Наиль Выборнов – Переход (страница 17)
– Он убил Умара! – заорали в один голос бойцы.
– Умар стал шахидом, – ледяным голосом ответил Расул. Он не испытывал никакой привязанности к этим людям и готов был врать через слово. Как наверняка и его дядя, всегда ставивший выше всего достижение своих целей. Вот и к бойцам Расул относился как к инструменту. – Достаньте этого кяфира!
Двое оставшихся в живых воинов ислама высунулись во весь рост и стали длинными очередями поливать канаву, в которой прятался мародер. Расул громко рассмеялся, представляя, как тот сейчас трясется от страха и молится своим лжебогам, и снова приник к окуляру оптического прицела.
Один из моджахедов подбежал поближе к канаве и забросил в нее гранату.
Сердце бешено заколотилось. Первое биение – пальцы руки в резиновой перчатке смыкаются на ребристой поверхности, второе, третье – замах, четвертое – рука разжимается и граната летит прочь из траншеи по крутой параболе, тело выгибается так, чтобы ущерб от осколков стал минимальным, руки рефлекторно закрывают голову.
Взрыв. Осколки со свистом пронеслись высоко над головой. Сверху раздался громкий крик на два голоса. Мародер почувствовал то, чего почуять никак не мог, – резкий запах толового дыма.
Отбросив фантомные ощущения, он нащупл цевье и рукоятку автомата, вынырнул из канавы и едва не получил полю в голову от снайпера. Зато успел заметить другое – два распластанных тела. У одного грудь буквально нашпигована осколками, у второго рана всего одна, зато какая – панорамное стекло маски пробито, а лица попросту нет.
– Пристрелялся, сука… – прорычал он, нырнув обратно в канаву. – А те двое двухсотые. Прибегут сейчас сюда на запах крови твари, и отбивайся потом…
Еще одна пуля распахала дерн немного выше головы Нельсона. Снайпер пристрелялся, но почему-то продолжал стрелять, растрачивая зря патроны. То ли надеялся на авось, то ли перепутал что-то в темноте.
– Сколько раз ты выстрелил, моджахед? – обращаясь к противнику, прошептал Нельсон. – И на сколько патронов у тебя магазин? Стандарт, десять?
Ответа, разумеется, не было. Оставалось надеяться на то, что его умозаключения окажутся верными. Иначе пойдет его пропитанное радиацией тело на корм мутантам.
Нель сменил магазин в автомате на полный и посмотрел в небо, будто искал ответа там.
Восемь, девять, десять…
– Я иду тебя искать, – прошептал он, выкидывая свое тело из канавы и с ходу открывая по окну закусочной огонь.
В снайпера он попасть не рассчитывал, более того, часть пуль вообще ушла куда-то в сторону ближайшей многоэтажки, но своей цели Нельсон достиг: снайперу снова пришлось залечь.
Нельсон, изо всех сил напрягая мышцы и так усталых ног, рванул к магазину цветов и, едва оказавшись за стеной павильончика, свалился на землю, уменьшая потенциальную площадь поражения. Снова сменил магазин.
– Ну и день, одни убытки, – расстроенно пробормотал он, доставая из кармана разгрузки последний полный магазин. Ну не рассчитывал он на столкновение, думал, что успеет проскочить, иначе больше взял бы.
Тяжелые пули пробивали стены павильона, как бумагу. Снайпер увлеченно палил наугад.
– Патронов много, что ли, сука? – прошептал Нель. – И что с тобой делать? Нет уж, уйти тебе я уже не дам. Извини-подвинься…
Мародер сбросил на землю рюкзак и вытащил из кармана тяжелый громоздкий пистолет с широким стволом и футляр с патронами, на вид не отличавшимися от обычных ружейных. Открыл ствол, вставил патрон, защелкнул.
– Что же я делаю-то… – прошептал мародер, взводя курок и аккуратно пробуя спусковой крючок. – Ладно, хрен с тобой. Не попаду, так испугаешься хотя бы.
Вернув рюкзак на место, он аккуратно подобрался к зарослям живой изгороди, прилегавшим к стене павильона, вытянул руку и, прицелившись чуть выше окна закусочной, выжал спуск.
«Звездка» вылетела из ствола, брызнув во все стороны зелеными искрами. Пистолет, хоть и лежал на мобскладах годов, наверное, с пятидесятых, не подвел, да и патроны не отсырели. Шипя, сигнальный снаряд по дуге ушел в сторону магазина и влетел прямехонько в разбитое окно, заставив изорванные занавески вспыхнуть веселым оранжевым пламенем.
Через несколько мгновений мужчина в дымящемся противорадиационном костюме выбежал из магазинчика, в котором начинался пожар. Нель вскинул к плечу автомат, взял поправку на упреждение и двумя одиночными выстрелами успокоил снайпера.
– Кончились, – подвел итог всему произошедшему мародер. – Вот оно как повернулось.
Хотелось забить на все, усесться под стеной павильона и заснуть. Но так делать было нельзя – мало того, что снайпер все еще жив и вполне боеспособен, так и на выстрелы и запах крови с окрестных районов скоро потянутся твари.
Мародер вышел к двум исламистам возле придорожной канавы, в которой прятался. Тот, что поймал осколок в лицо, был окончательно и бесповоротно мертв. Зато грудь второго редко-редко, но двигалась, сквозь раны в нее всасывался воздух, заставляя кровь пузыриться.
– Не на глушняк, – пробормотал Нель. – Эй, воин ислама, ты живой? Говорить можешь?
Воин ислама с трудом приподнял голову и затуманенным взглядом посмотрел на Нельсона. Мародер подошел к нему, присел и медленно, стараясь не нанести лишней боли, стащил с лица маску.
– Хоть подышишь напоследок, – попытался объяснить он, подавив слабое сопротивление умирающего. – Вы кто такие вообще?
– Мародер… – проговорил бородач, с трудом ворочая непослушным языком. Из уголка рта тонкой струйкой потекла кровь. – Иди домой лучше, уже все равно ничего не сделаешь…
– Где я ничего не сделаю? – спросил Нель, слегка встряхнув исламиста. Взгляд моджахеда на мгновение прояснился от боли, но его тут же снова заволокло дымкой. Человек умирал, и с этим нельзя было ничего поделать.
– На ДК, – слабым голосом ответил тот. – Не спасешь никого, только сам подставишься. Возвращайся домой, серьезно.
– Когда нападут на ДК?! – заорал мародер, изо всех сил тряхнув тело врага.
Уже тело – жизнь покинула его глаза. И на вопросы он отвечать если и будет, то только перед Аллахом. Который непонятно есть или нет.
Нельсон встал и навел ствол автомата в лоб исламиста, выстрелом расплескав его мозги по асфальту, после чего проделал то же самое с его товарищем, словившим осколок в лицо. Не то чтобы это имело особый смысл…
Хотя пожалуй что имело. Контрольный выстрел в голову был для мародера чем-то вроде ритуала. Он хотел быть уверен, что не оставит никого на съедение тварям живьем. Не по-человечески это.
А трупу все равно.
Третий из исламистов, которого Нель убил первым, однозначно уже умер. Маска противогаза была разбита пулями, из разорванной артерии на потрескавшийся асфальт вытекло целое озеро крови. На всякий случай пустив ему пулю в висок, Нель двинулся к снайперу, который вяло ворочался на асфальте.
По пути подхватил с асфальта брошенную винтовку. Приложился, проверил, ровно ли стоит прицел, и усмехнулся. Сбит. Совсем чуть-чуть, но сбит. Вот, значит, что его спасло…
А стащив со снайпера маску, он запрокинул голову и расхохотался в голос впервые за последние несколько дней. Тот самый, конфликтный, которому мародер сломал мизинец на правой руке…
А может быть, дело и не только в сбитом прицеле.
– Живой? – спросил Нельсон у съежившегося от страха исламиста.
– Живой, – прохрипел тот в ответ и облизнул пересохшие губы. – Маску верни.
– Тебе не понадобится уже, – отрицательно покачал головой мародер и, повернувшись в сторону, швырнул противогаз как можно дальше в кусты. – Отвечать на вопросы будешь?
– Я тебя достану, урод, – прошипел воин ислама, проследив взглядом полет маски. Руки сжались в кулаки, глаза сузились. – Достану. Ты не знаешь с кем связался…
Костюм его все еще дымился, но падая, моджахед пламя сбил. Да и не горит толком резина ОЗК, плавится только.
Зато в магазине начинался самый настоящий пожар: огонь с занавесок перебросило ветром на противоположную сторону помещения и теперь все, что могло гореть, поддерживало пламя.
– Хотя не важно, – махнул рукой Нель. – Дружок твой, который подорвался, сказал, что кто-то на ДК идет и что я не успею. У тебя два варианта. Слушаешь?
Исламист смерил мародера злобным взглядом. Тот усмехнулся, продемонстрировав самую очаровательную из своих улыбок, но вспомнив, что под маской противогаза этого все равно не видно, корчить рожи перестал.
– Если говоришь, когда они должны придти на ДК и как собираются его брать, я тебя просто пристрелю. А вот если продолжаешь злобно щериться, я брошу тебя в огонь и уйду.
Схватившись за транспортировочную ручку на разгрузке, Нельсон поволок тело моджахеда по асфальту в сторону к горящей закусочной.
– Теплее так, да? – спросил он. – А знаешь, что еще веселее? Ты, возможно, переживешь пожар. Если тебе не повезет и ты не умрешь сразу, то резина и пластик сплавятся, и ты окажешься в таком саркофаге, и будешь медленно умирать. Воздуха там не будет.
Исламист дернулся, попытавшись изобразить попытку сопротивления, но мощный удар ботинком в грудь вернул его в состояние полной неподвижности. Теперь он просто смотрел в небо и хватал ртом воздух, как рыба, выброшенная на сушу.
– А знаешь, что ты будешь делать тогда? – продолжал издеваться мародер. – Ты станешь молиться. Молиться своему Аллаху о том, чтобы он даровал тебе легкую смерть и привел к тебе зверей. Потому что умереть от зубов гораздо лучше, чем медленно загибаться от удушья.