Настасья Дар – Стан золотой крови – 2 (страница 5)
Да, и к тому же, прежде чем пытаться повернуть время вспять, я все таки должна дождаться Хана. Даже несмотря на то, что он совсем не помнит ни меня, ни того, что когда-то было между нами… Уйти даже не попрощавшись, казалось мне чем-то неправильным.
Оставив бессмысленные думы, которые и в этот раз не принесли ничего кроме острой тоски и головной боли, я встала из-за стола, и медленно поплелась к кровати. Без сил рухнув лицом вниз на шелковые подушки, в беспорядке разбросанные по колючему шерстяному покрывалу, глухо застонала.
Оказывается безделье выматывает не хуже тяжелого физического труда…
Когда полуденная дремота, навеянная монотонным стуком дождя по крыше, начала липкими щупальцами проникать в мое сознание, за стенами юрты внезапно раздался пронзительный женский крик.
Вынырнув из омута тревожных сновидений, я резко села, пытаясь понять, что происходит.
Крик повторился.
Только на этот раз к нему прибавилось множество взволнованных голосов, сопровождающихся поспешным топотом.
Тряхнув головой, я окончательно пришла в себя, и осторожно выглянула за дверь, в попытке понять, что же происходит. Напротив юрты наложниц, не обращая внимания на мелкую дождевую морось, собралась целая толпа испуганно переглядывающихся женщин и мужчин, которые бросали тревожные взгляды себе под ноги.
Сгорая от любопытства, я выскользнула из юрты, и осторожно подобралась к толпе. Едва высокий стражник, закрывающий мне обзор, слегка сдвинулся вправо, моим глазам предстала ужасающая картина.
Изуродованное женское тело…
Обнаженное и бездыханное. Длинные пряди светлых волос, обрамляющие совсем юное личико, оказались пропитаны кровью из глубокого пореза на шее, а белоснежная грудь испещрена багровыми знаками, вырезанными прямо по нежной коже.
Перепуганная толпа всколыхнулась, и на пятачок земли, залитой кровью, выбралась девушка, как две капли воды похожая на ту, чье хладное тело сейчас лежало у наших ног.
Вглядевшись в безжизненные светло-карие глаза, девушка вцепилась пальцами в свои волосы, и упав коленями прямо в лужу крови, взвыла раненным зверем.
— Агнеша!!! Нет! Как-же так?!!!!
Подхватив бездыханное тело под плечи, девушка прижала его к своей груди, так и не прекращая рыдать.
— Расходитесь! — воскликнул появившийся невесть откуда Менгуй, — Не на что тут глазеть! Тэнэг хүн! (Грубое ругательство)
Хоть я теперь и понимала почти всю монгольскую речь, значение последнего слова мужчины осталось для меня недоступным.
Бросая недовольные взгляды на военачальника каана, народ начал потихоньку расходиться. Лишь я не двигалась с места, в ступоре разглядывая мертвую девушку.
— Тебе, что, особое приглашение нужно? — гневно воскликнул мужчина, нависнув надо мной грозной тучей, — Или может это ты Агнешку прирезала, а, Шулам?
Вздрогнув от этих слов, я вскинула на Менгуя исподлобья взбешенный взгляд.
— Не надо. Меня. Так звать! — злобно прошипела я, — Не я убила эту несчастную!
— Чего тогда застыла? — окинув тревожным взглядом расходящихся людей, Менгуй вдруг добавил, — Быстро к себе, и не высовывайся! Сейчас все напуганы и шокированы, но как только придут в себя, начнут искать виновного, и поверь — первое подозрение падет на колдунью, незнамо откуда взявшуюся в улусе!
Гадая об источнике внезапной доброты Менгуя, я отмерла и поплелась к себе, поглядывая через плечо на то, как военачальник пытается забрать у девушки тело сестры.
Да… Странно все это.
Не смерть, нет… Люди каждый день умирают по разным причинам. Странно то, при каких обстоятельствах погибла эта Агнеша.
Подходя к порогу своей юрты, я немного помедлила, заслышав разговор двух стражников.
— Ты видел знаки на ее груди? — спрашивал один из мужчин, — Неужто и правда Ерден проклят? Что ж он натворил такого, что духи одну за другой отнимают его женщин?
— А кто ж его знает… — задумчиво пробасил второй, — Помирают-то только наложницы из урусов. Может там наверху против, чтобы улусом правил бастард? Ох, и наворотил делов прошлый каан! Ну, неужто нельзя было дочку пораньше замуж выдать, да хорошего приемника заодно себе подготовить? Так, нет! Уперся, что она мала еще! А какое там мала? Девке уж семнадцатый год! А теперь Шандар помер, и во главе всего улуса встал его отпрыск, рожденный русской рабыней! Горе, горе… Погубит нынешний каан нас всех. Как есть погубит!
На этом мужчины сменили тему, начав обсуждение того, что какой-то урус повадился воровать инвентарь, а поймать на горячем его никак не могут.
Осознав, что не услышу здесь больше ничего интересного, я толкнула дверь юрты, и шагнула в полумрак.
— Настасья? — я удивилась, застав девушку у своей постели, — С тобой все в порядке?
Ну, нет… С ней явно было что-то не так.
Кусая губы и заламывая руки, она как раненый зверь металась от одного ставника кровати к другому. Услышав мой голос, девушка резко развернулась, и с безумным взглядом рванула ко мне. До боли вцепившись пальцами в мои плечи, она как в полубреду забормотала:
— Ты должна мне помочь… Слышишь? Должна! Я стану следующей, я чувствую это! А я не хочу умирать, Кара! Понимаешь?! Не хочу!
Безуспешно пытаясь отцепить от себя руки девушки, я попыталась ее успокоить:
— Тише… Тише, Настасья. Я не смогу помочь, если не расскажешь что тебе грозит! Давай присядем, и ты все толком объяснишь.
Судорожно кивая, она оставила в покое мои плечи, и обхватив себя руками, вернулась к кровати. Опустившись на самый край, Настасья вдруг безутешно разрыдалась.
Присев рядом, я отняла от ее лица ладони, ставшие мокрыми от слез, и строго произнесла:
— Так, если ты сейчас же не перестанешь реветь, я просто встану и уйду! Быстро рассказывай, что случилось!
Пусть мои слова прозвучали довольно резко, но зато возымели свое действие. Громко всхлипнув в последний раз, девушка громко сглотнула, и дрожащим от слез голосом выдавила:
— Агнеша… Третья жертва… Я стану следующей.
Тяжело вздохнув, я призналась:
— Ничего не поняла. Вообще.
Собравшись с силами, Настасья набрала в легкие побольше воздуха, и повторила:
— Агнеша… Ее убили. Ты же была там, видела.
Я согласно кивнула, все еще не понимая к чему она клонит.
— Это не первая жертва, Кара. И явно не последняя… Наложницы начали умирать сразу же после того, как Ерден принял титул каана. И погибают только наши девушки — русские! Боги гневаются на Ердена…
— Погоди, — прервала я Настасью, — С чего ты вообще взяла, что наложницы умирают от гнева всевышних?
— Метка, — в глазах девушки вспыхнул страх, когда она произнесла это слово, — Метка на груди указывает на это.
— Метка? — нахмурившись, переспросила я, — Ты о тех знаках, что вырезаны на коже Агнеши?
Шмыгнув носом, Настасья коротко кивнула.
— Это монгольская письменность. Знаки на ее груди переводятся как — третье искупление каана.
— Третье искупление… Получается до Агнеши было еще две жертвы?
Еще один слабый кивок.
Я устало потерла ноющие виски.
— Ладно, это все ясно. Но ты то с чего взяла, что станешь следующей?
Настасья невесело усмехнулась.
— А кто ж еще-то? Нас осталось только двое, ты да я.
— Что ты имеешь в виду?
Откинув за спину растрепанную косу, девушка обратила на меня отрешенный взгляд, и пояснила:
— У каана больше нет русских наложниц. Только мы с тобой. Но ты появилась в гареме совсем недавно, потому очевидно, что следующей стану я. Да, даже если жертвой вдруг выберут тебя… Все равно ничего особо не поменяется — это лишь отсрочит мою кончину на какое-то время.
— Погоди, погоди… Но, я же видела, что юрты полны русских девушек, разве нет?
Она покачала головой.
— Так это же наложницы прошлого каана — батюшки Ердена. Старшая сестра Агнеши тоже из прошлого гарема, она и упросила господина забрать Агнешку к новым наложницам, чтобы та воинам не досталась. Нынешний господин успел собрать себе только семь татвар эм [наложниц]. И трое из них уже мертвы, — девушка вдруг снова вцепилась в меня с безумным взглядом, — Нам нужно бежать, Кара!!! Выхода нет! Если останемся в гареме, то непременно помрем!!!
— Как ты себе это представляешь?! — не выдержав накала, сорвалась я, — Даже если мы сможем обойти стражников, то как две девушки без еды и оружия смогут хоть день прожить за стенами улуса? Нет… Нужно поступить по-другому.