Надежда Янаева – Лукинские хроники (страница 17)

– Я, когда увидел вас на пороге, со всеми этими пакетами подумал, что может они и правы. Еще мне пришла в голову мысль, что возможно, это, не знаю, что, что-то неуловимое, что свойственно землянам. Может этому можно научиться? Может все это время я ошибочно полагал, что это зашито в их ДНК, а на самом деле, – он задумался и замолчал.

– Вы про милосердие? – усмехнулся Питер.

– Что это? – не понял Боф.

– Почитайте на досуге. Мне пора. Так вы обязательно приезжайте ко мне в гости, – настойчиво повторил Питер, уже прощаясь. – И главное помните: люди важнее идей!

– Что? – не понял Боф.

Ответа он так и не услышал, Питер уже сбегал вниз по лестнице.

– Люди важнее идей? – непонимающе повторил Боф. – Люди? Идей? Какие люди, каких идей? Идей, люди? – он повторял это весь вечер и наконец, до него дошло. – Я понял, – сказал себе Боф и, успокоившись, улегся спать.

Он не собирался ехать к Питеру, во-первых ему было не на чем, во-вторых, зачем, собственно? Но его удивило, то с какой настойчивостью тот предлагал. Через еще пару недель любопытство взяло верх, и он попросил у своего бывшего секретаря мобиль на один день. Тот очень удивился звонку бывшего шефа, но на всякий случай не стал тому отказывать.

– Кто знает, он очень умный, вдруг вернется обратно? – рассудив так, секретарь отправил ему старенький никому не нужный служебный мобиль.

Предупредив Питера заранее о своем прибытие, Боф попросив помощницу, чтобы она помогла ему забраться в машину, отправился в поездку. Хоть мобиль был и старым, делать в нем особо ничего было не нужно. Настроив его на заданные координаты, Боф погрузился в созерцание пейзажа за окном. Раньше он не часто покидал помещения института и теперь с интересом наблюдал за открывающимися перед ним видами.

Добравшись на место, Боф был встречен Питером. Тот услужливо помог ему спуститься.

– Как тут у вас, – сказал ему Боф, оглядываясь по сторонам.

Сказать, что красиво у него не поворачивался язык. Даже по лукинским меркам местность, где жил Питер наводила жуть. Сразу становилось тревожно и тоскливо.

– Почему вы не улетаете отсюда? – не удержался Боф.– Вы же можете жить, где угодно в Галактике?

– Вы тоже, – в ответ пожал плечами Питер.

– Я ученый здесь моя работа, – возразил Боф.

– Я контрабандист, – усмехнулся в ответ Питер, – здесь моя работа. Пойдемте, что-то покажу, – он поманил Бофа за собой.

Питер оплатил Бофу самоходное кресло, которое доставили после его визита, теперь Боф мог спокойно и бесшумно передвигаться по воздуху, просто управляя креслом силой мысли. Никаких громоздких колес! Боф плавно последовал за хозяином. Питер услужливо открывал перед ним двери. В одной из комнат на кровати лежала женщина. Боф узнал в ней Яло. Она выглядела бодрой и отдохнувшей.

– Что с ней? – прошептал он Питеру.

– Немного снотворного, – также шепотом ответил Пит, он поманил Бофа за собой и аккуратно прикрыл дверь.

– Что это значит?! – шипел на Пита Боф, оказавшись в гостиной. – Извольте объясниться! Вся моя карьера псу под хвост! Вы укрываете беглянку, в то время когда я терплю лишения! – захлебываясь слюной, верещал Боф.

– Тише, голубчик! – осадил его Питер. – Во-первых, я позаботился о том, чтобы у вас все было, во-вторых, что собственно вы потеряли? Своих подчиненных, которые издеваются над вами? Вы в курсе, что над вами смеется весь город? Они установили камеру в машине и с трех ракурсов сняли вашу борьбу с бедным животным? Ваш триумфальный выход из машины тоже не остался не замеченным, и вошел, не побоюсь этого слова, в историю!

Крыса была выбрана самая агрессивная, ей вкололи ударную дозу озверина, так что делайте выводы. Я могу показать, если вы запамятовали. Напомнить вам? – Питер потянулся к планшету.

– Нет не надо, – сумрачно ответил Боф, поправляя очки.

– То-то же, – холодно ответил Питер. – Никто не понес никакого наказания! А между тем высветила науки! И всем все равно! – Питер говорил тихо, но четко чеканя слова. – Вы должны понимать свое место. Чего бы вы ни добились, на работе в своей области, в любой момент за вами может прийти патруль и поволочь в скотовозку. И всего через каких-то двадцать минут вы окажетесь на допросе у следователя, где с вами сделают то, что вы делали с моей дочерью! – Питер зло уставился на Бофа.

С моей, – Питер почти задыхался, – дочерью! И скажу я вам, никто не будет церемониться с вами! Вы это понимаете?!

– Да, я понимаю, – в ужасе закивал Боф.

– Так вот, – Питер взял себя в руки и откинулся в кресле, – с этого момента вы будите делать то, что я вам скажу.

– Хорошо, – уныло ответил Боф, он понял, что сила не на его стороне.

– Вы, – Питер сжал правую руку в кулак, что-то обдумывая, – вы возьмете себе на работу того придурка фельдшера. Он, кстати, все свалил на вас, чтоб вы знали. Так и сказал, когда пришел в себя, что это вы велели убить Яло.

– Какой негодяй! – притворно вскричал Боф.

– Да, – кивнул Питер, – сказал, что вы приказали ему притвориться пьяным и ночью убить женщину.

– В штаны себе нассать тоже я ему приказал? – уточнил ехидно Боф.

– Этих подробностей я не знаю, – усмехнулся Питер. – Давайте не отвлекаться. Чтобы вы знали, я давал показания на вас и просил их оставить вас в покое. Не знаю, что сыграло, возможно, характеристика на него с предыдущего места работы. Вам повезло, его коллеги так не хотели, чтобы он возвращался, что написали всю правду. Его уволили.

– Но позвольте, зачем нам такой тип?

– Для экспериментов, конечно же. Вы же не думаете, что я позволю вам испытывать сыворотку на себе? Он теперь немного не трудоспособен. Думаю согласиться. Сделаете вид, что ничего не знаете, и никто вам ничего не рассказывал. Ведь сыворотка почти готова? – уточнил Питер.

– Да, но как мы ее достанем? – засомневался Боф.

– Это уже не ваше дело. Не переживайте, – успокоил его Питер. – Я сделаю все сам. Значит, продолжим. Мы откроем вам небольшую лабораторию, будет с ним заниматься своим проектом, а параллельно будем думать, что с ней делать, – он кивнул в сторону комнаты, где спала Яло.

– Думаете, мне позволят открыть свою лабораторию после всего случившегося? – с надеждой спросил Питера Боф.

– За былые заслуги, я их уговорю и проспонсирую. Пообещаю, что буду лично вас контролировать. К тому же этот, как его зовут кстати?

– Роге, – сумрачно ответил Боф.

– Да, Роге будет стучать на вас. Мы проведем эксперимент. Посмотрим чем закончиться, если удачно, Роге станет ценным экземпляром, если нет – никто не будет горевать о нем.

– У него есть семья, – всполошился Боф.

– Заплатим, уладим, не волнуйтесь, – скороговоркой ответил Питер.

– Хорошо, как скажите. Как мне вас называть теперь? – почему-то спросил Боф.

– Называйте Питер, пусть думают, что мы друзья. Думаю, вам уже пора, действие снотворного скоро закончится. Да, кстати у меня есть лишний робот пылесос, я вам его одолжу, пусть работает, что без дела лежать.

Не дожидаясь, пока Боф ответит, Питер встал с кресла и ушел в кладовую. В этот-то момент зашла Яло, она очнулась и, не понимая, что происходит в полусонном состоянии встала и вышла из комнаты. Увидев гостиной Бофа, она застыла в изумлении. Питер вовремя вышел из кладовой, он ударил женщину по голове пылесосом, подхватил и отнес обратно в комнату.

– Она не вспомнит обо мне? – спросил его, уезжая Боф.

– Скажу, что ей померещилось. Упала на веранде. Не переживайте. Новое снотворное, не на ком было опробовать, – ответил Питер.

Они попрощались. Боф уехал. Оглядываясь на коттедж, он про себя подумал:

– Все у него – не переживайте, хитрый жук. Ничего посмотрим, как ты запоешь, – вслух Боф, конечно же, ничего не сказал, в машине явно велась запись.

Боф, пока Питер возился с Яло, оторвал пуговицу с манжеты и бросил ее в пустое кресло.

– Если Питер сидел в этом, значит, женщина сидит в том, – решил Боф. – Накидка на кресло грязно-зеленого цвета Питер не должен заметить.

Вернувшись, домой Боф отправил мобиль обратно в институт, он позвонил секретарю и рассыпался в благодарностях.

– Ой, ну что вы, – ворковал секретарь, – всенепременно обращайтесь.

Позже он просмотрел запись поездки Бофа и сказал лаборанту, зашедшему выпить с ним кофе:

– Попомни мое слово, шеф что-то задумал с Иль Марином, добром это не кончится.

– Может, стоит доложить куда следует? – предложил тот.

– Тебе мало было предыдущих допросов? Я еле ноги из тюрьмы унес. Хорошо еще, что во всем Роге обвинили. Нет уж. Пусть сами там разбираются. Я туда больше ни ногой. К тому же Иль Марин тот еще фрукт, вот увидишь он сместит их всех и глазом не успеем моргнуть.

– Ладно, и у стен есть уши, – остановил его лаборант, они сменили тему разговора.

***

Яло соврала Питеру, она прекрасно помнила, что Боф не сидел в кресле, он сидел в инвалидной коляске, только поновее предыдущей. Она специально не стала расписывать Питеру все в подробностях. По его реакции она поняла, что тот будет отпираться до конца.

– Они что-то задумали или пока не решили, что с ней делать, – раздумывала она, разгуливая по болотам.

Роге сидел дома, он был жутко злой, таблетки закончились все и те, что для домочадцев и его. Они ругались с женой каждый день, его выходное пособие таяло на глазах. Звонок шефа обрадовал его, во-первых, он уйдет из ненавистного дома, во-вторых, снова появятся деньги и можно будет снова купить таблетки на черном рынке. С другой стороны, Роге боялся, что вдруг шеф узнает, что он оклеветал его.