Надежда Волгина – Блондинка не сдаётся (страница 4)

В Саррии не было системы – этот район был застроен самыми разными в архитектурном плане особняками. Хозяева домов словно соревновались друг с другом – у кого жилище современнее, богаче и престижнее. Дом же, который тридцать лет назад купил отец Рикардо, был совершенно несовременный, а даже считался старинным, поскольку простоял тут более ста лет. Никакого стекла и мрамора, модных металлических конструкций и ассиметричного дизайна. Двухэтажный, выкрашенный в розовато-бежевый цвет, со множеством балкончиков, на которых мама разводила цветы, и с солярием на крыше этот особняк выделялся из всех. А еще вокруг него был разбит сад, за которым круглогодично ухаживал штат садовников. Был на территории особняка и бассейн – такой большой, что в нем можно совершать заплывы. Возле бассейна Рикардо и нашел отца в это субботнее утро.

Суббота и воскресенье в семье Рикардо всегда считались днями отдыха. И если мама – домохозяйка со стажем, особенно не выделяла эти дни, то отец любил отдыхать со вкусом. Особенно летом – с утра, пока солнце еще не начало активно печь, он располагался в шезлонге у бассейна с газетой и коктейлем. Читал, загорал и потягивал приятную прохладу. Все в семье знали, что в такие часы ему лучше не мешать. Но для Рикардо сегодняшний день был особенным, и предстоящий разговор с отцом он никак не мог отложить.

– Пап, мне нужно поговорить с тобой, – опустился Рикардо на соседний шезлонг.

День сегодня обещал быть жарким. А это значило, что на сиесту отец запрется в своем кабинете, в который вообще мало кому разрешалось заходить без надобности.

– Сейчас? – недовольно посмотрел на него отец поверх газеты.

Только сегодня Рикардо прилетел в Барселону. Не было его в родном городе почти месяц. Но даже поэтому отец не собирался изменять своим привычкам. Впрочем, упрямство Рикардо унаследовал от него.

– Сейчас, пап, это важно.

– Даже так? – усмехнулся отец в усы и отложил газету. – Ну выкладывай тогда.

– Мне нужна работа. В России. В Казани. В твоей гостинице.

Отец сколотил состояние на гостиничном бизнесе. Не только в Испании у него была сеть отелей, но и за рубежом тоже. В том числе и в городе, который Рикардо сейчас больше всего интересовал.

– Сын, ты меня не перестаешь удивлять! – выпрямился отец и подался к Рикардо. – С чего это такая тяга к труду? И почему именно в России? – коротко хохотнул.

По лицу отца Рикардо видел, что к его просьбе тот серьезно не относится. И сейчас ему было жизненно необходимо убедить его в обратном – внушить мысль, что для него эта работа очень важна.

Осуждать отца за такое отношение не получалось – Рикардо сделал все, чтобы заслужить его. После окончания университета, он ни дня не работал. По большей части проводил время в безделье, по меньшей – в кутежах. Но с другой стороны, никто от него и не требовал чего-то другого. В бизнес его отец не пускал, а деньгами снабжал с лихвой. А чем еще заняться состоятельному, молодому и красивому мужчине в стране, наполненной толпами туристов.

– Я встретил девушку, – решил быть честным Рикардо. – Даже не девушку, а богиню, мечту всей своей жизни. Когда ты ее увидишь, поймешь меня. Но сначала мне нужно завоевать ее. А живет она в Казани.

Отец хмыкнул и какое-то время молча рассматривал сына. А потом удовлетворенно умозаключил:

– Ты влюбился.

– О чем и речь, – без тени улыбки отозвался Рикардо. – Устрой меня управляющим в гостиницу.

– У меня там есть управляющий.

– Пап, ну уволь его, значит! – возмутился Рикардо и ответом ему снова послужил пристальный взгляд.

– Когда готов приступить к работе? – прищурился отец.

– Да хоть завтра! – выпалил Рикардо и вскочил с шезлонга.

Он больше не мог бездействовать и находиться так далеко от девушки с чудесным именем Ульяна. Душа его рвалась навстречу с ней, а тело мечтало о близости ее тела. И разделяли их лишь сомнения его отца.

– Хорошо, – медленно произнес отец. – Я сделаю это. Но даю тебе месяц, чтобы доказать, что я не ошибся. Если не справишься, то больше можешь меня ни о чем таком не просить.

Глава 7

– Я в шоке! Никак не могу успокоиться, – мерила Марина шагами гостиную и возмущенно поглядывала периодически на меня.

Понятно, что злилась она на Сашу, ну а я была ее громоотводом. Хоть злиться должна я, а не она. Но, как ни странно, я довольно быстро успокоилась и утешилась. Даже сама от себя не ожидала.

Вчера, когда проводила, то есть, выпроводила с позором Сашу, я добросовестно проревела с полчаса, пока не решила, что хватит. Ну не могла я оплакивать мужика, который не умер и даже не ушел к другой – который променял меня на загорелого качка. Еще через полчаса вся ситуация мне уже казалась смешной. Об одном жалела, что так долго не замечала в собственном бойфренде странные наклонности. И как у него получалось настолько хорошо маскироваться?

А когда в воскресенье вечером из деревни вернулась Марина, я поделилась с ней шокирующей новостью. Реакция подруги оказалась куда как более бурной, чем моя собственная.

– И что? Ты собираешься оставить это дело так? – остановилась Марина напротив меня.

– В смысле? А что еще я могу сделать? С Сашей мы уже разбежались.

– Отомстить! Ты можешь отомстить ему, – подбоченилась Марина.

– Зачем, Марин? Он себя уже сам наказал. А может не он… природа или судьба, или еще что. Не думаю, что он кайфует от всего этого.

– А я вот думаю по-другому! И тебя он все время держал за дурочку, уж извини.

– Да я себя и сама такой считаю, – горько рассмеялась я. – Слушай, Марин, а вдруг это заразно? – посмотрела я на нее с полным серьезием во взгляде.

– Ты о чем? – непонимающе нахмурилась подруга.

– Ну вдруг я тоже стала лесбиянкой? Вот как наброшусь сейчас на тебя. У! – выкрикнула я и сделала характерный жест руками.

– Да ну тебя! – отскочила от меня она и заржала так, что стены затряслись. – Чего мелишь-то? – с трудом получилось разобрать.

– Шучу конечно же. А Сашка… пусть живет. Гомосексуализм – это не преступление, если уж на то пошло. Ты мне лучше скажи, куда можно сходить насчет работы?

– Что б я еще знала, – сразу же опечалилась Марина.

Сама она подрабатывала все время. В отличие от меня, финансировать ее родители не могли. Они ей разве что помогали материально, но все три года учебы Марина усиленно работала. Вот и сейчас трудилась горничной в каком-то отеле.

– Завтра поговорю с управляющим. Может и для тебя найдется местечко, – пообещала Марина.

Я же решила еще и резюме поотправлять всюду, где могли требоваться люди со знанием языков. И завтра снова отправлюсь на поиски работы. Все же, в понедельник шансы если и не удваиваются, то значительно возрастают.

Воскресный вечер мы провели вдвоем с Мариной. Никуда идти не хотелось, да и набегалась я за эти два дня. Хотелось просто поваляться на диване, поболтать о пустяках и посмотреть телевизор. Что мы и сделали. Спать отправились пораньше. Маринке завтра ни свет ни заря на работу, а мне – на поиски оной.

Из дома в понедельник мы тоже вышли вместе, правда, разошлись в разные стороны. Я поплелась на остановку, потому как сегодня решила окучивать центр. Марина же работала в гостинице, которая находилась не так далеко от дома – на работу она ходила пешком.

Все зря!

Я близка к отчаянию!

Я никогда не найду эту чертову работу!..

Примерно такие мысли начали все сильнее одолевать меня, когда время приблизилось к обеду, а я не продвинулась в поисках ни на капельку. Вернее, успела побывать я в куче мест, но везде мне вежливо отказали.

Я уже шла к остановке, чтобы отправиться домой и весь остаток дня чувствовать себя побитой собакой, как позвонила Марина.

– Улька, дуй сюда! – грозным шепотом велела подруга.

Невольно представила себе ее в чуланчике (как в кино «Как украсть миллион»), со шваброй в обнимку, почему-то, и прижимающей к уху телефон.

– Зачем? – ответила тоже невольно шепотом.

– Я поговорила о тебе с управляющим, и он велел приехать тебе на собеседование.

– А почему шепотом?

– Ой… Да тут сейчас такой скандал был – как раз уволили горничную за воровство. Ну и я, значит, под шумок… Сначала он на меня наорал, потом чуть не уволил тоже, ну а дальше ты знаешь. Просто, шифруюсь на всякий случай. Жду тебя!

Ответить я не успела – Марина отключилась. Я же продолжила путь на остановку, но уже в более приподнятом настроении. Конечно, работа горничной – не предел моих мечтаний, и особых умений, как и знаний она не требует. Но как говорится, на безрыбье… Да и нужно еще, чтобы меня взяли! А еще я вспомнила рассказы Марины, что управляющий у них настоящий псих. Боязно стало вдвойне, но и это испытание я решила выдержать с честью.

Не доходя до гостиницы, я позвонила Марине.

– Встретишь? – коротко бросила в телефон.

– Да я жду уже тебя! – почти сразу же увидела ее, выходящей из дверей.

Обрадовалась, что подруга не сослалась на дела. Гостиница казалась мне такой модной и популярной, что заходить туда одной даже стало боязно, хоть и не считала себя робкого десятка. Но одно дело, когда ты входишь как потенциальный клиент, и совсем другое быть в роли просительницы. А мне предстояло именно второе.

– Ты, главное, веди себя скромно. Всем своим видом покажи, что готова трудиться не покладая рук. Пал Палыч, конечно, зверь, но справедливый. Если видит, что человек работает, по пустякам не цепляется. Но если ты ему не понравишься…