Нагару Танигава – Изумление Судзумии Харухи (Том 1) (страница 24)
— Да без разницы. Короче, во время тестирования я наблюдала за людьми, оценивала их способности... а что было в самих тестах — не тпк важно. Необходимо было прежде всего отобрать таких кандидатов, у которых не пропадёт желание вступать в команду, — тут экзаменаторша обвела пальцем пятерых новичков, — и вы превосходно справились с этой трудностью. Поздравляю! Вам выпала удача быть допущенными к финальному экзамену. Но впереди вас ждёт самое серьёзное и самое трудное. Вам понадобятся физическая сила, упорство, сила воли, отвага и самое важное человеческое качество: умение не сдаваться. Таков ваш путь к окончательной победе!
Она изрекала банальные вдохновляющие фразы, которые, однако, в данной ситуации казались вполне уместными. Харухи Судзумия всегда и везде действует наобум. Кому ещё в нашем мире этого вполне достаточно?
Эх-х-х. Вот из-за такого поведения Харухи мне иногда и приходится…
Я прогнал из головы напрашивающуюся мысль. Опасно это, опасно. Даже если ты думаешь молча, и никому другому эти мысли не известны, сам ты не сможешь делать вид, что их не слышал.
Через речь происходит осознание. И если я
Стоп-машина, лучше предаться более приятным мыслям. Например, о любовании сакурой в саду Цуруи-сан, или о выходе сиквела игры, которую я так долго проходил…
— …… — Нагато, словно учуяв, что я стараюсь нечто утаить, подняла на меня свой взор, некоторое время задержала его, а потом вернулась к чтению.
— Ох…
Ну и ладно. Лишь бы Харухи ничего не узнала, а остальные угрозы для общего спокойствия не представляют. Ну, была у меня идея ей чуть проболтаться… но вы простите меня, пожалуйста, я был не в себе, честно!
Эх… если выдумывать для себя оправдания перед самим собой, то потом меня это будет мучить ещё много лет. У человеческого мозга есть нехорошая привычка вспоминать то, что вспоминать совсем не хочется. Вот бы кто-нибудь придумал, как людей делать похожими в этом плане на кошек: коты, по-моему, о будущем вообще не беспокоятся.
Но похоже, Харухи по-своему решила не беспокоиться и не искать раздевалку.
Кандидатов она поочерёдно заставила сменить одежду в клубной комнате, а мы с Коидзуми и Асахиной-сан стояли в коридоре, пока первокурсники наконец не предстали перед нами в физкультурной форме. Кстати, даже когда в комнату заходили парни, Нагато, несмотря на прямое указание, её так и не покинула и не отрывалась от книги. Не знаю, о чём думает школьник, которому приходится переодеваться перед старшеклассницей, но наша троица это испытание пережила, что, возможно, тоже было частью экзамена Харухи. Но если это так, по такой логике во время переодевания девушек мне тоже, что ли, оставаться в клубной комнате? Такие мысли пришли ко мне, когда мы всей компанией пошли по направлению к школьной спортплощадке.
Но по этому поводу я не сильно переживал. В конце концов, остаться в комнате мне не позволили бы мои нравственные качества. К тому же на меня смотрела Асахина-сан, всё-таки.
Итак, такими мудрёными окольными путями мы, наконец, добрались до финального экзамена Харухи на вступление в «Команду SOS». Замечательно, конечно, но форма проведения какая-то подозрительная. Кстати о форме: Харухи тоже была одета по-спортивному. Шла она трусцой и на ходу что-то, импровизируя, напевала. Но больше меня беспокоило то, что мы и вправду пришли на спортплощадку.
Не стоит объяснять, что в нашей муниципальной старшей школе у спортивных кружков нет своих отдельных площадей, так что после уроков им приходится бороться за контроль над общей спортивной площадкой. В этой борьбе главными силами были атлетический, футбольный и бейсбольный кружки, а между ними встревали игроки помельче. Их группировки предъявляли друг другу территориальные претензии и вступали в пограничные стычки. Не прекращалась позиционная борьба и теперь.
Четырехсотметровая беговая дорожка была в абсолютном и безраздельном владении атлетического кружка, и именно на неё Харухи уверенным шагом торжественно вела пятерых первокурсников. Своей бесцеремонностью она напоминала марлина, разгоняющего косяк мелкой рыбы.
Я, в силу обстоятельств, тоже присутствовал, однако предпочёл усесться на ступеньках ведущей на спортплощадку лестницы: мне достаточно физических упражнений в виде ежедневного восхождения на школьный холм. Со мной также остались Коидзуми и Асахина-сан. Мы уже знали Харухи достаточно давно и догадывались, что́ у неё было на уме. Нагато от созерцания этого зрелища решила воздержаться и, вероятно, продолжала в тишине наслаждаться чтением. Не стоило и говорить, что она поступила мудро.
Иными словами, троица членов «Команды SOS» — без Нагато — предпочла остаться пассивными наблюдателями. Не дай бог меня тоже заставят здесь чем-нибудь заниматься.
А пока я наблюдал за происходящим, Харухи успела поцапаться с кем-то из атлетического кружка, а потом, проигнорировав раздражённых остальных присутствующих спортсменов, выстроила своих кандидатов на стартовой линии.
— Да ладно, мы тоже можем здесь бегать! Атлетический кружок просто ничего другого делать не умеет, а мы здесь не просто так, а с высокой целью! Так что ничего, потерпят — на один день беговая дорожка наша. Мы такие же ученики Северной старшей, как и они, и имеем такое же право пользоваться дорожкой.
Примерно через 0,1 секунды она добавила:
— Ну вот, я же говорила, никто не против.
Не дав собравшимся атлетам и шанса возразить, своим временным подчинённым Харухи дала команду. Команду до боли простую:
— Внимание… марш!
... и рванула вперёд, оставив позади потрясённых первокурсников, которых не предупреждали о начале забега.
— Эй, чего вы стоите? Бегом за мной!
Её крик вывел первокурсников из ступора, и они побежали по кольцевой дорожке за фигуркой в спортивной форме.
Судя по взятому Харухи темпу, намечается явно не спринт... ну да, у нас же марафон. А сколько километров она собралась бежать-то? И никто даже время не засёк.
Всё-таки хорошо, что финальным экзаменом был обычный марафон.
— Слава богу, хоть не пришлось отлавливать сто одного хомяка, — пробормотал я, сидя на ступеньке и внимательно следя за ходом экзамена. Харухи вприпрыжку бежала впереди и, словно овчарка, подгоняла подотставших новичков.
Коидзуми, тоже следивший за происходящим, но прищурившись, высказал своё мнение:
— Подобный конкурс невозможен разве что потому, что хомяки для Судзумии-сан не имеют никакого значения.
— А что бы ты делал, если бы Харухи и правда захотела его устроить?
Парень повернул ладони кверху, будто взвешивая «за и против»:
— Разумеется, я бы постарался собрать требуемое количество хомяков. Обратился бы к одному знакомому владельцу сети зоомагазинов. Эти хомячки такие смешные милашки…
Милашки, пока их сто одну штуку не надо расфасовывать по коробкам. У нас тут не ритуал кодоку[25].
— Кстати, Коидзуми…
— Что такое?
— Первокурсники, участвующие в этом дурацком марафоне... они те, за кого себя выдают?
— Конечно. Мы провели расследование и не нашли никаких поводов для беспокойства. Все они земляне, все из нашего времени, вполне обычные люди. — Коидзуми погладил подбородок. — Однако…
— Что ещё?
— Есть среди них одна личность, которая меня заинтересовала. Нет, человек, в общем-то, совершенно обыкновенный... просто что-то на уровне чутья, или предчувствия. Судзумии-сан ведь будет неинтересно, если все кандидаты завалят экзамен, так что хотя бы один ученик должен с ним справиться. Вопрос только — кто? И я почему-то предчувствую, кто именно из них справится, хотя совершенно не понимаю, на чём это наитие основано.
У меня сложилось впечатление, что он подметил ту же самую ученицу, что и я.
— Говоришь, в ней нет ничего необычного?
— Да, мы всё проверили. Есть разве что необычная деталь…
Что за деталь? Давай выкладывай.
Коидзуми хитро усмехнулся и ответил:
— Нет, пусть это пока побудет секретом. Там нет ничего особенного. По крайней мере, ничего опасного для нас. Может, оно даже пойдёт нам на пользу.
Меня слегка смущала уклончивость его ответа, но раз Коидзуми так говорил, оставалось ему поверить. Всё, что касается Харухи, его напрягало больше, чем меня.
— Тем не менее…
Ещё что-то?
— Да, в последнее время меня преследует ощущение, будто что-то здесь не так, только не могу объяснить, что именно. И я имею в виду не ситуацию с кандидатами. Скорее, что-то связанное со мной самим.
Если тебе нужен жизненный совет, спрашивай — при условии, что он не касается романтических отношений.
— Боюсь, это не тот случай, когда совет может помочь, — произнёс он, глядя на цветущие по сторонам лестницы астры. — Я как будто становлюсь тусклее. Не знаю, как это объяснить.
По мне так полуулыбка на твоей железной маске всё такая же.
— Я не о том, что проявляется внешне. Скорее, у меня не получается понять, действую ли я по своей воле, или же моё сознание мнимое, а всё происходящее — только видимый мной сон, но иного порядка. Примерно такого рода мысли меня посещают.
Что, любитель вести раскопки в подсознании Харухи наконец-то наткнулся на мумию? Может, к психиатру сходить? Если у тебя с серотонином[26] проблемы, он тебе пропишет чего-нибудь.