Налини Сингх – Супруга Архангела (страница 58)
— Ты была богиней, — сказала она на ходу. — Умной и красивой, и люди поклонялись тебе не из страха, а из любви. А я новоиспечённый ангел, не настоящий вызов кому-то с твоей силой. — Неприкрашенная правда, подумала Елена, но это могло спасти её. Если только Калианна ещё сумасшедшая. — Мучить меня просто умалять твои силы.
Внезапный холод сдавил сердце. Существо, находившееся в комнате, в тот же миг зашипело от ярости, и Елена поняла, что находится на грани того, что можно было бы терпеть. Но она должна и дальше говорить, не давая Калианне приказать существу напасть.
— Ты знаешь, что сказал мне Рафаэль? — продолжила она, и, когда почувствовала вибрацию в стене, внутри вспыхнула надежда. Архангел. Момент отвлечения едва не стоило ей всего, поскольку змей или что там ещё за чертовщина плюнула чем-то в неё. Елена уловила запах кислоты за долю секунды до того, как стало бы слишком поздно, и прыгнула на пол вправо, сломав при этом ребро. Эта боль, однако, была ничто по сравнению со жгучей агонией на самом кончике левого крыла. Сдержав, рвущийся наружу, крик, Елена сморгнула слёзы и отползла ещё на фут за пределы досягаемости.
— Он сказал, — произнесла она сквозь мучительную боль, — что у тебя ангельский голос, такой чистый, сильный и наполненный любовью, что весь мир замирал, прислушиваясь.
Холод отступил с такой неожиданной скоростью, что Елена подумала, не удивила ли она Калианну. Но было уже слишком поздно. Она оказалась в ловушке в углу, где пол резко уходил вправо, а твёрдые каменные стены — влево и назад… а существо шло прямо на неё. Она видела светящиеся круги жёлто-зелёного цвета — глаза, догадалась Елена, и, судя по издаваемому звуку, змей был огромный. Ни за что на свете она не могла бы драться с этой тварью, попав в ловушку, но у Елены не было времени…
— Чёрт бы побрал.
Она тут же откатилась вправо прямо в яму, широко расправила крылья, чтобы контролировать спуск.
У Елены возникло ощущение, что ей не понравится спуститься на самое дно, но она могла использовать пространство для манёвра. Она не допускала мысли о том, что яма может захлопнуться, и Елена умрёт — может, только может быть, Калианна услышала то, что даст шанс.
Повернувшись так, чтобы оказаться лицом к тому месту, где в последний раз видела существо, она махнула крыльями и нанесла удар мечом. Крик ярости и густой, едкий запах выделений подсказали, что она попала в цель. Но восторг длился всего мгновение — прежде чем боль пронзила левый бок, и Елена поняла, что существо снова плюнуло в неё. Казалось, будто плоть сдирали с костей. Елена заплакала, хотя пыталась бороться со слезами, зная, что не может поддаться уязвимости. Затем левое крыло опустилось, и Елена поняла, что кислота попала во что-то жизненно важное. Изо всех сил стараясь удержаться в воздухе, она врезалась в стену ямы, содрав кожу на руках и лице.
Спустя секунду, Елена услышала, как что-то скользнуло вниз.
«Господи».
Тяжело сглотнув, Елена вдвое активнее замахала здоровым крылом, пытаясь подняться, но ей удалось лишь немного замедлить падение.
Раздался грохот, а затем Елену ослепил яркий свет, заставляя прикрыть глаза. После чего вниз полетел камень и… скользкие твари.
Отлетев в сторону, она вцепилась в стену, крыло полностью сложилось.
— Рафаэль! Внизу!
Один ноготь оторвался, затем второй… кровь начала струиться по руке.
Её схватили за плечи сильными руками, а спустя две секунды её уже вытаскивали через зияющую дыру, которая прежде была дверью. Моргая от света, Елена попыталась заговорить, но не смогла выдавить и слова. Агония в левом боку поползла вправо, и пришлось стиснуть зубы.
Рафаэль убрал волосы с её лица.
— Я здесь, Елена. Держу тебя. — Тепло его рук проникало в тело, вытесняя боль, из-за которой возникало ощущение, будто органы попали в огромную мясорубку. Поддавшись желанию, она уткнулась лицом ему в грудь и сжала в кулаках его рубашку, пока он своей силой исцелял её.
Рафаэль такой большой, сильный и теплый, и ей хотелось раздеть его и обвиться вокруг тела, чтобы их ничего не разделяло. Ахнув, когда он коснулся больного бедра, Елена впилась в архангела пальцами, так, что костяшки побелели. Быстрее, чем она ожидала, боль ушла.
— Насколько всё было плохо? — спросила она. — Крыло?
Она не чувствовало крыло. «Нет, пожалуйста, только не это».
ГЛАВА 33
Он обнимал её.
— Яд существа не так страшен, как у Аннушки.
— Это не обнадёживает, Архангел.
— Крыло просто парализовано, но не повреждено — кислота не успела проесть сухожилие и кость. Через несколько минут снова сможешь летать.
От облегчения её затрясло. Елена отодвинулась и села, внимательно осмотрев себя. Одежда изъедена пятнами, большими и маленькими, открывая кожу, которую до основания проела кислота. От белизны, проглядывающей в дыре, кости, Елену чуть не вырвало. Сдерживая рвоту, она утёрла слезы и выдохнула.
— Не так уж плохо.
— Они метят в глаза, — чётко и осознанно сказал Иллиум, вставая на стражу у зияющей дыры в камне под помостом, с мечом в руке. — Хорошо, что там было темно, иначе у тебя глаза бы уже вытекли.
Елена уставилась на него.
— Спасибо за красочное объяснение.
Проклятый синекрылый идиот подмигнул ей, сомкнув пышные ресницы на одном золотом глазе.
— Рафаэль, можем мы его сейчас убить? — пробормотала она, стараясь не думать о том, что в теле были прожжены дыры.
Рафаэль с натянутым выражением лица помог ей подняться.
— Пока нет, Елена. Он может нам понадобиться, — он сказал это с таким холодным спокойствием, что на мгновение ей показалось, будто он воспринял её слова всерьёз. Затем она посмотрела туда же, куда и он — в тёмную пропасть, где была поймана в ловушку.
— Нет. — Она схватила его за руку. — Ты туда не пойдёшь.
Под таким высокомерным взглядом, большинство существ — смертных и бессмертных — упали бы на колени в знак покорности.
— Уходи, охотница Гильдии. Иллиум отведёт тебя на крышу, в безопасное место.
— Сир… — начал Иллиум, без намёка на юмор в слове.
— Иллиум. — Одно слово, звучавшее приказом.
Казалось, Иллиум хотел возразить, но в итоге склонил голову. Но вот Елена не состояла в Семёрке Рафаэля, и не станет подчиняться его приказам. Повернувшись к нему, она сложила руки на груди и заявила:
— Если твоя мать настолько могущественна, может встретить нас и здесь, и в этой яме.
— Калианна не привыкла приходить сама.
Она выгнула бровь и понадеялась, что следующие слова не убьют их.
— Или, может, она сильна только тогда, когда её жертва находится одна в ловушке. Ты никогда не избегал встречи с кем-то лицом к лицу при свете дня.
Храм сильно затрясся, и Елена чуть не упала на Рафаэля. На мгновение она испугалась, что вся конструкция рухнет, похоронив их под собой. Но забыла, что Калианна — богиня Аманата, а её народ спал под этой крышей. Когда дрожь прекратилась, всё стало по-прежнему. За исключением того, что Рафаэль и Иллиум не отрывали глаз от помоста.
Точнее, от того, что появилось на камне. Рафаэль подошёл к, своего рода, алтарю, осознавая, что супруга и Иллиум стоят рядом с мечами наготове. Но его внимание было приковано к плите впереди. Шесть футов в длину и три в ширину, возможно, столько же в высоту, бледно-серого цвета и без узоров. Как и дверь в плите, казалось, в алтаре не было щелей, но в отличие от двери, он не знал, как открыть эту загадку.
Положив ладонь на камень, который был тёплым, Рафаэль приспустил щиты.
Ответа не было, но он знал…
— Она проснулась. — Слишком поздно убивать её.
Её прекрасный, завораживающий голос, проникал в кости.
Он провёл пальцами по камню.
В сознании прозвучал столь знакомый голос.
Храм снова содрогнулся, но на этот раз по-другому, с потолка посыпались пыль и камни. Рафаэль ощутил прикосновение смерти за мгновение до того, как почувствовал силу другого архангела.