Наиль Выборнов – Черная кровь (страница 41)

Заткнув пальцами уши, я дождался взрыва и, выхватив из кобуры пистолет, выбежал из укрытия. Один из нападавших, совсем молодой парень, стоял посреди коридора, зажав уши. Придурку даже в голову не пришло сначала найти укрытие.

Я выстрелил дважды. Получив пулю в голову, бандит свалился на пол. Пробежав несколько шагов по коридору, я прижался спиной к стене. Выглянул в проем и тут же отшатнулся – кто-то выпустил по мне короткую очередь.

Когда стрельба затихла, из коридора послышались крики на португальском. Высунув из-за угла ствол автомата, я высадил длинную очередь наугад. Кто-то завопил то ли от боли, то ли от страха, я вновь выглянул и увидел лежавшего на полу бразильца.

У него был прострелен живот, но он продолжал тянуться к винтовке. Увидев такую целеустремленность, я рванул из укрытия, подбежал к ублюдку и несколько раз ударил его прикладом по голове.

Коридор заканчивался дверным проемом, который вел в главный зал. Я прижался к косяку и выпустил остатки магазина в одного из бандитов, так кстати высунувшегося из укрытия. Судорожными движениями я перезарядил автомат, выглянул и тут же юркнул обратно.

Местные обрушили на меня настоящий шквал огня, и мне оставалось только прижаться к стене, пережидая, пока у противников закончатся патроны. Нашарив на разгрузке последнюю гранату, я рванул предохранительное кольцо, выждал пару секунд и метнул в сторону врага.

Граната взорвалась в полете, осыпав стрелявших в меня бандитов осколками. Вскочив с места, я побежал назад, по направлению к лестнице. Дважды свернув, наткнулся еще на одного из местных и изрешетил его длинной очередью.

Я забежал на лестничную площадку и огляделся в поисках того, чем можно было бы заблокировать проход. На полу валялась цепь. Схватив ее, я перемотал дверные ручки и пошел к раненому полицейскому.

Бутылка воды валялась на полу пустая, мужик лежал с прикрытыми глазами.

– Живой, nigga? – спросил я у него.

– Живой, – ответил коп слабым голосом.

Я склонился над мужчиной, приподнял, взвалил его на спину и потащил наверх по лестнице. Стрельба не затихала, но я был уверен в том, что скоро местные с первого этажа пойдут наверх, и моим товарищам придется обороняться на две стороны.

Я аккуратно толкнул дверь входа на третий этаж и тут же отшатнулся назад. Пули расщепили дверной косяк чуть выше моей головы. Будь я хоть немного выше, мне бы отстрелили башку.

– Это я – Шон! – заорал я изо всех сил. – Вы мне чуть башку не снесли.

Из-за двери послышался громкий мат на разных языках. Решив, что в этот раз в меня стрелять уже не будут, я толкнул створку и вошел в помещение.

На этом этаже находились почти все, кого я знал из нашего лагеря: и полицейские из подразделения Тавереса, и сталкеры, и спасенные гражданские. Кто-то бегал, суетился, оттаскивал раненых, подносил патроны. Кто-то все еще дежурил у окон с оружием наготове.

Раненого у меня тут же принял один из его коллег – копов и утащил куда-то в сторону – туда, где лежали остальные раненые.

Я почему-то сразу почувствовал себя никому не нужным: Ди Оливеру только кивнул мне и продолжил командовать, Таверес вообще не обратил на меня ни малейшего внимания.

– Шон, – крикнул с противоположного конца просторного зала Дэнни. – Ты где был?

Здесь пожары потушили. То, на что оказалась неспособна система пожаротушения, сделали обыкновенные огнетушители – несколько красных корпусов валялись в беспорядке чуть в стороне.

– Все в порядке, nigga, – ответил я. – На первом этаже был, пытался вытащить, кого смогу.

Парень похлопал меня по плечу и назвал отморозком, русский только неодобрительно помотал головой.

– Я узнал, это местные, homie, – сказал я. – Ублюдки подогнали ко входу в здание машину со взрывчаткой и потом подорвали. Я не думаю, что на первом этаже остался хоть кто-нибудь живой. И еще… Они сожгли склад с продуктами.

– Сволочи! – выругался расист и сплюнул. – И чего эти ублюдки вообще на нас взъелись?

– Да кто их знает, – ответил я, пожав плечами. – Что на втором этаже было, даже не знаю.

– На втором этаже пожар, – ответил Вик, высунулся в окно и высадил две короткие очереди подряд. Усмехнулся и сменил магазин в винтовке. – Достал ублюдка.

– Некоторые из них успели прорваться на первый этаж, – проговорил я. – Рано или поздно они полезут наверх, dog, – и все, зажмут нас с двух сторон.

– Да мы тут поджаримся раньше, – сказал Вик, снова высунулся и высадил еще одну короткую очередь. И тут же пригнулся – бразильцы стали стрелять в ответ.

– Как они сюда полезут? – Дэнни указал на дверь, которая вела на лестницу. – Дверь все время под прицелом, лифты заблокированы. И ничего они не смогут сделать.

– Не смогут? Ты так думаешь, homie? – посмотрел я на Дэнни. – После того как они подогнали сюда машину со взрывчаткой, я уже ни в чем не уверен.

Вик снова высунулся и выстрелил несколько раз одиночными, снова залег, пережидая, пока местные перестанут палить по окну. Я осторожно приблизился к соседнему, ударом приклада выбил стекло из рамы и высадил короткую очередь.

Я снова прижался к стене. Выждав несколько секунд, снова высунулся, прицелился в очередного ублюдка и выжал спуск. Но за миг до того, как мой палец утопил спусковой крючок, бразилец успел спрятаться за кузовом автомобиля.

Пули пролетели выше и угодили в стену противоположного здания. Местные, конечно же, заметили дульную вспышку и тут же обрушили на мою позицию шквал огня. Свалившись на пол, я прополз до другого участка стены, встал, прижавшись к нему спиной.

Резким движением выбил прикладом стекло, высунулся и в несколько коротких очередей добил остатки магазина в кузов машины, за которой прятался юркий бразилец. Вернулся в укрытие, сменил магазин в автомате.

– Эй, Шон, смотри, что мне тут передали! – крикнул Дэнни, показав мне ручной гранатомет, чем-то неуловимо напоминавший мне «Чайна Лейк[31]» из видеоигр про вьетнамскую войну. На груди у парня висел патронташ, полный сорокамиллиметровых гранат. – Сейчас я устрою ублюдкам небольшой мир ужасов!

– Ты же толком стрелять не умеешь, – проорал Вик, стараясь перекричать звуки выстрелов. – Давай эту штуку сюда.

– Держи, – ответил Дэнни, передавая гранатомет. Расист, судя по выражению его лица, расстроился, но раз я сумел отучить его орать про Вальгаллу, то и это парень переживет.

Виктор, взявшись за гранатомет, откинул прицел, на секунду высунулся из окна и выстрелил. Снаряд вылетел со звонким «чмоком», а через секунду послышался взрыв.

– Давай патронташ, – крикнул Вик, развернувшись к Дэнни. – Давай, Стюарт.

Парень к тому времени уже сорвал с себя патронташ и быстро кинул его русскому. Тот схватился за полосу ткани, по-быстрому обернул ее вокруг пояса, закрепил и вытащил вторую гранату из ячейки. Вставил снаряд, высунулся и выстрелил еще раз.

С улицы послышался громкий крик. Я высадил несколько коротких очередей из автомата по местным, менявшим диспозицию. По крайней мере, один из них упал, и это радовало.

Зато не радовало другое. Те, что все-таки смогли спрятаться, стали следить за позицией Вика. И стоило русскому высунуться, как ему чуть не отстрелили голову.

– Держи, Райес! – крикнул Виктор и бросил мне гранатомет еще до того, как я сообразил, что именно он собирается предпринять.

Я схватил оружие, кое-как прикинул траекторию полета гранаты, прицелился и выстрелил.

Граната пролетела расстояние до машины за несколько секунд и взорвалась, усыпав землю осколками.

– Это был мой джип, мать твою, – послышался громкий голос с противоположного конца зала.

– Извини, nigga, – виновато сказал я, возвращая гранатомет Вику.

Тот в очередной раз вставил гранату и выстрелил.

Снова по ушам ударил взрыв. Меня оглушило, я помотал головой, чувствуя, как ком из живота подкатывает к горлу, и изо всех сжал зубы, чтобы сдержать рвоту.

Повернув голову, я увидел, как Вик стреляет в сторону двери на лестницу. Дэнни что-то кричал. Я снова помотал головой, пытаясь, сообразить, где именно я нахожусь.

А потом я увидел валявшийся на полу автомат. Мой югославский «калашников».

Схватившись за оружие, я в несколько движений сменил магазин и поднялся с пола. Меня шатнуло, с трудом держась на ногах, я обошел одну из многочисленных колонн, поддерживающих потолок этого зала, и прижался к ней спиной.

В голове по-прежнему звенела пустота, но теперь я хоть немного понимал, куда мне нужно стрелять. С лестничной площадки в зал, который мы обороняли, пытались прорваться бандиты. А с ними у ниггера из Комптона, так уж сложилось, мог быть только один разговор, и не важно, из какой они были банды.

Выглянув из-за колонны, я прицелился в бразильца в цветастой одежде и выжал спуск. И попал – местный, поймав две пули в живот, заголосил и повалился на пол.

Пули противника ударили в колонну совсем рядом с моим лицом. Кусочек керамической плитки откололся и впился мне в щеку.

Я вытер кровь рукавом, высунулся, высадил несколько коротких очередей в ублюдка, который чуть было не достал меня. Тот предусмотрительно спрятался за другой колонной, но это не особо ему помогло. Один из полицейских, который укрывался за перевернутым столом метрах в семи правее от меня, прекрасно видел бразильца, коп влепил короткую очередь ублюдку в бок.

Я наконец пришел в себя и понял, что именно произошло. Все наши были заняты перестрелкой с бандитами, пытавшимися прорваться в здание с улицы. На дверь, которая вела на лестницу, никто особо не смотрел. Ни у кого и в мыслях не было, что местные попытаются прорваться на этаж этим путем.