Наиль Выборнов – Черная кровь (страница 31)

– И не жди, – буркнул тот в ответ. – Ну, так объясни, что произошло? Почему ты вел себя там словно с цепи сорвался?

– Ладно, – сдался я и принялся объяснять: – Дело такое. Ты же сам видел, во что они превратили бедных женщин. – Я на секунду остановился, перевел дух и продолжил: – Я не верю полиции, понимаешь? И никогда не верил, уж так вышло. Но местные, это просто… Они ничем не отличаются от банд из фавел. Я видел всякое, но ведь эти-то людей защищать должны, разве нет?

– Ладно, можешь не продолжать, я все понял, Шон, – сказал Вик, примирительно подняв обе руки. – Домой хочешь, наверное?

– Не то слово, – вздохнул я. – Знаешь, жизнь в Комптоне – не сахар, но даже там лучше, чем в этом гребаном аду.

– И что ты собираешься делать, когда вернешься? – спросил вдруг Вик. – Не думаю, что после всего, что произошло, ты сможешь вернуться на ринг. Если только в нелегальные бои подашься, но ты сам знаешь, чем это обычно заканчивается.

– Не знаю. – Мне оставалось только пожать плечами. – Я не думаю, что долбаные итальяшки дадут мне спокойно жить. Да и не хочу я, если честно, оставаться в Комптоне.

Конфликт был погашен. Мы подошли к машине, я вынул из кармана ключ и нажал на кнопку, открыв все двери. Забрался в салон, плюхнулся на сиденье и вставил ключ в замок зажигания.

– Что дальше, nigga? – спросил я у Виктора, повернувшись. – Подождем остальных или сами доедем до базы?

– Поехали, наверное, – неуверенно протянул русский. – Я думаю, что с пятью «Миротворцами» они могут ничего не бояться.

– Колонна будет просто огромная, – выдохнул Дэнни, поморщился и добавил: – Может быть, стоит ехать со всеми – на них-то точно никто не нападет…

– Шон? – сквозь шипение помех послышалось из рации.

Мы с Виком переглянулись, после чего я схватил переговорное устройство, поднес его ко рту и надавил на тангенту.

– Да, лейтенант! – ответил я.

– Мы почти закончили. – Таверес, кажется, немного успокоился после того, что произошло на крыше. – Скоро собираемся выезжать. Хотел попросить, чтобы вы ехали в авангарде. Что-то вроде дозора. Если что услышите или увидите, дайте знать, хорошо? Прием.

– Поедем? – спросил я у спутников.

Дэнни пожал плечами, Виктор просто кивнул в ответ. Я снова надавил на кнопку тангенты и сказал:

– Хорошо, лейтенант. Канал связи не меняем, прием!

– Да кто нас вообще слушать будет, кому мы нужны? – ответил Таверес, громко хмыкнув. – Только сильно не гоните, чтобы не оторваться от нас.

– Без проблем, – ответил я. – Тогда мы поехали.

Я повернул ключ в замке зажигания, довольно прислушавшись к взревевшему дизельному движку. Машина медленно тронулась с места.

Возвращаться знакомой дорогой было проще. Но в этот раз мы были одни, без сопровождения колонны полицейских броневиков.

В Зоне ситуация иногда меняется слишком стремительно. Вот ты спокойно едешь себе в теплом и уютном салоне машины, а потом раз – и ты уже в полной заднице.

Для любителей адреналина такая жизнь – наверное, полный кайф. Но не для меня. Я хотел отсюда свалить, у меня сил больше не было смотреть на местные пейзажи.

– У тебя какие планы на будущее, homie? – спросил я у Дэнни, аккуратно поворачивая руль.

– Да черт его знает, – ответил он. – Мне назад дороги нет. Я уже даже подумываю остаться здесь.

– Серьезно? – удивился я.

– Да нет, конечно. Что я здесь делать стану? – он печально вздохнул. – Вернусь в США. Не в Вирджинию. Поеду в Техас, может быть, в Аризону или Джорджию. Запишу кантри-альбом, буду в барах петь.

– А почему домой не хочешь? – спросил Виктор с заднего сиденья.

– Ну, не ждут меня там, – мрачно ответил парень. – Вернусь домой – пришьют. Вот и все.

– Логично, просто так в рабство никто не попадает, – заметил я. – Меня, например, будут итальянцы искать. А я, в свою очередь, буду искать их. И найду.

– Так и вижу заголовки газет. Особенно желтых, – невесело усмехнулся Дэнни. – «Разборки между бандами. Кровожадный афроамериканец напал на политика, по слухам, связанного с итало-американской организованной преступностью». Гребаная политкорректность.

– Ага, – кивнул я. – В шестидесятых написали бы «чернокожий мужчина напал на сборище итальянской мафии».

– А что написали бы в восьмидесятых? – спросил Вик.

– А в восьмидесятых обо мне записали бы рэп-альбом. – Я объехал очередную аномалию. – История-то покруче, чем у Родни Кинга. Дэнни, что ты натворил такого, из-за чего боишься домой возвращаться?

– Пошел против наших старших, – ответил парень, отвернувшись в сторону окна. – Они собирались купить крупную партию кокаина у каких-то спиков из-за границы. Наши старшие навариваются, а это дерьмо попадает на улицы. В наши же районы.

– Арийское братство снова торгует наркотиками? – спросил Вик.

– Да оно всегда торговало ими. И, по-моему, это неправильно. Чем мы тогда отличаемся от тех же ниггеров?

– Не знаю, – Вик на секунду задумался – Ширяются только неудачники. Те, у кого не хватает сил, чтобы нормально жить.

– Черные продают дурь черным, белые – белым, nigga, – заметил я, повернув руль. – Спрос рождает предложение. Не будут торговать ваши, так итальянцы возьмутся. Или напрямую у мексиканцев купят.

– Вот именно. – Дэнни слегка стукнул рукой по приборной панели. – Мы орем о защите белой расы, а сами толкаем дурь белым.

Он замолчал. Пожалуй, я еще никогда не видел его таким серьезным.

– Так что ты сделал-то конкретно, dog? – я никак не мог взять в толк. – Собрал парней и сорвал сделку, что ли?

– Нет. Я в полицию пошел.

– Что я могу сказать, – ответил я, округлив глаза. – Ты – идиот.

– Точно, – согласился со мной Вик.

– Да ну вас. – Парень поджал губы и замолчал.

– Сам подумай. Ладно, если бы твои старшие теракт какой-нибудь готовили, тогда легавые зашевелились бы. Ну, или если бы ты про черную банду пошел бы рассказывать.

– Да они кормятся все с банд, – добавил Виктор. – Что у нас, что у вас. Теперь, Дэнни, я понимаю, что тебе нет смысла домой возвращаться. А может быть, вообще в США въезжать опасно.

– И что, мне теперь реально здесь оставаться? Я повернул голову, чтобы посмотреть на Дэнни и отпустить очередное саркастическое замечание, но парень внезапно схватился за руль машины и резко крутанул его влево.

Я от неожиданности вдавил педаль газа в пол. Тачка резко рванулась вперед, ушла в занос. Что-то мелькнуло мимо лобового стекла, а буквально секунду спустя витрина магазина по левую сторону от нас взорвалась.

– Мать твою, nigga! – заорал я. – Что это за хрень?

– РПГ! – крикнул Вик, отстегивая ремень безопасности. – Газуй, Райес!

Я вывернул руль и дал по газам. Машина тронулась вперед, под днищем что-то треснуло, но вляпаться в ловушку было не так страшно, как получить в борт снаряд из реактивного гранатомета.

– Черт, током бьется! – крикнул Дэнни, которого бросило головой на стекло дверцы.

Я тоже это почувствовал, поэтому снова надавил на педаль газа, и через пару секунд мы уже покинули зону действия аномалии.

– Гони! – продолжал орать Вик. – Они сейчас перезарядятся, выстрелят во второй раз – и все!

По капоту и кенгурятнику броневика застучали пули. Мы мчались прямо на баррикаду, с которой нас обстреливали. Я заметил, как над бетонным блоком появился парень с трубой ручного гранатомета, а через мгновение мы снесли его вместе с баррикадой на скорости восемьдесят миль в час.

Кинетическим импульсом изломанное тело бандита отшвырнуло прочь. Меня толкнуло вперед, ремень впился мне в грудь, и я мысленно похвалил себя за то, что не стал снимать бронежилет после перестрелки.

Пули стучали уже по кузову. Я продолжал давить на педаль газа, броневик стремительно набирал скорость, потерянную во время столкновения с баррикадой. Что-то под капотом еще раз треснуло, откуда-то слева ударил поток теплого воздуха, а звук мотора на секунду был заглушен ревом пламени.

Схватив переговорное устройство с держателя, Дэнни поднес его ко рту и закричал:

– Лейтенант, на маршруте засада! У них РПГ! Мы прорвались, но вы меняйте маршрут! Прием!

– Вас понял, – сквозь помехи донеслось из рации. – Помощь нужна?

– Себе помогите, – прорычал я.

Броневик снова занесло, край капота разминулся с фонарным столбом сантиметров на десять, не больше. Сзади послышался звук открывающейся двери, а следом за ним стрельба. Я оглянулся: Вик, высунувшись в проем, поливал бандитов из автомата.

– Да гони ты, Райес! – заорал русский.