*хаешь? На жену тебя уже не хватает?
– Та-ня, ты забыла видно, почему мы вообще поженились! Напомню. Я трахнул тебя в грязном туалете захудалого клуба. Ты оказалась ц*лкой. Чтобы не чувствовать себя последним козлом, я решил тебе помочь. Мне нужна была хозяйственная жена, тебе – городская прописка. Всех все устраивало. О любви или чем-то возвышенном речи никогда не было. Я оплатил тебе образование. Ты живешь в хорошем районе в большой квартире. Одета, обута. Хочешь шмоток? Иди, покупай. Хочешь в салон? Так п*здуй. И то, что у меня были интрижки на стороне, тебя никогда не смущало. Окстись, наконец! Тебе денег мало? Так не вопрос, повышу лимит на твоей карте. Только не *би мне мозг, пожалуйста.
После моего всплеска Таня с плачем ушла в комнату, а я сел ужинать.
Через полчаса вошел в спальню. Она лежала на кровати, все еще всхлипывая. Присел на край.
– Тань, не реви. Хватит сопли на кулак мотать. Поверь мне, нет ничего хорошего в браках по любви. Любовь эта еб*ная проходит быстро. А люди продолжают жить под одной крышей и ненавидеть друг друга, не понимая, почему вообще находятся рядом друг с другом. Сегодня Ника ушла от Фролова. Она его не любит, он теперь ее ненавидит. Вот что принес им их брак и их чертова любовь. Ты такого финала хочешь?
Таня села на кровати, утирая слезы и отрицательно качая головой.
– Вот и я о том же… Поверь, лучше уважать человека, с которым ты живешь, чем любить без памяти. Я тебя могу уважать хотя бы за то, что ты никогда не прыгала с мужика на мужика. Да и как жена, ты хорошая. А то, что я гуляю иногда на стороне… Так я и не скрывал этого никогда. И верным быть не обещал. Всегда был в этом честным с тобой.
– Мама звонила. Ирка снова с Федькой сошлась, – всхлипывая, зачем-то проговорила Таня. Ирка –это ее двоюродная сестра.
– С тем, что ее колотил постоянно по пьяни?
– Ага, говорит, любит его.
– Вот она любовь, наглядный пример… Тебя тоже поколачивать начать, в доказательство любви? – Таня усмехнулась и отрицательно мотнула головой. – Вот и будет твоя сестра ходить в синяках, да детей и деньги последние по родственникам прятать от своего муженька заполошного всю жизнь. Утирай слезы, успокаивайся. Я в душ схожу, и спать будем.
Приняв душ, вернулся в спальню. Таня уже переоделась в пижаму. Прилег рядом, обнял, поцеловал в висок. А у самого кошки на душе скребут…
Глава 21
Проснулся рано. Стараясь не разбудить Таню, встал с кровати и поплелся в душ. Выпил кофе, оделся. Спустился вниз к машине, закурил. Обещал Ксюше приехать с утра… Только надо ли?
Ксюха… Ксюха… Наваждение долбанное… Если не заеду, как обещал, то весь день сам измаюсь. Все равно телефон мурыжить в руках буду и бороться с желанием ей позвонить…. Вот нахр*на мне это все сдалось? Нахр*на? Сажусь в машину, все так же мучаясь сомнениями. В итоге все равно сворачиваю на Вельского…. Ну, не идиот ли?
***
– Денис, ты чего так рано? – кутаясь в халат, открыла дверь Лаврову.
– Я обещал, что перед работой заеду.
– В шесть утра? Мог бы в восемь хотя бы приехать, – я зеваю и тру глаза. А этот нарушитель моего сладкого сна стоит и улыбается. – Чего лыбишься-то?
– Ты смешная с утра, – Денис, скинув ботинки, притягивает меня к себе и целует в щеку.
– Ага, обхохочешься просто. Иди хоть кофе свари, пока я умываюсь.
– Ксения Викторовна, и как вам не стыдно использовать мой труд в корыстных целях?
– Совсем не стыдно. Еще раз припрешься в такое время, будешь полы мыть в наказание.
– Какая ты жестокая с утра, – смеясь, проговорил Денис и пошел на кухню. А я скрылась в ванной. Зайдя на кухню через пятнадцать минут, застала Дениса за поисками съестного в моем холодильнике.
– Там, на верхней полке, тарелка с блинами, крышкой прикрыта, – проговорила, отпивая горячий кофе, что уже стоял на столе. Лавров достал тарелку, а потом с подозрением покосился на меня.
– Блины?
– Да. Вчера напекла, – брови Дениса изогнулись в удивлении.
– Ты? Напекла? Блинов?
– Да, Лавров! Полтора часа вчера на них убила. Ешь, не подавись, – вчера после его ухода не могла найти себе места и, покосившись на блинную сковороду, давно пылившуюся в шкафу, решила отвлечься готовкой. Насколько это была дурная идея, я поняла уже через час, когда, нажарив полную тарелку блинов, поняла, что теста еще пол кастрюли.
– А я после них ласты не склею? Все-таки это твой кулинарный шедевр.
– Не бойся, живым останешься! Ешь! Только подогрей, – все еще с удивлением поглядывая в мою сторону с пляшущими смешинками в глазах, Денис засунул блины в микроволновку. Вынув их оттуда, сначала перекрестился и только потом откусил кусок блина.
– Вот дебил, честное слово… – проговорила, отпивая кофе.
– М-м-м, вкусно.
– Яд, говорят, всегда кажется сладким, – сдерживая смешки, как бы невзначай отметила я.
– Нестерова!
– Да шучу я. Дай мне тоже, а то умнешь же все. Тебя дома не кормят, что ли?
– Кормят, но от блинов я никогда не откажусь.
Позавтракав, Денис усадил меня к себе на колени. Обняв его за шею, потерлась о его щеку.
– Ты колючий.
– Забыл побриться, – я поймала его губы и немного прикусила нижнюю. – За что же ты свалилась на мою голову?