Налерма Эмиль – Опальная бывшая Тёмного наместника (страница 27)
- Ну они же не на мне, - резонно заметила, убрав предмет спора за спину.
- Ты… - расширились темные глаза, - ты без трусов? – тихо, с придыханием.
Размечтался!
А в следующую секунду… Не знаю, что на меня нашло.
Видимо, адреналин в голову ударил. Бывает такая степень стресса, которую нужно сбросить... хоть как.
Кричать, беситься. Кулаком об стол ударить или стулом об стену…
А мне вот вздумалось пошалить.
Придала жеманности своему растрепанному образу. Дышим грудью, тяжело. Губы волнительной буквой «О» и на выдохе, протяжно:
- Тун-ли-и-исс…
- Да? – опустился он к моим раскрытым устам, часто задышав.
- Какой интимный вопрос ты задаё-ё-ёшь, а-ах…
- М-м?
- Для того, кто… м-м-м…
- Кто-о? – эхом вторит мне Амтомас.
- Кто блюдет законы в городе! – оттолкнула его настолько неожиданно, что Василиск пошатнулся, а я выбралась из ловушки его терпкого дыхания и магнетической привлекательности. – Ведите уже даму в безопасное место, наместник! Шаги нападавших стихли давно.
Василиск словно сам окаменел.
С секунду растерянно хватал воздух открытым ртом.
Затем медленно отстранился. И, грубовато поддев мой локоть рукой, ни слова не говоря, потащил к своему особняку.
И о том, насколько задела его моя выходка, сообщали лишь недобро раздувающиеся ноздри.
Только вот до владений наместника добрались мы не без приключений.
Нас нагнали уже перед самым магическим барьером, который наподобие защитного купола изолировал особняк наместника.
- В дом! – скомандовал Амтомас, подтолкнув меня к крыльцу.
Сам он встал лицом к противникам.
Распрямил широкие плечи. Размял шею и приготовился отражать атаки.
Я перешла сквозь защитную завесу, но в дом войти не смогла. Так и застыла, чувствуя, как заледенело всё внутри.
Как мне уйти сейчас?!
Когда Амтомас бьется не на жизнь, а на смерть.
А я стою, жадно ловя каждое его движение. Дыхание спирает при новых выпадах. И сердце стучит так, словно грудную клетку сейчас пробьет.
В какой-то момент не выдерживаю. Зажмуриваюсь.
И тут вдруг слышу смутно знакомый глухой баритон:
- Помощь нужна, наместник?
Распахиваю глаза и вижу Торина. Того Дракона, что уже спас меня однажды!
Василиск как раз отбросил очередную атаку эльфов. И теперь Светлые волком глядели на него, готовясь к новой попытке.
- Дракон? – изогнулись рисованные темные брови тунлисса в пытливом вопросе.
- Он самый, - усмехнулся Торин. – Так что? Подождем пока… - многозначительно стрельнул он глазами в направлении эльфов, переводивших дух.
- Предашь – пожалеешь, - кратко предупредил Амтомас.
И, смазано проведя тыльной стороной пальцев по поморщившемуся прямому носу, встал спиной к спине с Драконом.
- Во имя Светила, солнечный брат! – торжественно объявил Торин, ударив себя кулаком в грудь.
Сражались двое этих сыновей Солнца слаженно. До выверенной четкости, словно заранее репетировали бой.
От клинков искри летали, превращаясь в мерцающий шлейф разнородной магии. Однако и эльфы не уступали. Каждый тут умело применял свой дар. Так что обычное фехтование перемежалось с молниями, льдом и даже притормаживанием времени(!) в случае Торина.
Светлые лорды не побежали. Но засомневались.
Они устало пыхтели, выстроившись дугой перед Торином и Амтомасом. И, кажется, уже жалели, что ввязались в этот тарарам с Десницей Платиновых.
У них, мне кажется, появились основания верить, что легче было бы отобрать экземпляр Десницы, хранящийся на неприступном острове Гоблинов, сплошь покрытом непроходимыми болотами.
Амтомас просто переступил с ноги на ногу, а Торин быстрым движением вытер пот со лба. Когда эльфы вздрогнули и вроде даже попятились от их обычных действий этих двоих.
Сильные противники попались остроухим! И что-то совсем ушастики сникли, растеряв всю свою воинственность!
А их главный лорд, заметив трусливую дрожь своих подчиненных, поджал губы и выругался на фейрийском. Я только слово «ларэндиль» разобрать смогла. Это что-то вроде нашего «армагеддец».
Видимо, для эльфов так оно и было. Потому что лорд, провякав еще с полдюжины зубодробильных ругательств, демонстративно отбросил свою рапиру и ушел.
Типа, достали вы двое не сдыхать! Уйду я от вас. Неубиваемые вы!
И тогда Василиск с Драконом тоже пошли к особняку. Отходили синхронно. Продолжая держать мечи наготове и не поворачиваясь к врагу спиной.
Глава 24.
Но Светлые так и не сдвинулись с места. Только продолжали смотреть своими стеклянными глазами, испускающими ледяную ненависть.
От этого их взгляда холодные иголки тыкались под кожу. И я заставила себя отвернуться. В дом войти. И, прислонившись к ближайшей колонне, стечь по ней на мраморный пол.
- Сюда не войдут, - ощупав меня сканирующим взором, успокоил Амтомас.
- А Максхер? – спросила пересохшими губами.
Торин деликатно отошел к окну и сделал вид, что высматривает там условно сдавшихся эльфов.
- Так переживаешь за своего любовника? – вернулись колючие нотки в голос Василиска.
Он искривил губы, изобразив пародию на улыбку.
Чувствовала, что тема так же натирает раны в сознании тунлисса. Ему трудно говорить со мной. Слова ковыряют едва зажившие швы, но их всё равно тянет произнести. Точь-в-точь, как это происходит со мной.
Только в моем случае всё объяснимо. А вот что гложет Амтомаса, я понять не могу.
Хотя это вызывает несвойственное мне злорадство. И мне прям хочется верить, что ему тоже больно.
Мучительно сложно смотреть на меня и не прикасаться! Как мне сейчас обжигает глаза видом его загорелой кожи, выглядывающей в разорванный ворот белой рубашки…
И очень щекочется внутри желание уколоть. Соврать, что да! Мы с Максхером любовники. Что я шикарно жила без Василиска!
Только эта ложь еще опаснее, чем правда. Потому что я увязну в ней. Трусливо спрячусь от самой себя.