Наиль Выборнов – Лето, пляж, зомби 7 (страница 5)

Но, похоже, ирландка была слишком пьяна — накачалась «дрянного» русского виски. Или, может быть, растерялась и не ожидала от тихой и стеснительной девушки такого напора.

А вот Саша распалилась всерьез. И по-полной программе.

— Отстань уже от него, блядина! — крикнула она и впечатала Бренну головой в дверной косяк.

Лезть в женскую драку — это вообще хуже нет. Но если это все не остановить, то это могло закончиться катастрофой.

Я среагировал практически мгновенно. Вскочил с кровати, схватил Сашу за талию, потянул назад, отрывая ее от воющей от боли Бренны. В глаза бросилась кровь. Хирург располосовала рожу ей так глубоко, что наверняка останется жрам. Одним рывком встал между ними, схватил Бренну — за плечо и с силой оттолкнул в разные стороны.

— Стоять, блядь! — рявкнул я так, что в стекло в моей комнате звякнуло в раме.

Саша брыкалась, как разъяренная кошка, продолжала бросаться вперед, даже вцепилась руками мне в руку, сильно так. Бренна, хоть глаза у нее и были мутными, уже пришла в себя и сжала кулаки.

Я встал между ними, удерживая дистанцию. Что ж, пока я тут, они на меня точно не бросятя.

— Хватит! — заорал я, повернулся к Бренне. — Тебе миллион раз было сказано, чтобы ты от меня отъебалась!

Саша дышала тяжело, прядь волос упала ей на лицо, лицо заливал яркий румянец. Бренна стояла, чуть покачиваясь, но в этих её зелёных глазах уже зажигалась настоящая злость. Она подняла руку к лицу, мазнула, потом посмотрела. Увидела кровь.

— Yer fuckin’ done, lass! — воскликнула она, глядя Саше в глаза.

— Ещё раз, — сказал я, повернулся к ирландке. — И я тебя расстреляю. Богом клянусь, не пощажу. У нас и так проблем до пизды, так еще и ты начинаешь. Найди себе кого-нибудь другого уже, а меня не доебывай, поняла?

Повернулся к Саше:

— А ты — тише. Это того не стоит.

Она всхлипнула, но кивнула, всё ещё дрожа.

А у меня внутри всё кипело. Потому что хуже, чем лезть в бабскую драку, и правда нет ничего. Но хуже ещё то, что обе они смотрели на меня так, будто именно я — главный виновник.

Саша вдруг рванулась вперед, с силой оттолкнув меня в сторону, отодвинула Бренну, которая уже, похоже, и не хотела драться. Ни одежду не забрала, ничего, прямо как была голой, так и ушла.

— Саш, стой! — только я и успел метнуться к ней.

Она не отреагировала, а потом я услышал всхлипывания, которые вот-вот грозили перейти в рыдание. Но я остановился. Не бросился за ней. Сейчас я все равно ничего не добьюсь, пусть успокоится, и тогда уже можно будет поговорить.

— Yer roigh’, so ye are, — проговорила Бренна, злобно посмотрев на меня. — Я найду себе кого-нибудь другого, «Волк».

Повернулась и тоже ушла. Я не выдержал и резким движением захлопнул дверь, так, что стекла на этот раз чуть не вылетели. Очень хотелось сплюнуть, но понимание того, что мне потом самому же вытирать, заставило удержаться.

Тогда я уселся на кровать. В помещении до сих пор пахло Сашей, я посмотрел на пол и увидел ее одежду. Простые белые трусики, легкое платье. Не знаю почему, но я наклонился, поднял с пола платье, поднес к лицу, принюхиваясь.

Пахло сладковатым женским потом и духами. И я даже знал, что именно это за духи. «Табачная ваниль» от Том Форд. Все модницы в России охотились за ними, а добыть их было нельзя — не завозили из-за санкций. Каждый раз, возвращаясь в страну, я вез с собой пару флаконов. В подарок знакомым девушкам. Это работало.

Это почему-то помнилось. Странные какие-то детали всплывают, а по главному — ничего. Ни о семье, ни о родителях, ни о том, каким человеком я был.

Я снова вдохнул этот запах. Да, этот аромат просто предназначен для ее тела, иначе не скажешь. Сладкий и в меру терпкий.

Не став даже расшнуровывать ботинки, я улегся прямо на кровать, вытянув ноги, поднес платье к лицу. Что теперь будет-то? Как я с ней говорить буду? Черт его знает. Но что-то придумывать надо, чтобы если не восстановить эту близость, что между нами возникла, то хотя бы избежать того, чтобы отношения совсем расклеились. Может быть, подарок ей какой-то подарить? Украшение. Нет, будет похоже на то, что откупиться пытаюсь. Загладить вину цацкой какой-то.

Цветы. Точно, это будет хорошим вариантом. Причем, самому букет набрать. Тогда, наверное, сработает. Женщины же любят цветы?

Ага, самому набрать. Как будто я сейчас найду цветочный магазин с флористом. Давно всех этих флористов съели, или они сейчас сами кого угодно готовы сожрать.

Я снова вдохнул этот запах. Неужели влюбился? Серьезно что ли?

Да блядь.

Резко разозлившись то ли на ирландку, то ли на Сашу, то ли на самого себя, я скомкал платье и отшвырнул его на соседнюю кровать. Закрыл глаза. Алкоголь будто выветрился из головы после всего, что произошло. Стало только хуже.

Попытаюсь заснуть. Овец посчитать что ли?

Или выйти и присоединиться к общему веселью? Там поминки наверняка уже в праздник перешли, как оно в общем-то всегда и бывает. Нет, меня вырвет просто от всего этого. Тошно.

Не знаю, сколько прошло времени, но сон так и не наступил. Зато я услышал в соседней комнате возню. Потому что-то явно опрокинулось, упало, а через несколько секунд послышались женские крики:

— Yeah! YEAH! YEAH! Feck me like it’s the last time I’m ever livin’ — кричал знакомый голос.

Гром. Соседнюю комнату занимал он. Ну что ж, он всегда проявлял к импортной интерес.

Крики стали еще громче, было слышно, как скрипит кровать. Это она мне так мстит что ли? Могла ведь любого выбрать, а тут именно Грома. Потому что его считает моим другом, или потому что он ближе всех ко мне живет?

Или я слишком зациклен на себе? В нарцисса какого-то превращаюсь. Черт с ним.

Но от нее надо избавляться, пока она всех нас не перессорила. Но сделать это явно не получится — импортные взбунтуются. А что они могут натворить, я даже представлять не хочу. Перережут всех.

Да и Роджер может возмутиться. Он все больше с ними работает, нашел, блин, соотечественников, пусть там из американцев один Шон.

Крики продолжились, стали только громче.

«Ах, стены тонкие, все слышно через вас. А кто построил вас, тот — полный пидорас».

Схватился за подушку, обернул ее вокруг головы, повернулся на бок. Немного, но помогло. И тогда я наконец-то смог вырубиться.

Глава 3

Следующий день мы отдыхали и отходили от грандиозной пьянки, которую устроили. Нужно было затаиться на время, дать «Воронам» хоть немного расслабиться. Нас было слишком мало для того, чтобы развивать успех и атаковать дальше, так мы еще и потери понесли.

Вечером собрались на совет с Шоном и Громом, и приняли решение, что нужно действовать дальше. Причем, сосредоточиться именно на деревнях. Освободить их, а может быть перебить еще несколько «Воронов».

И на этот раз выдвигаться решили двумя малыми группами. В одной пойдут Гром и «росгвардейцы», а во второй — я, Палыч и импортные ЧВКшники. Причем я уговорился с ЧВКшниками о том, что они наденут вместо своего НАТОвского камуфляжа обычную охотничью одежду — благо у нас ее было много, разных расцветок и размеров, еще и разграбленного магазина в Судаке.

Это было необходимо для того, чтобы лишний раз не пугать местных. Нет, сильно-то это не поможет, потому что морды у них все равно не русские, а один так вообще здоровенный негр. Но все лучше, чем прийти прямо в одежде оккупантов, и с большой долей вероятности спровоцировать деревенских на конфликт.

Выдвигаться было решено пешком, марш броском, для того, чтобы лишний раз не палить машины. К тому же избежать засады так будет гораздо проще — можно же двигаться не по дорогам, а напрямую по лесам. А не потеряться не так уж и сложно, если у тебя есть компас, карта, и ты умеешь брать азимут.

Мы с импортными должны были отправиться в Земляничное — большое село, размерами немного меньше Дачного, которое находилось уже совсем близко к Белозерску. А «росгвардейцы» отправились в Щебетовку — небольшую деревню за Краснокаменкой. Заодно должны были заглянуть еще и туда, и проверить, как идут дела. Мало ли, надо чем помочь.

Дорога заняла часов пять, с учетом того, что шли мы напрямую, да и особенно не торопясь. По дороге, наверное, пришлось бы двигаться дольше. К тому же на карте было видно, что к деревне вел единственный съезд с трассы, и перекрыть его было говно вопрос. А так мы зашли с юга, из леса, и достаточно скоро нам открылся вид на само село.

Именно село в его классическом понимании — здесь было здание религиозного культа — мечеть, а еще и средняя школа. Так что это была далеко не деревня.

Сперва я подумывал о том, не стоит ли поднять дрон и провести разведку с воздуха. Но в итоге решил, что тащить его не стоит. Во-первых, он все-таки достаточно тяжелый, а во вторых, хоть и стелсовый, но это все равно лишняя возможность спалиться.

И вот к моему удивлению село не подавало вообще никаких признаков жизни. Солнце только скрылось за горизонтом, ночь еще толком не началась — мы специально вышли так, чтобы у нас было время на разведку, но ни дымом не тянуло из какой-нибудь печки, ни единого источника света не имелось. Ну и генераторы тоже не тарахтели, хотя бандиты обычно не стеснялись пользоваться ими для своего комфорта и жечь топливо. Тут вообще ничего.

— Ты уверен, что тут люди? — спросил у меня Шон, который, как и я, осматривал окрестности. Правда без бинокля. У меня-то он был, причем цифровой, с увеличением, достался в наследство от погибшего Шмеля, а потом и Овода.