Надежда Волгина – Суженая инкуба (СИ) (страница 40)

Я ликовала, наслаждаясь поцелуем. Или правильнее сказать, наслаждалась, ликуя. Моя защита жила самостоятельно и начинала действовать ровно тогда, когда и должна была это делать. Я же могла позволить себе полностью раствориться в чувствах, погрузиться в поцелуй с головой. На этот раз я даже не почувствовала, в какой момент проявила себя темная сущность лорда. Поцелуй длился столько, сколько мы позволили. И это было поистине чудесно. Теперь я точно знала, что нет ничего прекраснее любви. Очень надеялась, что лорд думает так же. Ответную любовь я улавливала в его эмоциях. Но было там еще что-то, характера чего я пока не понимала. И разве что это меня немного напрягало.

Через город мы решили не ехать, выбрали объездную дорогу. Райнер показал мне, как управляться с лошадью, и у меня даже получалось это делать более-менее сносно. Правда пятой точке досталось от долгой скачки и с непривычки.

На привал остановились в лесу. Лорд достал припасы, что купил в городе, и мы плотно поели.

– До сумерек нужно успеть добраться до Круфта, – проговорил он, когда мы лежали, обнявшись, под деревом. – Там и заночуем.

Круфт – это, оказывается, крупный портовый город, откуда мы должны будем продолжить путешествие по морю. Меня такая перспектива несказанно порадовала. Море я видела только по телевизору и на картинках. С детства мечтала о нем, но никому в этом не признавалась. И сейчас, по привычке, скрыла от лорда свою радость. Неужели я увижу море вблизи? Очень надеялась, что у них оно будет таким же, как в моем мире.

Оттягивать и дальше разговор о Франциске я не могла. Неприятно было заводить его, но я должна была узнать правду, какой бы она не оказалась.

– А что Франциска? – уточнил лорд, когда я как бы невзначай поинтересовалась ее делами.

Он склонился надо мной и принялся покрывать лицо поцелуями. Его усы приятно щекотали кожу, но я не должна отвлекаться, раз уж завела этот разговор, хоть мне и хотелось больше всего сейчас забыть обо всем на свете и придаться любви прямо тут, в лесу.

– Она здорова? – снова спросила я, чуть отодвигаясь от него.

– Не знаю. Я ее и не видел, как вернулся. А почему ты спрашиваешь?

Он просек, что разговор этот я завела не зря. Сел рядом и прислонился спиной к дереву. Сразу же уловила, что мысли его заработали активнее. Лорд пытался понять, почему именно сейчас я заговорила о Франциске.

Я лихорадочно соображала, как построить разговор так, чтобы Райнер ни о чем не догадался. В любом случае, сейчас не время было выводить негодницу на чистую воду. Сначала мне нужно было удостовериться, что с ней все в порядке, а потом уже решать, как быть дальше.

– Когда я была в Храме иллюзий, в Аллизарии, то видела Франциску, и мне показалось, что она больна.

– Не думаю… – откликнулся лорд. – Сэр Берингар сообщил бы мне, если бы с ней случилось что-то серьезное. Да и Адалард вел себя как обычно.

– А что тебе сказал сэр Берингар, когда ты вернулся? Ну… про меня?.. – аккуратно подошла я к интересующей меня теме.

– Правду, – серьезно посмотрел на меня лорд. – Что тебя похитили гархалы.

– А как он об этом узнал?

– Сказал, что получил послание, – задумчиво отозвался лорд. – Но почему ты спрашиваешь?

Он снова склонился надо мной и поцеловал. Только вот мне в данный момент было не до этого. В рассказе лорда была какая-то странность. И чем больше я об этом думала, тем сильнее склонялась к мысли, что маг скрывал от меня даже больше, чем мне казалось сначала.

До Круфта мы добрались опять с сумерками. На этот раз ночевать нам предстояло в настоящей гостинице, чему я несказанно обрадовалась. Честно говоря, этот день показался мне ужасно длинным и выматывающим. Больше всего мечтала о горячей ванне и чистой постели.

Наконец-то я добралась до зеркала. Чтобы соблюсти приличия, Райнер снял нам две комнаты. После ужина я сразу же отправилась в свою, сославшись на усталость. На самом деле, я просто хотела побыть одна и подумать. Этим я и занималась, отмокая в горячей воде, а теперь вот рассматривая свое отражение в зеркале.

С черным глазом я себя не узнавала. Не то чтобы лицо сильно изменилось, но я чувствовала в себе что-то инородное, не принадлежащее мне. И именно это накладывало отпечаток на внешность. Интересно, что это? Разновидность мутации, которой я подверглась? И как такое вообще возможно? Что связывает нас с Келсом? А эту связь я начала отчетливо улавливать, стоило только осознать свои новые способности. Намеренно старалась не думать про принца гархалов, но знала точно, что стоит мне только на него настроиться, как и его буду чувствовать так же, как и Райнера. Но этого я точно не хотела, потому как о нем я стремилась забыть, тем более сейчас, когда была так счастлива несмотря на общую неустроенность в жизни.

Я даже примерно не знала, что ждет меня в будущем. Лорд ни словом не обмолвился, как мы будем жить, когда вернемся в Мингерию. Для него я была не ровней – всего лишь осиротевшая племянница мага. От того же сэра Берингара я знала, насколько сильны классовые различия в этом мире. Каждый знал свое место, и по всей видимости, я тоже должна была придерживаться этой линии поведения. Но как я могла, если больше всего на свете хотела принадлежать лорду, делить с ним горести и радости, быть его неотъемлемой частью? Не могла ни задаваться вопросом, как отнесусь к тому, если он не сможет предложить мне ничего более роли вечной любовницы? Не то чтобы я сомневалась в его чувствах, но высокое положение в обществе накладывало на него определенные обязательства. И сейчас я впервые задумалась, а не лучше ли мне было остаться среди гархалов? Но и там мне, по сути, не было места.

С такими безрадостными мыслями я отправилась в постель. Уже засыпая, решила, что нужно довольствоваться тем, что есть здесь и сейчас. А сейчас я была счастлива, несмотря ни на что.

Ночью случилось то, чего я ну никак не ожидала. Пробудилась я от удушья, понимая, что не могу ни вдохнуть, ни выдохнуть. Меня придавливало что-то тяжелое, а к губам прижимались чьи-то губы. Остатками разума сообразила, что две сверкающие точки, что вижу перед собой, это глаза Райнера, и сейчас он явно не в себе, полностью лишенный человеческого облика. Случилось то, о чем я напрочь забыла, от чего лорда охраняла магия сэра Берингара. Инкуб полностью завладел его разумом, вытесняя все человеческое. Как тогда, на его половине крепости, лорд пришел, чтобы высосать из меня жизнь.

Все эти мысли промелькнули разом в моем уплывающем сознании, как и та, что только я сама могу сейчас спасти себя. Но пробудилась я слишком поздно, сил не осталось, чтобы попытаться сконцентрироваться. Да и натиск инкуба был слишком мощный, сметающий все на своем пути.

Я уже умирала, отчетливо это осознавая, когда пришла помощь. Черный туман появился разом, став преградой между мной и Райнером. Плотным слоем он залег между нами, отбрасывая лорда на пол, накрывая его целиком, освобождая меня от удушья. Силы мгновенно наполнили мое тело, а темнота не помешала видеть все отчетливо. Лорд корчился на полу, в то время как туман перетекал с поверхности внутрь него, всасывался в рот, уши, глаза…

– Нет! Нет!..

Ужас завладел мной. Я понимала, что еще миг, и спасать уже будет некого. Толком не отдавая себе отчета в том, что делаю, я упала перед Райнером на колени и принялась «разгребать» туман, словно это был слой грязи, «очищать» от него того, кем он пытался завладеть.

– Пожалуйста, не делай этого! – молилась я, четко зная, кого прошу о милости. Это с лордом делал Келс. Именно он сейчас пытался убить того, кто был мне дороже жизни. – Убери это, прошу!.. Без него я не смогу жить…

У меня получалось разгонят туман. Я понимала, что на время остановила процесс проникновения. Но сколько бы я ни разгоняла его, ровно столько же появлялось вновь.

Силы мои уже были на исходе. От крайнего напряжения я перестала чувствовать руки, продолжая ими активно работать. Туман сгущался, а вместе с этим таяла надежда на спасение лорда. Вот тогда от моего сознания потянулась вторая нить, к Келсу. Только так я могла побороть его магию, установив прочную связь.

– Ты не убьешь его, я не позволю, – стиснула я зубы так, что почувствовала привкус крови во рту.

Теперь уже не мои руки действовали, а моя воля. Именно она разогнала туман без остатка. Я уловила злость гархала, она гулом отозвалась в моих ушах. Но в данный момент мне было наплевать, как чувствует себя он. Знала только, что на новую атаку он не решится… пока. Меня волновал только Райнер, лицо которого сейчас казалось белее мела, а неподвижность напугала меня так, что какое-то время я не решалась послушать, бьется ли его сердце.

Я смотрела на лорда и понимала, что если он еще не умер, то очень скоро это. Припала к его груди и не сразу уловила едва различимое биение сердца. Но такое слабое! Чтобы его услышать, пришлось до крайности напрячь слух.

– Помоги мне! – снова взмолилась я, точно зная, что гархал меня если не слышит, то отчетливо чувствует, как чувствовала сейчас его я. – Спасибо его! Я не знаю, как это сделать.

Драгоценные секунды утекали. Я с ужасом осознавала, что не получается уговорить Келса спасти Райнера, что принц настроен довести дело до конца и точно знает, что процесс вот-вот завершится. Совершенно обезумев от отчаяния, я припала к губам лорда, раздвигая их языком, пытаясь наполнить его собственной жизнью. Я знала, что та часть черного тумана, которую мне не удалось разогнать, по-прежнему находится в нем, и именно она убивает его. Как-то само собой я поняла, что нужно делать – из меня в тело лорда потекла энергия жизни, а в меня принялся переползать туман. Когда я почувствовала, как теплеют и оживают губы Райнера, в ушах заиграла музыка. Гархал смеялся над нами.