Надежда Волгина – Суженая инкуба (СИ) (страница 2)
Коридор вывел меня в просторную залу, освещенную несколькими факелами и свечами в старинных массивных канделябрах. В резном кресле с высокой спинкой сидел белобородый старец и внимательно вчитывался в толстый фолиант, раскрытый примерно посредине. Казалось, мое появление осталось для него незамеченным, но уже в следующий момент я встретилась взглядом с пронзительными голубыми глазами, в которых плескалось изумление.
– Уже на ногах?! – воскликнул старец, вскакивая с кресла и подбегая ко мне. Я успела заметить, что на нем надет бархатный халат в пол, в вырезе которого выглядывает белоснежная кружевная рубаха. – Удивительно! – принялся кружить он вокруг меня, трогая и разглядывая. – И ничего не болит? – дотронулся он почему-то до моего лба. – Сверх регенерация… Первый раз с таким сталкиваюсь…
– Извините…
Попыталась заговорить с ним я, но меня тут же перебили:
– С ума сошла! Она босая!..
И тут произошло самое невероятное за все то время, что находилась в сознании. Старец схватил меня за руку, и мы с ним оказались в той самой комнате, из которой и началось мое маленькое путешествие. Признаюсь, что чуть не обделалась от страха, когда поняла, что же произошло. А когда увидела, как старец провел рукой над лубком, и тот превратился в мягкое ложе, то и вовсе едва не свела на нет все его или еще кого старания по моему излечению.
– Живо в постель, ненормальная. Разгуливать босиком после такой тяжелой травмы!.. Хочешь заработать воспаление?!
– Нет, – твердо произнесла я, решив, что не сдвинусь с места, пока он не покажет мне уборную. – Мне нужно в туалет!
– Так в чем проблема? Для этого не нужно было никуда идти. Горшок под лавкой, – указал он рукой.
И я его рассмотрела. Ночной горшок с крышкой. Уму не постижимо! Хотя… горшок – это мелочи, если сравнивать с тем, отчего до сих пор шевелились волосы на голове.
– Давай-ка, делай свои дела, а потом я тебя погружу в сон, – велел старец, выходя за дверь.
Уговаривать меня не нужно было. К тому времени я уже еле сдерживалась. Горшок, так горшок. Хорошо хоть с крышкой.
– А теперь быстро в постель, – вернулся старец ровно тогда, когда я управилась и одернула сорочку.
Не дожидаясь новых возражений, он подбежал ко мне, схватил за руку и потащил к кровати. Уложив меня, подоткнул со всех сторон одеяло и проговорил:
– Завтра, деточка, все вопросы завтра… А сейчас спать и набираться сил… Спать… Спать…
Каждое последующее слово слышалось все из большего далека. А голубые глаза все приближались, пока я не утонула в них, уплывая все дальше. Засыпала с мыслью, что никакая это не больница.
Глава 2
– Госпожа, проснитесь! Вам приснился дурной сон…
Моего лица коснулась чья-то рука и ласково проскользила по лбу и по щеке. Рядом с кроватью стояла девушка и с улыбкой смотрела на меня. Не то чтобы она была хорошенькой, но очень опрятной, хоть и одежда на ней была, как у прислуги в кино про стародавние времена. Поверх длинного и расширенного к низу коричневого платья повязан белоснежный передник с кружевными оборками. А на голове смешной кружевной чепец.
Я села в кровати и попыталась собрать мысли воедино. Еще вчера выяснила, что ни в какой я не больнице. Значит, это не медсестра. Тогда кто? И главное, где я? А еще тот старик…
– Как вы себя чувствуете? – снова заговорила девушка. – Сэр Берингар велел вам не вставать, если не чувствуете в себе достаточно сил.
– Сэр Берингар?..
– Ну да. Он тут самый главный и очень строгий, – вмиг посерьезнела она. – Поэтому, повторю свой вопрос – как вы себя чувствуете, госпожа?
Какая я ей госпожа? Издевается она что ли? Не похоже… А вот ответа на свой вопрос ждет и как-то очень напряженно.
– Вроде, нормально… Голова немного болит, – прикоснулась я к вискам и принялась их массировать.
– Ну это и не удивительно! – снова разулыбалась девушка. – Вы же уже неделю как лежите, а кроме эликсира жизни ничего не принимали. Во голова и разболелась, от голода… Ну ничего! Сейчас я вас одену, и вы спуститесь к завтраку. Сэр Беринга сказал, что непременно составит вам компанию…
– Постой! – прервала я ее безостановочный поток речи. – Где я? И кто ты? – задала я вопросы, которые в данный момент показались мне существенными.
– Я Джитта, – присела девушка в книксене. – Теперь ваша верная служанка. А остальное сэр Берингар расскажет вам сам. Мне велено молчать…
Это она так молчит? – едва не рассмеялась я. Как же тогда эта болтушка разговаривает? Впрочем, девушка мне понравилась с первого взгляда.
– Приятно познакомиться, Джитта, – попробовала я на слух незнакомое и диковинное имя. Старонемецкое что ли? – А я…
Я?.. Меня зовут… Что же это такое? Как ни напрягала память, но вспомнить собственное имя так и не получилось.
– Ты, случайно, не знаешь, как меня зовут?
Джитта бросила на меня испуганный взгляд и отвечать не торопилась. Теперь ее молчание уже немало напрягало меня.
– Джитта?.. – позвала я, но она как переставляла баночки на столе, так и продолжала этим заниматься. – Да что здесь происходит?! – вскочила я с кровати и приблизилась к девушке, поворачивая ты лицом к себе.
– Госпожа не должна меня ни о чем спрашивать, – смотрела она куда угодно, только не на меня. – Мне запрещено вести с ней серьезные разговоры. Сэр Берингар вам все сам расскажет. Сейчас я принесу вам одежду… Вас уже ждут в столовой…
С этими словами она выскочила за дверь, а я в растерянности опустилась на кровать и поджала под себя ноги. Что же получается, что я забыла только имя? Как ни силилась, ни напрягала память, даже примерно не могла вспомнить, как и кто меня называл. Разве что дурацкое «солнышко». Но это кличка, которую придумал Витя. На большее он просто не был способен.
Вернулась Джитта с ворохом одежды в руках, за которой ее и разглядеть-то не удавалось. И началось мое облачение. Панталоны, сорочка, корсет, нижняя юбка, еще одна, платье из тяжеленой парчи… К тому моменту, как Джитта затянула шнуровку у меня на спине, мне уже казалось, что на плечи давит непосильных груз, который мне никогда не удастся сбросить.
– А что же мне делать с вашими волосами? – всплеснула девушка руками и брезгливо подцепила пальцами мои короткие и, как подозревала, довольно растрепанные пряди. – Кто же вас так изуродовал?
Хотела я ей сказать, что ношу очень даже стильную и модную стрижку, что стоила она мне чуть ли не половину зарплаты в элитном салоне… Но что-то мне подсказывало, что Джитта меня не поймет, а осудит еще сильнее.
– Ладно, сейчас по-быстрому сколю шпильками, а потом придумаю что-нибудь поинтереснее. Хотя, сэру Берингару ваши волосы тоже не понравятся, – уверенно кивнула она самой себе. – Неплохо, если отрастит…
Еще через пять минут, после торопливых манипуляций шустрых пальцев Джитты у меня в волосах, я уже спускалась по винтовой лестнице. Только на этот раз мои ноги были обуты в золотистые туфельки на невысоком каблуке, да и одежды на мне было столько, что временами даже бросало в пот.
Девушка бежала впереди, указывая мне путь, но пришли мы в итоге в ту же комнату, где побывала сегодня ночью. И тем сэром Берингаром, которого так боялась Джитта, оказался тот самый старец, что удивлял меня чудесами в ночи.
– А вот и наша красавица! – восхищенно развел он руками, оглядывая меня с головы до ног.
Сам старец тоже выглядел не так по-домашнему, как ночью. На нем были надеты штаны-галифе, заправленные в сапоги, и бархатный камзол, и под которого выглядывали ворот и манжеты кружевной сорочки. Даже примерно не могла предположить, сколько ему может быть лет. Судя по совершенно белым волосам и бороде, он уже довольно древний. Только вот лицом и осанкой не смахивал даже на моложавого старика. Странный, в общем, тип.
– Джитта, вели подавать завтрак, – обратился он к служанке, приближаясь ко мне и беря под руку. – Прошу вас, – указал он на сервированный стол и повел меня к нему.
Когда я заняла предложенный мне стул, по размеру и форме больше напоминающий трон, сэр Берингар занял место во главе стола и долго расправлял на коленях салфетку. Так долго, что я не выдержала и заговорила первой, возможно, нарушая тем самым правила местного этикета.
– Объясните мне, пожалуйста, где я и что тут делаю! – не слишком вежливо и тихо потребовала. Наградой мне послужил не самый довольный взгляд голубых глаз. Невольно вспомнила о его умении гипнотизировать и вздрогнула всем телом. Воспоминания не рождали приятных ассоциаций.