Nale Matatabe – Эксперимент номер 225 (страница 36)
— Холодно… холодно… — сухими губами шептала Аннали. Услышав её слова, Айзек плотнее прижал девушку к себе, пытаясь поделиться с ней теплом своего тела.
В скором времени Аннали стало лучше, девушка перестала ворочаться, Айзек слышал лишь её тяжёлое дыхание.
Парень крепче сжал её белую руку, что казалась совсем маленькой по сравнению с его смуглыми ладонями, надеясь на то, что в скором времени ей станет лучше.
*****
В следующий раз Айзек проснулся тогда, когда наступил день. Это он понял по активному гулу рабочих, что суетились за дверями камеры.
Метис осторожно вывернулся из объятий Аннали, освобождая ей кровать, а сам сел рядом, дабы осмотреть её рану.
Запёкшаяся кровь прилипла к тряпке. Парень попытался осторожно отодрать её от ноги девушки, так, чтобы снова не вызвать кровотечение.
Айзек смочил её в специальной раковине, что находилась в углу камеры и представляла из себя поилку для подопытных, чтобы большинство из них просто не умерло от жажды. Он обтёр потную кожу Аннали, затем вытер себя от засохшей крови, ополоснул этот замученный кусок ткани в воде и снова положил на рану девушки.
Так же Айзек попил немного воды и дал попить Аннали из своих рук, правда пришлось это сделать насильно, потому что девушка так и не пришла в себя… Конечно она реагировала на раздражители, неприятные ощущения, иногда подавала голос, но это была неразборчивая бредовая речь…
*****
В абсолютной тёмной быстро терялся счёт времени. Айзек не понимал сколько уже прошло времени с тех пор, как их заперли здесь. Он продолжал усердно ухаживать за Аннали — освежал повязку, поил водой, по ночам они спали вместе, дабы сохранить драгоценное тепло.
Однако ей становилось только хуже… Рана на ноге девушки воспалилась, она мучилась от лихорадки и практически не приходила в сознание.
Сердце Айзека сжималось каждый раз, когда у Аннали начинался очередной приступ. Но он не мог ничего сделать, чтобы помочь ей, кроме как положить мокрую тряпку ей на лоб и быть рядом.
Метис сидел у изголовья кровати и крепко держал девушку за руку и говорил тихо, будто шепча молитву:
— Ну же, ты поправишься. Ты должна, должно жить…
Из-за постоянных переживаний, парень практически перестал спать.
Он всё время следил за ней, просто боясь того, что, когда он проснётся в следующий раз, он просто увидит её труп.
— Айзек..? — едва слышно раздался тонкий нежный голос, а из под при открытых век на него посмотрели болезненно блестящие синие глаза.
— Да… — произнёс метис коснувшись рукой её щеки, дабы успокоить.
— Я… прости меня…
— Ничего не говори, тебе нужно набираться сил, иначе, ты…
Айзек резко обрубил. Он не хотел говорить это слово, не хотел верить в то, что Аннали в самом деле умрёт. Но её состояние говорило само за себя…
— Спасибо… тебе за всё.
— Не говори… Не говори так, Аннали! Чёрт! Что я могу сделать, чтобы помочь тебе? — на грани отчаяния говорил парень, едва не срываясь на крик.
— Айзек… всё хорошо. Мне… уже не больно…
— Держись… Прошу, только держись!
— Прости… но похоже, я не смогу выполнить своё обещание…
— Не смей так говорить! Твоя смерть будет означать конец всему!
— Прости меня, Айзек… — со слезами произнесла Аннали и её синие глаза, в которых горел слабый огонёк жизни, закрылись.
Её хрупкие белые пальцы перестали сжимать его руку, однако девушка ещё была жива, парень слышал её судорожное дыхание.
— Чёрт… Даниэль, твою же мать, помоги ей! Я сделаю всё, что ты скажешь, только, умоляю, спаси её! — громко выкрикнул Айзек. Впервые ему было наплевать на собственную гордость…
Метис знал, что «они» наблюдают сейчас за ними. В каждой камере для подопытных велось видео-наблюдение для регистрации результатов исследования или опыта.
В конце концов Аннали была одной из них и не была Даниэлю чужим человеком… Была, хоть и призрачная, но вероятность, что «они» над ней смилуются. В противном случае… она умрёт и парень это прекрасно понимал.
Чтобы не выматывать себя мучительными ожиданиями, Айзек прилёг на кровать, рядом с Аннали. В любом случае он хотел попрощаться с ней… Если её спасут, то будет лучше, чтобы она забыла о нём и чтобы они больше никогда не виделись.
А в случае, если девушки не станет… Да в любом случае, Айзеку уже не будет иметь смысла выбираться из лаборатории и продолжать бороться дальше.
— Аннали… — тихо заговорил он, приблизившись к её лицу. — Я знаю, что не умею выражать свои чувства и не знаю, что означает любить, но… я готов пойти на всё, лишь бы ты жила. Поэтому, прошу тебя, живи, просто живи в этом мире и забудь всё, что тебе пришлось пережить здесь. Я… всегда буду помнить тебя, как человека, который подарил мне свет. Но не всем тварям дано жить в лучах солнца. — сказал он, грустно улыбнувшись.
Аннали снова начала ворочаться. Был ли это знак несогласия или очередной приступ лихорадки было уже не важно. Айзек прижал девушку к себе и постарался уснуть.
Они лежали так какое-то время, как вдруг парню стало резко не хватать воздуха, перед глазами метиса внезапно начало плыть пространство.
Айзек растерянно посмотрел на свою руку, что начала двоиться в его глазах, а затем заметил едва заметный дымок, что начал заполнять камеру. Отравляющий газ?
Пока он об этом думал, у парня закружилась голова, метис упал на пол, несмотря на то, что он прикрыл нос рукой.
Попытка встать не увенчалась успехом. Через несколько секунд в глазах потемнело и Айзек перестал видеть, слышать и ощущать всё, что происходит вокруг…
*****
Постепенно сознание вернулось к нему. Айзек осторожно поднялся с пола. Как же у него затекло тело. Сколько времени он лежал в отключке?
Парень кинул взгляд на кровать, где лежала Аннали. Девушки не было на месте. Ответ был очевиден — «они» забрали её.
— Вот и всё… — тихо произнёс Айзек, он сел у стены, поджав колени к груди.
Он сидел так довольно долго. Его ноги и стопы слегка онемели от холода, но метис не обращал на это никакого внимания.
Холодная пустота — вот что сейчас чувствовал Айзек. В голову предательски лезли мысли о ней. Воображение рисовало цветные образы того, как Аннали живёт обычной жизнью, как она счастлива в будущем… где нет его.
Айзек сжал кулаки. Он уже принял решение, так почему же сейчас ему так больно? Было бы лучше если бы она умерла здесь с ним?
Чувство пустоты тут же сменила ярость. Метис ударил по бетонной стене с такой силой, что у него затрещали костяшки, а на бетоне осталась вмятина.
Айзек продолжал наносить удары. Его тело охватила жгучая ярость, что начала красными крапинками чешуи распространяться по его коже. Мир начал менять краски, метис стал видеть всё, словно через красную пелену. Дыхание участилось, стало рычащим, удары кулаками сменились на расцарапывающие удары большими острыми когтями, мысли уплывали далеко, уступая место слепому гневу.
Внезапно раздался пронзительный писк ошейника. Айзек почувствовал невыносимую боль. Будто что-то изнутри воздействовало на его позвоночник, проникало внутрь спинного мозга, распространять по остальным нервам.
Метис пронзительно закричал, но этот крик больше походил на визг рептилии. Он упал на пол, и недолго подёргавшись в судорогах, потерял сознание.
*****
Кап-кап — слышались звуки. Неподалёку капала вода. Айзек не отрываясь смотрел на падающие капли из краника поилки.
Парень давно пришёл в сознание, но подняться он просто не мог. Его парализовало… временно или нет было неизвестно.
Кап-кап — эти звуки успокаивали.
Полежав так ещё некоторое время, Айзек попытался снова пошевелиться. Его руки постепенно дрогнули, как и ноги, а затем и все остальные части тела.
Парень сел у стены. Твою мать, что это сейчас было? Метис потёр лицо. Должно быть в этом и была роль ошейника, что находился на каждом подопытном — усмирение.
Получается, что только сейчас он переступил через чёрту из-за чего активировался ошейник. Если он будет применять мутацию бездумно это плохо закончиться для него…
Внезапно раздался звук открывающейся металлической двери. На пороге показалось несколько охранников в сопровождении с учёными.
— Беда не приходит одна. — усмехнулся про себя Айзек.
Без лишних слов охранники скрутили парня, заковали его руки в тяжёлые цепи и повели вдоль белых коридоров.
Вскоре они зашли в одну из испытательных комнат, где возле стены располагалось массивное оборудование.
Охранники силой усадили парня в это странное кресло и грубо затянули ремни, лишая Айзека возможности двигаться.
Как только они закончили к прикованному метису подошёл высокий мужчина в очках под которыми сверкали зелёные глаза, он пригладил коштановые волосы, причёсаные на бок.