Налини Сингх – Супруга Архангела (страница 55)
Рафаэль даже движением ресниц не выдал то, что услышал её, но ответил мгновенно:
Абсолютная уверенность, но Елена услышала то, что он не сказал, чувствовала, как щупальца древней тьмы обвиваются вокруг сердца. Потому что, какую бы форму ни приняло безумие Калианны, оно настроило против неё собственного сына.
Лишь этого она не спрашивала, потому что понимала — мать можно ненавидеть и любить одновременно.
Елена сглотнула, наблюдая, за Ли Дзюань, идущей через остатки песчаного сада, её крылья настолько безупречны по цвету и строению, что невозможно было не восхищаться ими, даже зная, что их чистота ложь, скрывающая правду природы архангела.
На мгновение ей показалось, что лишь это он собирался сказать, но затем по чувствам ударил аромат моря. Елена едва не отшатнулась под его напором, только тогда осознав, как жёстко он сдерживался.
В этот момент Ли Дзюань закончила всё осматривать и снова повернулась к ним лицом.
— Она не здесь спит, — решительно заявила архангел Китая.
— Извини, но я не верю тебе на слово. — В ответе Рафаэля звучал тот же холод, который Елена чувствовала в его ментальном голосе.
Ли Дзюань улыбнулась своей жуткой улыбкой, от которой по спине Елены поползли мурашки.
— Думаешь, что я жажду власти твоей матери? Ошибаешься. Сила Калианны свела её с ума. — Пронёсшийся порыв ветра откинул волосы с лица Елены. — Мне нравится обладать рассудком.
Здравый рассудок Ли Дзюань — вопрос спорный. Ясно лишь одно:
— Она нас слышит.
Ли Дзюань перевела взгляд на Елену.
— Микаэла не понимает, что ты видишь в своей охотнице, Рафаэль. — Она придвинулась ближе… слишком близко для душевного спокойствия Елены. — Но я понимаю.
Елена стояла смирно. Ли Дзюань сумасшедшая, но, по словам Рафаэля, у самого старшего из архангелов был свой странный кодекс чести. Она не убила бы Елену, как другие архангелы, за то, что та говорила, но ударила бы, подумай, что Елена не относится к ней с уважением, которого требует её статус.
— Честно говоря, я и сама временами не понимаю, — сказала Елена, стараясь говорить спокойно, хотя все инстинкты кричали убираться подальше от этого существа.
Он дёрнул крылом, и Елена подумала, что почти заставила своего архангела улыбнуться.
— Жизнь, — прошептала Ли Дзюань, протягивая руку к её лицу. Елена отступила, и в этот же момент Рафаэль встал немного перед ней. Засмеявшись, Ли Дзюань опустила руку. — Как я и сказала — жизнь. В тебе есть пламя, охотница, такое редкое. Поэтому он держит тебя рядом, хотя с каждым днём ты всё сильнее ослабляешь его.
Елена почувствовала, как сердце пронзила боль. Она знала, что Рафаэль считает это честной сделкой, но она так не думала. Если архангел пострадает из-за неё, она никогда себе этого не простит. Даже возможность такого пугала. Но сейчас не время и не место для жалости к себе. Особенно перед архангелом, которая позволила своим возрождённым полакомиться плотью только что умерших.
— Ты не знаешь, куда она забрала Иллиума? — спросила Елена, подходя и снова вставая рядом с Рафаэлем.
— Я чувствую жужжание силы, — сказала Ли Дзюань, — но щупальца силы Калианны пронизывают всю область. — Листья на земле поднялись миниатюрными смерчами, когда Ли Дзюань расправила крылья. — Я ищу её, Рафаэль.
— Как и я Ли Дзюань
— Ты меня позовёшь, — приказала самая древняя архангел, превращаясь в столб тёмного дыма, который поднялся в небо и исчез.
Отвернувшись от листьев и грязи, поднятой уходом Ли Дзюань, Елена почувствовала, как Рафаэля обнимает её за талию. Привыкшая к этому, она крепко прижала крылья к спине и вцепилась в его плечи, когда он поднял их ввысь, чтобы Елена смогла самостоятельно лететь. Но Елена не отпустила его, а крепко обняла и прижалась щекой к тёплой груди.
— Вместе, архангел, — прошептала она ему на ухо, пресекая любую попытку отдалиться. — Всегда. Помнишь?
Он крепче сжал её бедра.
Вздрогнув от неожиданности, она подняла голову.
— Знаешь?
Задрожав от подтверждения того, что Иллиум в безопасности, она посмотрела в глаза цвета бурной полночи.
Казалось, безопаснее не произносить это имя вслух.
— Она твоя мать. — Её сердце сжалось. — Если бы у меня была возможность снова поговорить с матерью, я схватилась бы за неё обеими руками.
Как бы Елена ни злилась на Маргариту, как бы ни жгло предательство матери, она всё равно бросилась бы в объятия Маргариты и крепко бы стиснула её.
Рафаэль наклонился и завладел губами Елены в томном, жестоком поцелуе, пока по небу прокатывался гром, а на горизонте яркими вспышками сверкала молния.
Когда Рафаэль посмотрел на неё, Елена поняла — он прекрасно знает, что может заманить её в ловушку, которая не позволит сбежать. Клетка защиты… но всё равно клетка. Но она не начала спорить, а просто ждала. Ветер отбросил с лица архангела тёмные как ночь волосы, когда Рафаэль коснулся пальцами её щеки.
Её сердце сжалось от волнения, вызванного этим простым заявлением.
После этого они развернулись и полетели в самое сердце бури.
Два часа спустя мышцы, поддерживавшие крылья Елены, перестали протестовать и практически оцепенели, а значит, как она знала, это поможет ей пережить следующие несколько часов… но следующие дни будет стенать от боли. Хотя возникало чувство, что это не проблема. Что бы ни случилось, это произойдёт сегодня. Либо Елена выживет, либо нет… а остальное — второстепенная забота.
Рафаэль летел впереди, сверкая бело-золотым пламенем на фоне клубящихся облаков, которые, казалось, готовы были поглотить всех и вся. Начался дождь, капли которого были ледяными. Часы показывали начало пятого, но небо было таким тёмным, что, если бы они летели над городом, внизу сверкали бы миллион огоньков — в окнах офисов, вдоль улиц, высоко на башнях. Однако земля под ними сплошные горы и леса, изредка разбавленные изолированными деревушками фермеров. Они видели деревню ещё меньше той, где они оставили Наасира.
Слишком слабое свечение от деревни не разгоняло грозовую тьму, поэтому, когда Елена увидела проблеск света, стёрла капли дождя с глаз и сосредоточилась. Очень странно, но Елена могла поклясться, что зрение стало острее и четче, будто глаза компенсировали условия. Стряхнув с себя это ощущение, она продолжала концентрироваться. Свет, хоть и рассеянный, но распространяется шире, чем можно было бы объяснить фермой или другим небольшим поселением. Предположив, что это большая деревня, она опустилась ниже облаков, чтобы всё рассмотреть.
Сначала она не могла понять, что именно видит, потому что разум не мог осознать невозможность этого. Под ней простирались изящные дороги того, что казалось городом из сверкающего серого камня, окутанного радужным сиянием цвета Эгейского моря. Мало того, что здания совершенно не походили на архитектуру этого региона — чёрт возьми, всей страны! — судя по спутниковым снимкам, этого города ещё утром не существовало.
Ответа не последовало, и Елена подумала, что Калианне, возможно, удалось снова заблокировать их связь, но затем увидела, как он пронёсся под ней, широко расправив крылья против бушующего ветра
Елена знала, что это самый безопасный вариант… но каждая частичка души говорила, что позволить Рафаэлю одному отправиться в этот странный город очень, очень плохая идея. Нырнув в крутое, едва контролируемое пике, она добралась до архангела как раз перед тем, как он собрался сделать то, что хотел.
Выдержать взгляд Рафаэля было почти невозможно, в нём было столько силы.