Надежда Телепова – Есть только миг (страница 6)
Работа и современность
Что такое «работа»? Вы когда-нибудь задумывались над определением этого слова?
Под словом «работа» очень часто понимается деятельность, исключительно приносящая доход. «Безработный» – производное слово именно от такого значения. «Безработный» – тот, у кого нет постоянной трудовой деятельности, приносящей доход. Но «быть безработным» – не означает «быть ленивым» или «ничем не заниматься». Например, женщина, будучи женой и мамой, исполняя роль домохозяйки, занята ничуть не меньше той женщины, которая делает карьеру, хотя за свою работу зарплату от мужа жена-домохозяйка не получает. Но по меркам дохода такая женщина является «безработной», так же, как и художник, картины которого оказываются невостребованными, ведь из-за отсутствия покупателей он не получает денег за свой труд, за свою продукцию.
Существует другое понимание слова «работа»: когда человек занимается какой-то деятельностью в качестве хобби, увлечения, призвания, имея при этом профессию, совершенно далекую от этого призвания. Причем может даже случиться так, что призвание может приносить доход, а профессия – нет. Среди людей искусства достаточно много таких примеров, когда человек, получивший диплом инженера, становится известным эстрадным певцом (Валерий Меладзе, например), а вчерашний учитель математики становится ведущим популярной юмористической передачи (например, Александр Иванов в популярной когда-то программе «Вокруг Смеха»). В данном случае призвание становится «работой».
Кто-то считает своей работой служение Богу, при этом не имея никакого денежного вознаграждения.
«Работа» – понятие емкое, иногда возвышенное.
А «неудовлетворенность работой» – понятие узкое, приземленное.
Те, которые называют «работой» свою профессию и свое призвание, как правило, недовольны низким заработком, постоянными стрессами, отсутствием видимых перспектив.
Те, которые называют «работой» деятельность, приносящую доход, недовольны, как правило, тем же самым, но еще плюс: малоинтересным занятием, некомпетентным управленческим аппаратом, угнетающей обстановкой, несимпатичными сослуживцами.
Те, которые занимаются трудом в собственном доме, жалуются на недостаток внимания, признательности и помощи со стороны домашних.
Те, кто несут церковное служение в качестве работы, все равно остаются людьми с потребностями, то есть им тоже надо что-то кушать и где-то жить, у них есть многие из вышеперечисленных жалоб.
Так есть ли какой-то смысл в труде? Неужели это – исключительно средство для выживания и повод к ворчанию? На эту тему размышлял Екклесиаст несколько тысяч лет тому назад.
Возникает закономерный вопрос: нужно ли стремиться к выгоде в труде и в бизнесе, если все это – суета? Зачем вообще начинать бизнес, если вся прибыль от него – суета? Зачем стремиться к каким-то профессиональным достижениям, если нет никакой гарантии тому, что потомки все это оценят по достоинству, и дело не умрет вместе с делающим его?
То есть лентяи, воры и попрошайки поступают правильно, что предпочитают не принимать участия в этой суете, а просто пользуются чужими «суетными усилиями»? Правы те, кто не берет на себя ответственность ни за свою семью, ни за рождающихся в этой семье детях, говоря: «Пусть Бог Сам все усматривает, а с меня «взятки – гладки», мне главное – каждый день вовремя помолиться»?
Большую ошибку совершают люди, делающие подобные выводы из слов Екклесиаста о суетности труда. Подобные выводы являются поиском самооправдания своей лени и безответственности перед собой, семьей и Богом. Люди, делающие такой вывод, полностью игнорируют слова, которые постоянно повторяет Екклесиаст, рассуждая о труде – он рассуждает о труде «под солнцем!» Опять эти два ключевых слова: «под солнцем». То есть суетность труда и любой работы определяется отсутствием духовного компонента в этих понятиях. Если же рассматривать труд и работу не категорией «под солнцем», но категорией изначального замысла творения, перед нами раскрывается совершенно иная картина.
Создание первых людей, Адама и Евы, сопровождалось повелением Бога об их труде и деятельности на созданной Им прекрасной планете Земля. Какой труд заповедал им Бог?
Во-первых, труд на благо своих супружеских взаимоотношений и родительства, то есть труд в собственной семье.
Во-вторых, труд вне своей семьи, то есть направленный на влияние во вне.
Вряд ли найдется человек, который, будучи в здравом уме, может назвать суетным этот Божий замысел для человечества. По большому счету, даже классики атеистической философии не умоляли роль труда в жизни человечества. Заповедь о необходимости труда в жизни человечества, данная первым людям, имеет прямое отношение к каждому из нас сегодня, но от нас зависит, станет ли наша работа суетой или исполнением Божьего замысла.
«Мы работаем ради детей!» – как правило, говорят их родители, но работа с такой базой ценностей становится суетой и проклятием для семьи.
Если же работа, призвание и служение объединяются в одной деятельности, тогда труд этот становится воплощением Божьего замысла, и эта работа будет:
во-первых, оцениваться и вознаграждаться Богом;
во-вторых, исходить от Бога – вам нужно только поверить, что для каждого из нас, занимающихся любой деятельностью, у Него есть уникальный замысел.
и, в-третьих, наша работа будет находиться «под Его неусыпным оком», и развиваться наше дело будет Им.
От нас в таком случае требуется только безграничная покорность Богу и готовность к Его корректированию наших ошибок.
Мы знаем одного молодого человека, который, окончив Академию Культуры по специальности «Философия», сейчас работает сборщиком мебели в одной из коммерческих компаний, причем ощущает себя вполне на своем месте. Там он получает неплохую зарплату и реализует полученную профессию, разговаривая о смысле жизни с хозяевами квартиры, где он собирает мебель.
Мы знаем доктора психологических наук, дьякона церкви, который, являясь проректором Университета, в своих лекциях наряду с материалистическим восприятием мира, что положено по программе, предлагает студентам и другое восприятие – духовное.
Мы знает директора городского рынка, который щедро делится своими благословениями в бизнесе с миссионерской организацией, чтобы поддерживать служителей в церквях.