Надежда Вербицкая – Три дня (страница 3)
Так и начались наши отношения, Пашка просто подошел ко мне на очередной дискотеке в лицее и предложил встречаться. Я ответила тогда, что мне никто не нравится и Пашка видимо услышал то, что хотел услышать в данном случае. Во мне не нашлось причин ему отказать. Мы начали встречаться с Пашкой, но очень скоро я начала вести себя странно. Во мне все раздваивалось, мне казалось, что Пашка мне нравится и, одновременно я ничего к нему не испытываю. Я не могла до конца понять, что со мной происходит. Я решила как Скарлет О*Хара из «Унесенных ветром»: «Я подумаю об этом завтра!»
Несколько дней подряд я приходила домой из лицея и плакала по разным поводам, да и без повода тоже. На душе было так неспокойно, будущее немного наплывало на настоящее и какое-то предчувствие разъедало меня изнутри. Собственно не зря. Так перед самым Новым годом, Пашку сбила машина. Его увезла скорая помощь, а я вернулась домой и, не снимая куртку, упала на кровать вниз лицом, но плакать не смогла. Мама вздохнула тогда и спросила, что опять такого случилось. Я только прошептала, что Пашку сбила машина.
Жизнь преподнесла нам урок, и тогда стало не до каких-то пубертатных глупостей. Все мои мысли и молитвы были только о том, что бы Пашка остался жив и здоров.
Так и проходила наша жизнь в эти полгода. Почти каждый день мы с Алексом приезжали к Пашке. Последний дом от дороги, второй подъезд, четвертый этаж, желтая дверь…Эту дорогу к Пашке я видимо не забуду и через сто лет… Пашка был по пояс в гипсе и не мог выходить из квартиры, скучал запертый от всего мира в четырех стенах. Мы приносили домашние задания из лицея и развлекали его, как только могли.
Так мы и закончили 10 класс. Пашке сняли гипс, и мы решили отметить эти события, напившись втроем шампанского. Видимо с теми пузырьками я и поняла, что испытываю теперь к Пашке нечто большое, чем к другу, а парабола его чувств видимо ко мне, устремилась вниз.
Отношения с Пашкой никак не развивались. Встречались мы редко, Пашка все дальше от меня отдалялся, тогда было не понятно почему. Только через много лет я прочитала про пубертатный период у мальчиков и девочек и поняла, что это совершенно разные процессы. Мне представлялось всё в ярких, розовых тонах, встречи, поцелуи под луной, и некая душевная близость с парнем. Мысли о сексе, если и посещали меня, то только как нечто неизведанное. Я считала, что рано заниматься тем от чего появляются дети, даже если мы будем тщательно предохраняться. По сути, мы еще сами были детьми. Но видимо Пашка так не считал, он хотел секса.
Итак, Пашка на втором году наших романтических поцелуев начал сначала намекать мне, а затем и прямо говорить про секс. Я порой ничего не говорила, а когда, оставались наедине, не разрешала заходить дальше ласк. Однажды я отшутилась, что у нас будет секс после свадьбы, на что Пашка сказал,– Твой муж будет против. Да, он был прав, мы с ним не поженились, и мой муж, конечно, был бы против.
Мы закончили лицей. Почти все одноклассники куда-то пошли учиться. Пашка поступил на математический факультет, а я нет, впрочем, в последствии, я об этом мало жалела. Мечтала я быть врачом, но у мамы не было денег для поступления. Из нас троих на врача поступил учиться Алекс. Так я осталась не у дел, одна из нашей маленькой компании…Тот год был совершенно пустым и печальным, будто теперь я сломала ногу и не могла видеться с друзьями и веселиться как раньше. С Пашкой мы виделись все реже и реже…
Февральским печальным вечером я пришла к Пашке, как оказалось для меня, в последний раз. Он сидел на диване и наигрывал что-то на гитаре, а я примостилась в кресле возле стола. Между нами было расстояние шагов пять, но я чувствовала, что между нами пролегла пропасть. Мне хотелось прокричать, что я люблю тебя Пашка!, а вместо этого я сказала, – Если я тебе надоела, то лучше брось меня. Пашка перестал играть на гитаре, посмотрел на меня грустно и ответил,– Зря ты это сказала.
Через несколько дней он пришел ко мне и попросил отдать книгу: «На западном фронте без перемен» Э.М.Ремарк, которую я взяла у него почитать. Мы прошлись по улице. Пашка остановил меня, и немного волнуясь, сказал:
– Ты заметила, что я сегодня расстроенный.
– Да.
– Наташа, мы не можем больше встречаться.
– Ты мне не скажешь причину?
– Ну почему же скажу. У меня изменилось к тебе отношение, и я считаю, что должен это сказать. Вот уже некоторое время я об этом думал… Ты была в моей жизни, и останешься первой и чем-то светлым, но я не хочу сказать последней. Вряд ли мы останемся друзьями…
Я молчала, не ожидая таких слов. Посмотрела ему в глаза и подумала, что же ты Пашка бросаешь меня в такой момент, когда весь мир от меня отвернулся, а теперь еще и ты, я ведь с тобой так не поступила?!..
– Наташа, что ты молчишь? Отреагируй как-то, развернись, уйди или пошли меня!!!!
– Будь счастлив. Пока.– Ответила я, как прокляла. Развернулась и ушла, не оборачиваясь.
Я подходила к Пашкиному дому. Думала, что может за 20 лет забыла, где он жил, но на удивление сразу пришла к его дому и подъезду.
Я быстро поднялась на 4й этаж, дверь была все та же желтая, позвонила в звонок. Пашка открыл дверь быстро, но был еще заспанный:
– Ты почему в такую рань пришла, договаривались после обеда поехать к Алексу?
Я уже и не помнила, куда мы там собирались, прошло столько лет, но совпадение оказалось удачным.
– Времени мало, – ответила я, и проскользнула в квартиру.– Давай собирайся скорее, а у него дома интернет есть?
– Да вроде бы есть, недавно подключили. А к чему такая спешка, давай хоть чай попьем?– сказал Пашка и направился в кухню.
Я остановила его и взяла за обе руки, посмотрела его голубые глаза. Руки у Пашки похолодели, он немного отодвинулся от меня и прислонился к стенке, кровь прилила к его щекам. Я отпустила его руки и решила быть немного осторожнее в своих поступках.
– Пашка у меня всего три дня здесь, а точнее и того меньше, всего 68 часов осталось. Надо много успеть. Давай собирайся скорее. А мама твоя где?
– Ушла рано утром, входи не бойся. Странная ты какая-то сегодня, – ответил Пашка, и пошел умываться.
Я осматривала квартиру, в которой провела так много времени. Столько здесь всего произойдет, что для меня уже далекое прошлое.
– А помнишь, Павел, как ты сломал ногу, был по пояс в гипсе, и мы с Алексом приходили к тебе практически каждый день, чуть ли не жили здесь? – спросила я.
– Что, что? Кто сломал ногу? – Пашка чистил зубы и хорошо еще половину из того что я сказала не понял или не услышал. А до меня дошло, что этого еще не произошло, и я проговорилась, можно ли о таком рассказать??!!!
–Так кто сломал ногу, Наташ? – Пашка выглянул из ванны.
– Пока что никто, забудь, собирайся скорее!!!
В 10 классе Пашку сбила машина. Мы только начали с ним встречаться. Странный был случай, как и вся эта реальность… Мы вышли после уроков, прогуляв физкультуру, и Пашке захотелось поиграть, в тот день выпал первый снег. Он кидался в нас мелкими снежками, но подойдя к дороге я попросила больше не играть… Словно ангел и демон управляли тогда процессом… Но Пашка взял и выбежал на дорогу как бы от меня, и он никогда до этого так не делал. Видимость на дороге там как раз очень плохая, резкий спуск, и старенький жигуль снёс Пашку, он просто перелетел через машину. Долго закрывая глаза, я видела этот момент. Можно сказать что всё обошлось, у Пашки был перелом бедра и пробыл он дома в гипсе полгода или около того.
В то время, как Пашка валялся в гипсе, мы сильно сблизились с Алексом. Мы вместе сидели на занятиях, ходили на переменах вместе и ездили к Пашке. Алекс отвлекал меня от грустных мыслей. Порой, даже слишком сильно отвлекал, мы бегали по лицею как маленькие дети и хохотали. Наверно, со стороны казалось, что я встречаюсь с Алексом, забыв про Пашку. Впрочем, мы не особо огорчались недобрым слухам о нас, хотя и стали вести себя тише. По дороге к Пашке мы смеялись и говорили обо всем на свете, Алекс переносил меня через лужи на руках. Но как только переступали порог квартиры нашего друга – начинали так сильно ругаться, что Пашка порой не мог нас утихомирить, наверное, мы немного переигрывали.
Однозначно я была не равнодушна к Алексу, а он ко мне. Пашка, с его переломом ноги, стоял между нами и мы не допускали мысли о наших чувствах друг к другу.
Это чувство к Алексу я запечатала на несколько замков и отложила в самую дальнюю грань моей души, так что пару лет даже не вспоминала о нем, но все же оно вырвалось однажды на свободу и ожило с новой силой…
И вот я оказалась снова в столь знакомом мне месте. В квартире все было так же, как я помнила, даже запахи мне были знакомы, канарейка с утра пела без умолку…
Пашка отвлек меня от ностальгических мыслей. Он был уже готов идти и потянул меня к выходу. Я поспешила по лестнице, так что он еле за мной успевал.
Мы ехали к Алексу. Перед встречей с ним, я начинала немного волноваться. И если с Павлом отношения были всегда ровными, то с Алексом всё складывалось странно и неоднозначно. Можно сказать, наши отношения никогда не начинались и закончились ничем…
После того как Павел меня бросил, я вернулась домой, села в кресло и расплакалась как никогда. В свои годы я не представляла, что жизнь может преподнести и большие испытания, чем расставание с парнем. Весь мир казался серым и мрачным, я ничем не занималась, все друзья где-то учились, а я нет. Такое бесперспективное будущее мне рисовалось, что я рыдала без остановки. Мама зашла тогда в комнату и спросила, что случилось, а потом в несвойственной ей манере, строго сказала взять себя в руки и не плакать по всякой ерунде. Как всегда она была права…