Наиль Выборнов – Мент из Южного Централа (страница 10)

— Времени нет, — я качнул головой и вышел из машины.

Наклонился, достал из бардачка пистолет, сунул себе за пояс — благо он на предохранителе, так что я ничего себе не отстрелю. Забрал из багажника сумки, вернулся, подошел к водительской двери.

— Спасибо, Билл, — кивнул я ему.

— Да не за что, — как обычно флегматично проговорил он.

Мы обменялись рукопожатиями, и он уехал. А я же со своими двумя пакетами двинулся в сторону дома. Ну и чем мне заняться в первую очередь?

А заняться надо приготовлением пищи. Потому что я не ел ничего очень давно, а из еды в действительности только китайская лапша, которую выкинуть надо.

Вошел в дом, в очередной раз поразившись, насколько же все захламлено всякой дрянью. Ну вот как так можно вообще запустить свое жилище? Я даже в студенчестве так не жил.

При дневном свете, который бил в окна, бардак выглядел ещё хуже, чем вчера ночью. Бутылки, которые, кстати, можно сдать, коробки, грязная посуда, пыль на всех поверхностях, мутные разводы на полу, засохшие пятна какой-то дряни на стенах. Да еще и дышать практически нечем, так что я в первую очередь открыл все окна. И дверь тоже оставил. Пусть проветрится.

Потом включил телевизор. Везде шли какие-то ситкомы и ток-шоу, так что я остановился на четвертом канале, где шли «Золотые девочки». Мне это ничего не говорило, но я убавил звук — пусть бубнит. И вообще, надо бы радио купить, чтобы слушать новости и музыку. Вроде как я видел сегодня где-то по дороге рекламу портативного приемника за семь баксов. Может быть, его и взять на деньги, которые со сдачи бутылок получу.

Так, мусор… Ладно, разберемся с этим попозже. Сперва есть. А точнее переодеться, а потом есть. Надел старые футболку и шорты.

Но сперва, как выяснилось, надо было помыть посуду. А моющего средства я не взял. Но нашлось немного во флаконе, чуть-чуть совсем. Завтра куплю еще, а это дополнительные расходы.

Посуду перемыл всю до последней тарелки, хотя ее оказалось немного: три тарелки, три кружки, полдесятка вилок и ложек вперемешку, единственная доска для нарезки, один нож и две кастрюли — большая и маленькая. Кастрюли я нашел в шкафу, но все равно помыл, на всякий случай. Видимо, большую часть посуды Соколов растерял или выбросил, а может, Наташа забрала при разводе.

Потом я набрал воды в обе кастрюли и поставил их на плиту. Благо водоснабжение в трейлере было, и мне не придется набирать баки. А вот газ шел из баллона.

Соль, к счастью, тоже обнаружилась, так что к соседям идти не придется. В большую кастрюлю я сыпанул соли, щедро, а потом разрубил куриную тушку на четыре части, чтобы поместилась, и запихал туда же. Вскипит, потом переведу на огонь поменьше, и можно будет заняться делами. Ужин будет готовиться, а я стану убираться.

Потом я открыл холодильник, вытащил из него лапшу, сунув в мусорный пакет. Убедился, что пиво свежее — пусть будет. Мало ли, кто в гости придет, можно будет угостить. Одно было хорошо — из холодильника не пахло. Как будто там никогда ничего и не хранилось.

Так что я со спокойной душой загрузил туда купленные продукты, из того, что требовало хранения в холодильнике. А остальное убрал в шкафчики на кухне.

А потом взял мусорный мешок и принялся собирать туда бутылки. Их оказалось даже больше, чем мне показалось вчера. Разные: пиво, водка и дешевый виски. Стояли они вообще везде: на столе, на подоконнике, под диваном, в углу за телевизором, просто на полу. И даже в душевой одна нашлась.

Память подсказала мне, что в Калифорнии за каждую бутылку дают пять центов. Сам бывший хозяин моего тела и этой памяти, естественно, никогда этим не занимался, но я могу сдать все это завтра по дороге на работу за пять-семь баксов. В моей ситуации это не мелочь, это два дня относительно сытого существования.

И еще вспомнилось, что бутылки надо собирать отдельно по размерам. Так я и сделал.

К тому моменту, как в помещение стало хоть немного чище, а в углу стояло два больших мешка со стеклотарой, вода в мелкой кастрюле закипела. Я помыл руки, открыл упаковку макарон с сыром, высыпал макароны в воду. Перемешал, убавил огонь и продолжил убираться.

Коробки отправились в отдельные мешки, как и прочий мусор. Не то чтобы я собирался сдавать еще и макулатуру, просто вывезу на свалку. На это ушло не так много времени: я просто хватал все, что попадалось под руку, и кидал в мешок. Миновала эта участь разве что пачку журналов каких-то — раз нет книг, то потом от скуки можно будет почитать.

Подошел, попробовал макароны — переварил немного. Ну и черт с ним.

Дуршлага не было, так что пришлось прикрыть тарелкой кастрюлю и аккуратно слить воду. Потом туда плеснул примерно полстакана молока, высыпал сырный порошок. Две порции здесь, но я подозреваю, что умну их в одиночку, очень уж голодный.

Перемешал, подождал пару минут, и принялся есть прямо из кастрюли. Вкусно оказалось, но это все-таки углеводы, никакой пользы от такой еды нет. Зато голод утоляет.

Как и ожидалось, сожрал всю кастрюлю, и сытость сразу же потянула меня в сон. Но нет, сегодня еще много дел. Правда, пить захотелось, но я ничего попить не купил кроме молока, а ни чая, ни кофе тут не было, так что я просто сделал несколько глотков воды из-под крана.

Чтобы не оставлять на потом, помыл кастрюлю и ложку сразу. К тому времени и во второй кастрюле вода закипела, и я убавил ее и прикрыл крышкой, но так, чтобы не убежала.

Огляделся. Мусора больше не было, только пакеты. Теперь надо разобраться еще кое с чем.

Взяв прозрачный пакет и скотч, я вышел на улицу и подошел к машине. Осмотрел ее со всех сторон. Подозреваю, что бывший хозяин моего тела на ней ездить мог только потому, что был детективом, иначе его давно остановили бы, тачку изъяли и отправили в утиль. Подозреваю, что если ее преобразователем ржавчины обработать, то она просто исчезнет, испарится.

Зато ее точно никто не угонит. Даже совсем конечному неудачнику-угонщику она не приглянется. Но, по-хорошему, ее надо менять на что-нибудь приличное. Машина ведь — это не только средство передвижения, но и показатель респектабельности человека, показатель престижа. Так что взять что-нибудь вроде «Пятого авеню» было бы в самый раз, даже подержанную. Люксовый сегмент, но не из самых дорогих.

Хотя мне бы сейчас с тридцаткой в кармане думать о новой машине. Если уж натурально бутылки придется сдавать, чтобы выжить…

Но с разбитым окном точно ездить нельзя, мало ли, вдруг дождь пойдет. Так что я открыл дверь, оторвал кусок пакета и приложил к раме. А потом проклеил скотчем с обеих сторон. Получилось крепко, но о красоте тут говорить не приходилось.

Но вроде разобрался. Захлопнув дверь машины, я вернулся в дом, проверил, все ли хорошо с курицей, принялся убираться. И тут было над чем поработать.

Все поверхности пришлось протирать с чистящим средством для пола. Потом взялся за стены: оттер пятна, снял какие-то старые наклейки, и вообще. Закончил тем, что вымыл сам пол.

Чистку дивана решил отложить на потом, потому что окончательно выбился из сил. Еще подумал, что надо будет собрать одежду и постельное, и съездить в прачечную самообслуживания, потому что стиральной машины в моем трейлере нет. А я отчетливо помню, что такие прачечные в Америке очень распространены, и большинство русских знает об этом из фильма «Брат 2». И там еще промышленные сушилки есть, в которых можно будет все высушить.

Можно будет сделать это завтра, после смены.

Работа заняла часа полтора, и курица уже успела свариться. Я был мокрый, грязный и устал еще сильнее, но трейлер уже выглядел как человеческое жилье. Не идеально, конечно: мебель старая, линолеум в паре мест вздулся, да и диван грязный, но хотя бы все остальное чисто. И даже воздух стал посвежее.

Теперь пора кинуть в суп овощи. Лук порезал по-быстрому, мелко, как дочке делал, потом картошку — наоборот покрупнее. Забросил все и вернулся к телевизору.

Переключил канал, наткнулся на ток-шоу: толстая женщина плакала и обнималась с другой женщиной, еще толще, а публика в зале аплодировала. Переключил канал еще раз, там была реклама зубной пасты. На третьем попал на мультфильм — «Веселые мелодии». Ну, это еще ничего, я, как любой ребенок восьмидесятых, смотрел его, да и полнометражку с Джорданом видел.

Пусть идет, посмотрю краем глаза.

А теперь надо составить план, раз немного прибрался. Еды на ближайшие три-четыре дня мне хватит, питание однообразное, но тут главное — брюхо набить.

И план нужен не на завтра, а на ближайшие месяцы.

Что у меня есть? Работа, которая приносит две восемьсот чистыми. Из них я отдаю тысячу алиментов, остается тысяча восемьсот. Из них нужно платить за место в трейлерном парке, а это где-то триста пятьдесят в месяц. Бензин, еда, вот это вот все…

А еще нужно починить машину, хотя бы поменять стекло и фару, ну и зашпатлевать и покрасить, чтобы выглядела не так плохо. Потом — надо купить радиоприемник и микроволновку. А еще желательно обзавестись какой-нибудь мобильной связью.

Телефон мне не по карману, но сейчас широко распространены пейджеры. Пейджер стоит около двухсот баксов, еще баксов двадцать за тариф. Мне и это не по карману.

Нужно добыть еще денег, причем быстро. И тут остается пара вариантов: либо подработки, либо повышение. Но чтобы меня повысили, надо раскрыть несколько дел, причем, желательно громких. А вот подработки…