Надежда Цыбанова – Отпуск. Развлечения в комплекте (страница 2)

Нам? Что-то разговор съезжает не на ту колею.

– Вещи! – упрямо стояла я на своем.

– Да не собираюсь я никуда! – огорошил меня Лион, приглаживая пятерней взлохмаченные волосы. На шее красовался красный след от помады. – Сегодня поспим в разных комнатах, а завтра поговорим. И все будет как раньше.

Мои глаза встретились у переносицы от такой наглости. Да у меня даже дар речи не пропадал, когда поставщик женских примочек при мне накладную съел, чтобы мы не пошли в суд из-за бракованного товара!

Видеофон я вытаскивала из сумки, все еще не веря в происходящее.

Спустя пятнадцать минут Лиона под ручки вынесли из моего дома начальник и наш охранник Пайк и вежливо попросили подождать, пока мы с Цилей и женой Рузвельта упакуем его вещи. Через час в доме не осталось ни одной безделушки Лиона.

Вытащила пухлый конверт с накопленными финансами и отсчитала половину. Упаковав часть Лиона в чемодан с трусами, я рухнула на постель. Вот и все.

– Зря деньги отдала. Оставила бы в качестве моральной компенсации, – пробасил Пайк. Как и все оборотни-медведи, он был весьма прижимист, а также могуч и волосат. В магазине у входа висит предупреждение: «Воры наказываются украденным товаром», что эффективно позволяет бороться с кражами.

– Ничуточки и не зря, – Циля пренебрежительно поморщилась. Не в ее натуре разбрасываться деньгами, но иногда надо отступить от принципов.

А я и спорить не стала, просто хотелось немного побыть в тишине. Начальник осчастливил меня месяцем отпуска, в который выпихнул силком. Вот спасибо ему.

– Послушай, – подруга присела рядом со мной на кровать, – отдых – это же здорово. Съездишь куда-нибудь, расслабишься. Может, с кем и познакомишься.

– С горячим аборигеном? – насмешливо усмехнулась я.

– А что? Курортный роман – самое то. Сколько там у тебя денег, – подруга влезла в конверт, пересчитала и присвистнула: – Вы на дом новый копили?

– На Ольмивские острова, – со вздохом призналась я.

– Отлично. Туда и полетишь, – подруга уже вытаскивала свой видеофон. У Цили вообще слова с делом никогда не расходятся. – Сейчас котик тебе все организует.

«Котиком» она ласково величала мужа, владельца бюро путешествий «Седьмое небо». Я сильно удивилась, когда она впервые познакомила нас. Мужчина был старше ее почти на тринадцать лет и вдовцом. Но он так трепетно относился к Циле, что я поплыла от умиления.

– Все, – она отключила видеофон, – завтра вылет. Пакуем чемоданы!

Я молча пошла открывать вино, пока подруга хозяйничала в моем шкафу. Без бокала я воспринимать тайфун по имени «Циля» сейчас не в состоянии.

– Ния, так не пойдет, – с серьезным видом заявила она, когда я вернулась в комнату в легкой степени гармонии с миром и собой. – Вот что это?

Мне предъявили строгое платье, затем офисный костюм, потом юбку-карандаш.

– Одежда. – Подумала и добавила: – Моя.

– Это кошмар, – Циля отшвырнула вешалку. – Ни одного легкомысленного сарафана. А купальник? Это скафандр натуральный!

– Что же мне сегодня все какие-то странные претензии предъявляют, – пожаловалась я кому-то на небе.

– Мы идем покупать новые вещи! – обрадовала меня подруга и, уцепив за руку, поволокла из дома. Знаете, какая хватка у мамы двоих детей? Железная.

Магазин для модниц «Кокетка» мы брали штурмом. Еще никогда в практике продавцов не было случая, чтобы их отодвигали взмахом руки с фразой: «Я сама знаю, что ей надо».

– Ну-у-у, – я задумчиво протянула, изучая отражение в зеркале. – А можно что-то более закрытое и не красное?

– Ты блондинка. Почти, – просветила она меня. – Красный цвет обращает на себя внимание сам и прозрачно намекает, что ты огонь. А это самое то для легкого романчика. Все, этот купальник точно берем.

Вот так я и стала обладательницей множества вещей, которые после отпуска просто выкину. Но зато развеялась.

На ночь глядя, допив бутылку вина, я так и не решилась сообщить родителям, что их дочь снова встала на путь беспутства. Ладно, месяц в запасе, что-нибудь придумаю.

Утро нового дня я неожиданно для себя встретила до звонка будильника с легким мандражом. Предвкушение разлилось по крови и щекотало изнутри, как пузырьки шампанского. Неужели я действительно совершу нечто настолько бесшабашное?

В здание аэропорта я прибыла, цокая высокими каблуками. Очередь на посадку в аэробус двигалась медленно, но меня это совершенно не раздражало. Я впервые полечу среди облаков!

Передо мной стояла семейная пара. Отец с отстраненным видом изучал новостной листок, а мать в измочаленном состоянии держала за руку постоянно крутящегося ребенка. Внутренне содрогнулась, представляя себя на месте этой бедной женщины. И тут чадо запело. Громко и истошно. Так. Полет длится почти шесть часов. Я бы не хотела сидеть рядом с этим чудным семейством. Но стоило мне бросить взгляд на их билеты, и возбуждение от первого в жизни полета пропало.

– Рады приветствовать вас на борту нашего аэробуса, – пропела мне модель в форме. Эх, где мой красавчик-стюард?

Я протянула девушке билеты. Та с неизменной улыбкой, навевающей мысли о том, что пора навестить зубного врача, изучила их. А в глазах появился тревожный блеск.

– Секундочку, – она профессиональным кузнечиком поскакала куда-то в салон.

Ожидание продлилось недолго. Я не успела даже прочитать все правила пребывания на борту, написанные мелким шрифтом. Умилил запрет требования остановки и открытия двери на высоте. Ага, выйти подышать захотелось.

Девушка вернулась еще с более широкой улыбкой. Мне прекрасно были видны ее тридцать зубов настоящих и два имплантата.

– Произошла небольшая накладка, – с грустью в глазах поведала она мне. – На это место проданы были двойные билеты.

– И? – я выгнула бровь. – Предлагаете мне посидеть у кого-то на коленях? Или потеснить рулевого?

– Зачем же? – она удивленно моргнула, но улыбка не пропала. На клей ее сажают, похоже. – У нас совершенно случайно свободно одно место в салоне для элиты. Вам абсолютно ничего не нужно будет доплачивать. Пройдемте.

Мда, добро пожаловать в высшую касту, Бегония. Если та часть салона, в которой летел среднестатистический класс, больше напоминала городской омнибус, то тут все заставляло кошелек ежиться. Перламутровая отделка стен. Кожаные сиденья, располагающиеся друг напротив друга. Всего восемь штук. И небольшие столики из явно дорогой породы дерева между ними. Позолоченные вставки на подлокотниках.

Меня усадили со всеми почестями у одного из иллюминаторов. Я вежливо улыбнулась соседу напротив. Мужчина как-то нервно сжался и попросил у девушки подушку. Я думала, спать собирается, но он держал ее перед собой двумя руками, словно щит. Кто поймет этих миллиардеров?

Даже слепоглухонемой в Шойске знает Генри Охвайса. Он на новостных листках, городских плакатах, в визоре. Треть крупных предприятий по стране принадлежат ему. Этот наг ворвался на внутренний рынок около десяти лет назад и уже подмял под себя не одну отрасль.

Даже жалко его местами. Наги – они бойцы, воины, телохранители. Например, как те двое, что сидят от нас через проход и сверлят меня убийственными взглядами. А вот в торговлю полезет только… особенный.

Да, Генри Охвайс богат прямо до неприличия. Но он альбинос: белая кожа, волосы, ресницы, брови и небольшие красные глазки. Фу, в общем-то. Да и фигурой он не вышел – хиленький какой-то. Но охотниц за его весьма внушительным счетом это не пугает. Они вообще девицы не из пугливых.

Передо мной на столик стюардесса поставила бокал с шипучим напитком и, все также радуя дантиста, пропела:

– Приносим извинения за неудобства.

Я величественно кивнула головой, прощая. Она серьезно? Это неудобства? Дайте мне тогда их еще десятка два!

Пригубив определенно дорогой напиток, я посмотрела на напряженного соседа. Бедняга, похоже, нервничает из-за полета. Надо его подбодрить:

– Подушка не спасет. На этот случай выдают парашюты. А если будем падать в воду – то надувные жилеты и лодки. Не беспокойтесь, пассажиров элитного класса спасают в первую очередь.

– Что? – прохрипел наг.

Я сочувственно поцокала языком:

– Расслабьтесь, господин Охвайс, летать не страшно. Данный вид аэробусов абсолютно надежен. Падало вроде всего парочка, а взрывалось при посадке не больше пяти, точно.

Теперь побледнели два других нага. Судя по атлетическим фигурам, квадратным лицам, строгим черным костюмам в жару и выразительно топорщащимся пиджакам в районе пояса – телохранители. Правый от левого отличался… да ничем они не отличались.

– Вы знаете, кто я? – подозрительно спросил миллиардер.

– А что, есть кто-то, кто не знает, кто вы? – я повертела бокал в пальцах, любуясь игрой света. – Серьезно? Тем более, вы у нас в магазине неделю назад закупили крупную партию.

– Да? – Охвайс несколько заинтересованно взглянул на меня. – Продукты?

– Нет, – я мило улыбнулась.

– Алкоголь?

Я отрицательно мотнула головой:

– В «Шалуне», – подсказала нагу.

На щеках Генри вспыхнули нежные пятна стыда. Знакомая реакция. Часто покупатели в нашем магазине готовы забиться под плитку, когда продавщица начинает задавать им уточняющие вопросы после робкого кивка головой в стиле «вот это беру».

– Я… – у меня из пальцев бесцеремонно вырвали бокал и хлебнули, – не того… не покупал… это не я!

– Ладно-ладно, – примирительно подняла руки ладонями к нагу, – конечно, не вы. Наш магазин свято чтит желание покупателей оставаться инкогнито.