Надежда Цыбанова – Ведьма с юридическим уклоном (страница 9)

— Чего? — удивился незнакомец. — Каких детей? Я детьми не торгую. Это же аморально.

— Рада, что по этому вопросу мы с вами сходимся, — с деловым видом покивала я. Профессиональная привычка поддерживать собеседника невербально опять подвела. — Тогда зачем вы меня… пригласили? — Хотелось ввернуть другое словцо, но этот мужчина хотя бы не грубил. Вот и я побуду пока вежливой.

Глаза уже привыкли к темноте. Очертания фигуры в кресле стали гораздо отчетливее. Например, я видела длинный нос, кудрявую шевелюру и тонкие плечи. Особенно, когда мужчина подался вперед.

— По поводу наследства Лив Холайн, — низким вибрирующим голосом проговорил он.

— Да вы издеваетесь, — мне очень хотелось всплеснуть руками, но махать связанными запястьями сложно. Больше походила на предсмертные судороги. — Через год. Все вопросы касательно дома ведьмы я могу решать только через год. Раньше в права не вступлю по завещанию.

— Зачем мне дом? — удивился мужчина.

— Земля нужна? — нахмурила я лоб. — Это, конечно, логичнее. И дороже.

— Да нет же, — собеседник раздраженно цыкнул. — Ведьма оставила кое-что другое.

Я догадывалась, что моя жизнь резко может измениться из-за наследства дальней родственницы, но что-то уж очень виражи крутые получаются. Логика скромно собрала пожитки и отбыла в неизведанные дали.

— Так… — я похлопала ресницами. — Не дом и не земля. А что тогда? Неужели Томас?

— Кто? — мужчина уже тоже отчаялся вести внятный разговор. — Какой Томас?

— Холден. Вроде. Муж, по завещанию который.

Именно этот момент и выбрал упомянутый индивид, чтобы присоединиться к нашей возможно дружеской встрече. Вошел он, как и полагается боевым ведьмакам, снеся дверь. Причем вместо тарана использовав чью-то внушительную тушу.

— Дорогая, — громко объявил Томас, — я тоже не в восторге от жены, но вдовцом стать не спешу. А очень хочется. Особенно после нашей брачной ночи. Цени. А ты в наглую меня предлагаешь другому. Да еще и мужчине. И это мы только сутки как знакомы. Я так понимаю, что теперь надо по дому ходить внимательнее, вдруг ты капканы под дверью поставишь.

— Это браконьерство и нанесение телесных повреждений, — рефлекторно ответила я. — Там штрафом не отделаешься.

— А чего вы ей кляп не вставили? — муж по-доброму схватил незнакомца в кресле за плечо и впечатал в стену. — Или у вас чулок не нашлось?

— А? — еле слышно переспросил мужчина в кресле.

Теперь, когда выбитая дверь добавила нам света, точно могу сказать — меня пригласил для приватной беседы артефактор. На лацкане его пиджака нашиты ленточки изумрудного цвета. И судя по их количеству, с манерами проблема у магистра. Странно, получив столь высокое звание, не уметь пользоваться переговорником.

— Ну не нашлось, так не нашлось, — печально вздохнул Томас и ударом кулака вырубил похитителя. — Пошли, что ли, домой, женушка.

Затем совершенно варварским способом, опять с помощью кулака, разбил какой-то прибор. Комната резко наполнилась звуками, а я до этого и внимания не обратила на подозрительную тишину.

— А? — так же умно ответила я. Кажется, в обществе боевых ведьмаков у других отказывает часть мозга, словно предчувствуя сотрясение. — А нам разве не надо у него спросить о цели похищения?

— Нам? — Ведьмак осмотрел веревки, которыми были связаны мои запястья. — Нет. — Рывком порвал их и брезгливо заметил: — Обычные взял, даже не пропитанные. Жлоб.

— Ладно, — я растерла покрасневшую кожу, — мне надо.

— Зачем? — лысый тип насмешливо выгнул одну бровь. — Я и так расскажу. Сей уважаемый господин будет не единственным, поэтому готовься. Жизнь тебя ждет яркая. И поскольку ты не настоящая ведьма, скорее всего, короткая. Ну или ты поступишь как твои предшественницы и откажешься от наследства.

— Не дождешься, — я задрала подбородок.

Но Томаса это не впечатлило. Он только криво усмехнулся, перешагнул через валяющегося в ногах мужика, который исполнял роль тарана, и спокойно пошел на выход.

Выбирать между относительно знакомым мужем и незнакомыми похитителями я не стала и резво бросилась догонять.

Боевой ведьмак — это диагноз. Утверждение отлично подтверждает частично обрушенная стена дома. Дверь для слабаков. Мы сами сделаем ее там, где хотим. Архитекторы от бога.

Пока я в легком шоке осматривала завал и мужскую руку, торчащую из-под него, Томас преувеличенно аккуратно распахнул входную дверь и приглашающе махнул мне. Спорить с мужем, способным проломить стену, в данный момент совершенно не хотелось.

На улице стояла вызывающе хорошая погода, никак не подходящая злому настроению в нашей небольшой, но дружной семье.

— Пешком пойдем, — бросил Томас и, не дожидаясь моего согласия, быстрым шагом пошел строго вперед.

Я тихо хихикнула, представив, что случиться со столбом, если он рискнет появиться на его пути, и, прикинув свои возможности на этом длительном забеге, броском догнала мужа. Тот помеху, повисшую на локте, заметил не сразу, но скорость все же сбавил.

Сегодня, к моей тихой радости, Томас был одет в рубашку и мешковатые штаны. Правда, кожаная жилетка портила вид, ведь из-за нее мне так хотелось скосить глаза вниз. Как-то уж очень подробно у меня отпечатался в голове образ не совсем одетого мужчины.

— Далеко пойдем? — на всякий случай уточнила я. Как-то недальновидно не подготовилась ни к похищению, ни к забегу. Да и туфли, откровенно говоря, было жалко. — До остановки омнибуса?

Не стоило спрашивать с такой надеждой в голосе, потому что муж плотоядно усмехнулся и бросил:

— Учитывая, сколько я зелья берсерка выпил, то лучше нам до дома прогуляться. Если только не хочешь, чтобы я свернул тебе шею. Руки аж зудят.

— Потому что нечего ими всяких немытых типов трогать, — проворчала я. — А давай я поеду на омнибусе, а ты подышишь свежим воздухом?

В этот момент мы проходили мимо дороги, где стояла запряженная в открытую повозку лошадь, которая не придумала ничего лучше, чем добавить ароматов, навалив кучу.

Лысый скосил на меня глаза:

— Нет уж. Насладимся прогулкой, как и полагается семейной паре, вместе. Не хватало еще, чтобы тебя снова умыкнули. Ты это… в следующий раз не пугайся, будь добра. Иначе, меня начинает тянуть на неприличные вещи, нежеланную жену спасать, к примеру. Хотя после нашей брачной ночи, я бы пожелал терпения и побольше успокоительного рискнувшим тебя похитить. Ну и цветочки потом им на могилку бы принес. Как-никак, товарищи по несчастью.

— Кхм, — окончательно смутилась я от обилия комплиментов. — Наверное, мне надо извиниться?

— За что? — наигранно округлил глаза Томас. Даже его лысина насмешливо блеснула на солнце. Я представила, как мы смотримся со стороны: я в строгой одежде для работы и небритый боевой ведьмак, у которого над головой практически горит надпись «не влезай — убьет». Будем надеяться на крепкие нервы прохожих. — За то, что ваш небольшой шабаш чуть не оставил нас без дома? Или за то, что вы влезли в схрон зелий и половину побили? Или за то, что кто-то стащил у меня дымовую бомбу? И, судя по ее осколкам в схроне, вы решили бутылочки на очки повыбивать. Или за то, что потом еще и надышались адской смесью? Да ты с подружками и так, похоже, не особо адекватные, а тут вообще… Или за то, что, придя домой, я увидел плачущего соседа, ползущего прочь с милым бантиком на голове? До сих пор загадка, как вы его прикрепили. У него волос-то почти нет. Или за то, что, пока пребывал в легкой степени шока от разнузданного веселья в своем доме, коварно получил поленом по голове? Исключительно случайно, как после уверяла твоя подруга, ударившая меня со всего размаху. Естественно, оно само прилетело в дом от бани. Сезонная миграция у них. Или за то, что вы снова влезли в мои вещи и нашли пропитанную веревку? А еще когда тащили меня в чулан, ощупать умудрились со всех сторон. Кто из вас, паршивок, поставил мне синяк на попе? Как теперь с мужиками в одной раздевалке менять одежду? А? И, конечно же, чулки были вишенкой на торте. На твое счастье, слышал, как ты причитала, что они новые. Иначе прибил бы с особой жестокостью.

— Ну-у, — протянула я, прикидывая статьи закона, которые точно не стоит озвучивать и выбрала наименее болезненный вариант, — домашнее насилие? Выговор и исправительные работы. Хотя… состояние аффекта, в результате нарушения техники безопасности… Стоп. Ты неправильно хранил инвентарь. Мы тут не при чем…

Томас резко остановился. Я по инерции сделала вперед два шага. Но моя рука все еще была прижата к его телу локтем, поэтому меня развернуло и впечатало во вздымающуюся грудь боевого ведьмака.

Муж наклонился к моему лицу и, прошив напряженным взглядом синих глаз, прошептал:

— По-моему, это впервые, когда я испытываю сильное желание женщину… разорвать. У тебя магическое похмелье. Старайся поменьше рот открывать, если хочешь дойти до дома на своих ногах.

— А можно на чужих? — нахмурилась я. — Или ты меня на руках понесешь?

Еще никогда мне столь жарко и сладко не шептали прямо в губы обещания расправы, красочно их описывая.

— В общем так, — устало выдохнул ведьмак, снова таща меня на прицепе по улице, — ты мне не создаешь дополнительных проблем, я тебе помогаю продержаться этот год. Иначе сам прибью, невзирая на контракт.

— Ух ты, — обрадовалась я, — а с чего такая честь?