Надя Лахман – Самозванка в академии драконов (страница 5)
– Соседка у вас есть, ее зовут Мелинда Винд, но…
– Но?
– Она ущербная, – комендантша поджала губы и замолчала.
Ах вот оно что. «Ущербными» в нашем мире называли тех драконов и дракониц, кровь которых оказалось слишком слабой. И это было еще не самое обидное слово, выражались и более грубо.
Говорят, когда-то, несколько тысячелетий назад, в Кадмусе все было иначе. У каждого дракона и драконицы в день совершеннолетия пробуждался магический дух – зверь, который позволял нам встать на крыло.
Говорят, когда-то именно эти звери определяли для себя наилучшую пару. Не по положению в обществе, богатству, связям, а именно по духу и магии.
Много чего говорят.
Как я знала из истории, потом что-то случилось, и магические духи стали пробуждаться все реже и стали слабее. Мы по-прежнему обладали магией драконов, жили так же долго, как и они. У всех нас, когда мы злились или были возбуждены, зрачок становился вертикальным, у некоторых даже появлялись чешуйки на лице.
Мы хранили чистоту своей крови, возведя это в абсолют. Никаких внебрачных детей. Брак желательно с драконом из сильного рода, в котором
Но иногда… появлялись такие, как неизвестная мне пока Мелинда Винд. Без магии вообще. И к сожалению, общество было к ним довольно жестоко, вымещая на них свой собственный страх за будущее расы, как будто они могли быть заразными.
Но погодите… что Мелинда вообще делает в Академии Драконов, если у нее нет магии? Этот вопрос я задала комендантше.
– Она здесь на птичьих правах. Ее отец, насколько я знаю, убедил принять ее без защиты Драконов Основателей. Ректор Линдвор согласился, но с условием, что она может быть отчислена в любой момент, – комендантша покачала головой. Она явно не одобряла доброты по отношению к ущербным.
– Ой, да что же мы все стоим, совсем вы меня заболтали. Вот ваш ключ, Блейз, не потеряйте, другого не дам, – снабдив меня последними напутствиями, комендантша ушла, что-то бормоча себе под нос.
…В комнате, где мне предстояло жить, все было поделено на две части, как будто они были зеркальным отражением друг друга. Две односпальные кровати и тумбочки, у окна два рабочих стола со стульями, два шкафа у стены. Со стороны Мелинды была дверь, за которой обнаружилась уборная и крошечная душевая. С моей – входная дверь.
Окна комнаты, расположенной на первом этаже, выходили на главный корпус и огромный круглый циферблат часов, расположенных на одной из его башен.
Сейчас территория академии опустела – все адепты были на лекциях, но мне это было только на руку: нужно было срочно до прихода соседки перекрасить волосы. Не стану же я при ней ходить в капюшоне?
Сбросив свертки на кровать, я быстро выудила из саквояжа краску и травы и направилась в душевую, надеясь на то, что у меня есть около двух часов, чтобы сделать нужный состав, нанести его на волосы, подержать, смыть и убрать за собой все следы.
Надеялась я зря…
*****
– Тьма! – через два часа я мрачно рассматривала себя в зеркале, висевшем над раковиной. Нет, волосы я действительно перекрасила и даже успела отмыть душевую и выбросить испорченное полотенце в ведро. Теперь никто не догадается, что здесь скрывали следы преступления. Вот только вместо черных они получились… непередаваемого пурпурно-малинового оттенка.
Видимо, я где-то ошиблась…
Признаюсь, такое бывало и раньше: кремы и зелья, что я изготавливала, часто имели непредсказуемый эффект. Например, отбеливающий крем с розовыми лепестками, что я подарила маме на новогодье, почему-то сделал ее кожу серебряной. А туалетная вода, подаренная отцу, пахла не морской свежестью, а… Ладно, об этом вообще лучше не вспоминать.
Самое обидное, что я делала все в точности по рецептам. Перепроверяла себя несколько раз. Вот и сейчас в краску, купленную в косметической лавке, добавила пол мерной ложки артемизии, щепотку вербены и капельку магической эссенции. И вот результат.
Я обреченно застонала, с надеждой глядя в зеркало: вдруг это временный эффект и краска просто не взялась как следует и еще потемнеет?
Увы, высыхая, волосы становились только ярче, и теперь цветом своим могли поспорить с любимым матушкиным цветком – розовой фиалкой. Меня бы сейчас и она не узнала, настолько яркой и вульгарной стала моя внешность. Хорошо хоть, что брови получились не малиновыми, а… темно-фиолетовыми.
– Это конец, – прошептала я, и мое отражение согласно кивнуло.
Вот тебе и решила затеряться в Академии Драконов: да теперь только ленивый не будет таращиться на меня и показывать пальцем!
В комнате открылась и закрылась дверь: судя по всему, моя соседка вернулась с занятий. Ну что, пора познакомить ее со мной новой? Единственной и неповторимой, в меру пурпурной драконицей.
– Привет!
Я вышла из душевой и улыбнулась, заметив шокированное лицо девушки, застывшей около двери. Видимо, появление в ее комнате соседки было для нее полной неожиданностью, и она рассчитывала, что будет жить здесь одна. Или ее так поразила моя внешность?
– Мое имя – Верона Блейз, можно просто Рона, – продолжала я знакомство, потому что ответом мне пока что была тишина. И я ее очень хорошо понимала, сама была бы в шоке, увидев такое чудо.
– Мелинда Винд, или просто Минди – девушка, наконец, отмерла и подошла поближе, давая мне как следует ее рассмотреть.
Среднего роста, стройная, симпатичная. С копной вющихся рыжеватых волос и глазами какого-то невнятного цвета. Зелено-карими? Серо-карими? Увы, если бы я даже не услышала рассказ комендантши, сейчас и сама поняла бы, что передо мной стоит ущербная: у чистокровных драконов таких глаз быть просто не могло.
Всех драконов, в ком сильна была кровь, объединяла очень яркая и чистая радужка глаз: серебристая, голубая, изумрудная, синяя, желтая. У некоторых, взявших магию от обоих родителей, могли быть глаза-хамелеоны. Такие, например, были у Вероны, чье место я заняла в академии.
У Минди глаза были как у обычных людей.
– Ты что, фея? – соседка плюхнулась на кровать, с интересом рассматривая меня в ответ.
– А что, похожа? – я не сдержала смешка.
– Вообще-то, не очень, – призналась она, и тут же добавила: – Не то чтобы я не рада соседке, но… ты ведь знаешь, кто я, – она отвела взгляд в сторону. – Меня тут все сторонятся, так что…
– Это их проблемы, – я пожала плечами и, улыбаясь, приблизилась к ней. – Ну что, Минди, расскажешь мне, как здесь все устроено?
*****
Пока я распаковывала вещи, выданные комендантшей, соседка рассказывала мне об академии. В свертках нашлось постельное белье, чистые полотенца, новенькая ученическая форма синего цвета – юбка до колен, блузка и пиджак, а также теплая мантия и нечто узкое, тянущееся в разные стороны.
– Это что? – я широко растянула… мужские кальсоны?
– А, это… Тренировочная форма, ее всем девушкам выдают, – Минди махнула рукой. – Тебе должны были дать еще ботинки к ней.
Ботинки действительно нашлись, как и многое другое, что могло пригодиться в учебе: плотная холщевая сумка на плечо, тетради и перья. Почему-то я, сбегая из дома, даже не подумала, что все это нужно взять с собой.
– Так вот, профессор Харел Гримвуд декан первого курса, – продолжила девушка.
– Какой-то он жуткий, – я закинула тренировочную форму подальше на полку и принялась разворачивать следующий сверток, в котором оказались принадлежности для гигиены: АД славилась тем, что обеспечивала своих адептов всем необходимым.
– Интересно, он всем адептам оказывает такой «теплый» прием, или здесь просто так принято?
– Жуткий? Я бы так не сказала, скорее он строгий. А вот наш ректор сущий демон, то есть, я хотела сказать дракон.
– Что, так лютует над бедными первогодками? – пошутила я, продолжая шуршать оберточной бумагой.
– Еще как, – Минди серьезно кивнула. – Придирается ко всем, и особенно к первому курсу. Я здесь всего несколько дней, но уже успела наслушаться о нем всякого. Да и выглядит он, – подруга зябко повела плечами: – не хотела бы я вызвать его гнев.
– Нда… – я покачала головой. – Вот тебе и дряхлый безобидный дракон.
– Прости, что ты сказала? – Минди удивленно на меня посмотрела.
– Мне говорили, что ректору Линдвору ни до чего нет дела, – решила я блеснуть знаниями, полученными от Вероны.
– Ты что, не знала, что в академии новый ректор? Профессор Линдвор недавно ушел в отставку и на его место назначили другого.
– Кого?
– Лорда Дэриона Инферно, слышала о таком?
Я в ужасе замерла с блузкой в руках, стиснув пальцами ни в чем не повинную ткань.
«Инферно здесь… ректор? Это похоже на бред», – билась в сознании мысль. Такого не может быть, просто не может. Бежать от него и в итоге оказаться под самым его носом? Что это, как не насмешка судьбы?
– Рона, с тобой все в порядке? На тебе лица нет, – соседка подошла, с тревогой смотря на меня.
– Да, конечно. Прости, просто вспомнила кое-что, – я вымученно улыбнулась.
– Ну тогда переодевайся быстрее, сходим пообедать, а после у нас собрание в большом ритуальном зале. Ректор Инферно будет лично распределять всех первокурсников по группам. Я так волнуюсь. А ты?
Волнуюсь ли я о том, чтобы встретиться с ним лицом к лицу? Да нет, какие волнения!
Мне. Точно. Конец.
Глава 4
Столовая академии представляла собой огромный зал со сводчатым потолком, с которого свисали тяжелые люстры на цепях. В широкие окна лился солнечный свет погожего зимнего дня, рассыпаясь лучами по каменному полу. Все пространство было заставлено столиками на разное количество персон, а справа, у раздачи с едой, выстроилась длинная очередь адептов в синей форме.