Надежда Цыбанова – Чайку не желаете? (страница 10)
Тэкс, что тут у нас самое нудное? О, классификация зелий от расстройства желудка. С иллюстрациями. Зато сразу кушать расхотелось.
И только я устроилась поудобнее, как налетел резкий порыв ветра, и яблоневый сад хором заскрипел. От неожиданности моя рука дернулась, и острый край листа рассек кожу.
– Вот гадство, – разглядывая красную кляксу, постепенно впитывающуюся в страницу, фыркнула я.
Последующие события навсегда останутся в моей памяти как кошмар наяву.
Книга подпрыгнула. Вот прямо взяла и подпрыгнула. Потом загудела. Я с визгом вскочила с кровати и бросилась прочь из комнаты. В темноте запнулась о свои же туфли и полетела на пол. Ушибла локоть и оцарапала ладони. А вот оглядываться совсем не стоило. Книга висела в метре над полом и светилась!
Мое тело сковал непонятный паралич. Сюрреалистичная картина дополнилась вибрацией воздуха. Я всей кожей ощущала волны, исходившие от страниц.
Липкий озноб полз по спине, а мозг, наоборот, принялся усиленно работать из-за всплеска адреналина. Даже будучи артефактом, книга не могла бы прыгать и левитировать. Максимум бы подсказывала информацию. Но она же среагировала на мою кровь. Ничего не понимаю.
Неожиданно прямо из взбесившегося учебника вылезла прозрачная гусеница. Жирная, упитанная, противная, размером с человеческую руку. Присела на свою заднюю часть (понятия не имею, хвост это или что) и выжидательно уставилась на меня, скрестив на (пусть будет) груди два десятка мохнатых лап.
Повисла неловкая пауза. Я не могла сообразить, что следует сказать в такой ситуации, а призрачная гусеница ждала.
Первой сдалась именно она. Тяжело вздохнув, спросила приятным мужским тенором:
– Где плешивый?
– Кто? – прохрипела я, еще сомневаясь в адекватности видения. Даже если глюк разговаривает, не всегда следует ему отвечать. Не знаю, как во Франкере-на-Исте, но в столице лечебницы с душевнобольными переполнены.
– Прежний владелец, старик с бородой, дряхлый такой, Баллерн фамилия, – расщедрилось на пояснение видение. – Где этот хрыч?
– Э-э, умер.
– Что?! – гусеница качнулась из стороны в сторону. – Как умер?
– В смысле, как? Лег так, – я изобразила сложенные руки на груди покойника, – и все. Точно я не знаю, говорят, вроде сердце.
– Жа-а-аль. А ты теперь новая хозяйка, – меня придирчиво осмотрели. – Молодая, глупая. Хоть образование профильное имеется?
– Почти. Год оставался. Там такая ситуация… – зачем-то принялась оправдываться перед гусеницей.
– Недоучка, – фыркнула она. – Ладно, Баллерн правила объяснял? Хотя о чем это я. Судя по твоему ошарашенному личику, старикан и словом не обмолвился.
– Да я его даже не видела. Меня отчим к нему пристроил обучение закончить. Я приехала, а он уже того… умер. Мне книгу отдали по завещанию. А вы, простите, кто вообще будете? – решила я внести порядок в этот бред.
– Я? Хранитель знаний. Можешь называть меня Хран. А по существу – дух бестелесный.
– Эльза Храунт, очень приятно. – Интересно, нужно ли делать книксен? Не припомню в учебнике по этикету параграф о подобном. Да и на полу попе как-то спокойней. – А почему вы в виде гигантского насекомого? Духи вроде на людей похожи, разве нет?
Гусеница тяжело вздохнула.
– Что ты знаешь о зарождении магии, девочка? По глазам вижу – немногое. Придется удариться в историю. – Что-то происходящее стало окончательно сюрром. Призрачный дух собрался прочитать мне лекцию. – Знаешь, от чего вымерли драконы? Демиург создавал наш мир осторожно, поэтапно. Сначала заселил простых тварей. Затем он вложил в самых больших и опасных магию огня. Огромные ящерицы жрали непомерно много. И вскоре им бы элементарно не хватило пропитания. Тогда демиург, здоровья ему и долголетия, наделил их способностью обращаться в людей. Меньше объем, меньше затрат пищи на восстановление. И мир начал процветать. Тогда и было решено закрепить за драконами одну форму, а возможности магии подстроить под новую оболочку. Больше никто не мог сжигать деревни дыханием, зато появилось много других разновидностей: целительство, зельеварение, артефакторика, некромантия, бытовая и прочее.
На момент становления магии жил один черный колдун. Сейчас таких уже не осталось, прискорбно. Много творил он дел злых и нехороших. Порчи, грабежи, убийства разные. С фантазией был. И захотелось ему обрести бессмертие. Ну а кто бы отказался-то? Нашел самый редкий и дорогой артефакт, чтобы перенести в него свою душу, а затем поместить в новое тело. Но судьба, ирония, возможно, демиург не дали ему закончить обряд. Простой парень-воришка влез в самый неподходящий момент и умыкнул дорогую цацку. Только не знал он, что артефакт уже с «начинкой». И продал как обычное украшение по спекулятивной цене. Несколько сот лет я был закован в небольшой камень. Пока, возможно, тот же демиург не решил объявить амнистию. Случай простой и нелепый. Мое вместилище уронили на другой артефакт. Универсальный учебник. Так я сменил место жительства. В наказание за гордыню наградили колдуна этой внешностью.
Я молча переварила полученную информацию. Даже не знаю, что потрясло меня больше. Люди – это драконы? Демиург реально существует? Гусеница – дух доисторического злодея? Книга-артефакт? Что вообще здесь происходит?!
– Кхм, – прочистила горло и нерешительно уточнила: – Учебник же новый. Редакция того года.
– У-ни-вер-саль-ный, – по слогам повторил дух. Еще и посмотрел, как на идиотку. А я, между прочим, до встречи со всякими странными личностями на интеллект не жаловалась. – Если бы ты была боевиком, он бы стал сборником атакующих заклинаний.
– Хорошо. – Хотя, что тут хорошего? – Вы упоминали о правилах.
Гусеница ловко соскочила с книги, и, заложив верхние лапы за спину, принялась расхаживать на нижних как генерал вдоль строя солдат на плацу.
– Первое: в темных делишках я не участвую. Не хватало еще, чтобы форму на блоху какую-нибудь сменили. Обо мне и книге не трещать. По пустякам не дергать. Все ясно?
Кивнула. А что тут непонятного? Но есть один момент.
– Господин дух…
– Хран, – перебила гусеница.
– Господин Хран…
–– Просто Хран. – Вот городок, даже духи здесь неблаговоспитанные. – Когда я был жив, такое обращение к темному колдуну считалось оскорбительным. Высочайший Повелитель Мрака. И никак иначе. Извини, но твое «господин» принижает.
– Хорошо, Хран. А вас может видеть кто угодно? – Вопрос на самом деле актуальный, учитывая, что в доме постоянно будет народ, а через несколько метров вообще живет следователь по магическим нарушениям.
– Если я захочу, то могу показаться. А так – я ж невидимый. Хозяин артефакта сам решает, кому и что следует знать. Баллерн вовсе ни гу-гу за всю жизнь. Хотя должен был заранее озаботиться учеником. Пожадничал. Отчего, говоришь, умер-то?
– Сердце вроде, – пожала я плечами.
– Хм, – дух замер на месте, – занятно. И у меня тоже назрел вопрос. А где это мы? Темень кругом.
Я гордо вскинула голову и расправила плечи. Но стоило вспомнить, что я в короткой маечке и шортиках, как громко ойкнула и завернулась в покрывало. Дух он там или не дух, но был он мужчиной.
– В этом доме скоро откроется моя чайная!
Впервые вижу, чтобы у гусеницы натурально отваливалась челюсть.
– Что, прости? Не лавка зельевара, а какая-то чайная?!
– Между прочим, единственная в своем роде, – обиженно насупилась я. – «Ведьмин чай». С особыми добавками. И зельями.
– Фух, – облегченный выдох гусеницы сопровождался показательным вытиранием призрачного пота, – а то я уж испугался. Ну-с, чего приготовить хотела?
Объяснять Храну, что за учебник я схватилась из страха перед, ха-ха, привидениями, обитающими в этом доме – верх идиотизма. Ограничусь полуправдой.
– Да вот завтра надо будет сварить зелье, вытягивающее магию.
– А чего ж тянуть? Ты все равно не спишь.
– Так у меня еще котелка нет. Завтра только купят. – Радостное возбуждение духа мне не понравилось. Не то, чтобы я вообще была в восторге от нового знакомого, но, глядя, как гусеница шустро засеменила к двери на всех лапах, попа (а именно она отвечает за последствия приключений) нещадно зачесалась. – Вы куда?
– В подвал, – лаконично скомандовал Хран и… прошел сквозь дверь.
Позволить духу, пусть и бестелесному, хозяйничать в моей лаборатории? Да сейчас.
Накинув короткий шелковый халатик отвратительного розового цвета, взятый только из соображений экономии места, прихватив сумку и учебник, я полетела за Храном в подвал.
Дух с довольной мордочкой вышагивал по массивному столу, презентованному Жоржем, между расставленных колб.
– Недурно, недурно, – вынес вердикт Хран, повернувшись ко мне. – Что есть из заготовок? Давай показывай.
Почему-то вспомнился магистр Лорек. Точно с такой же интонацией он начинал практикумы.
Окунуться в привычную работу была только рада. Так гораздо лучше, чем трястись от страха наверху. Но Храну об этом знать вовсе не обязательно.
С гордостью раскладывала свои богатства по полкам. Скоро моя небольшая лаборатория обретет по-настоящему уютный вид: пропитается запахом трав, стены раскрасят цветные блики зелий, на пустых полках гордо выстроятся ряды склянок.
– Только магической эссенции у меня нет, – предупредила Храна, жадно шарившего глазами по моим запасам. – Мне один человек обещал кристалл магии. С него и выпарю.