Надежда Сомерсет – Возмездие (страница 14)

— Спать не хочешь? Как ты себя чувствуешь? Может массаж, я могу, ты не смотри, что я молодой, — пытался Тайи доказать ей, что и он способен на многое, а не только готовить и командовать слугами.

— Все хорошо, мне уже лучше. В эти дни, самое главное отлежаться, а так переживаемо все, — поспешила его успокоить Мэл, глядя на него снизу вверх. Потом провела пальчиками по его шраму перечеркнувшему его щеку. — Я ведь могу это убрать.

— Зачем? Это мое наследие, да и я хочу, чтобы меня любили не за внешний вид, а за то, что у меня внутри, — посматривая как их новый товарищ раскладывал броню на столе под деревом и переодевался в легкие домотканые брюки и рубашку, с завязками на груди. — Зачем он нам?

— Я обязательно найду тебе именно такую девушку. Даже не знаю где, но обязательно найду, — а потом повернула голову к молодому человеку, который под их взглядами стушевался и сел на скамью, опуская взгляд в землю. — Даже не знаю. Не смогла ни убить, ни отправить его обратно. Сам же сказал, что свидетелей новая королева не жалует.

— Тогда утром узнаю, что он вообще умеет делать и приставлю его к кухне. Там он хотя бы будет у всех на виду, — кивнул Тайи, рассматривая лицо сестры, и отводя ее же волосы с ее лба. Легкий ветерок шевелил длинные светлые волосы Мэл, разбрасывая их по его коленям, по ее плечам. Высокий лоб, тонкие брови и длинные ресницы. Его сестра красавица и как же он хочет, чтобы его тоже любили, вот именно в этот момент он пожалел, что она тогда отвергла его. Но может попробовать еще раз. Вот она теплая, нежная у него на коленях лежит и почти спит. Не убьет же она его, если он ее поцелует?

Мэл разморило, она нежилась в руках брата, доверяя ему безгранично. Она всегда хотела, чтобы у нее был брат. Старший или младший ей было все равно, она хотела того, с кем могла прятаться от отца в кустах сирени, с кем могла воровать моченые яблоки и с кем могла играть в догонялки. Именно то, чего так не хватает детям, которые растут в семьях, где лишь один ребенок. И когда Тайи наклонился над ней, она не попробовала его оттолкнуть, она ему доверяла. В момент, когда губы Тайи прижались к ее лбу, в замке раздался звук падения не меньше шкафа, потом послышался звук разбиваемого окна, ибо звук разбившегося стекла был слышен очень отчетливо. Со скамьи вскочил Боб, Мэл просыпаясь рванулась вверх, встречаясь лбом с лбом брата и оба сейчас смотрели друг на друга ничего не понимая.

Потом все трое побежали внутрь, ища место падения неизвестного и непонятного, но очень большого.

Гревин открыв портал, оказалась в темной башне освещенной лишь светом ночного светила и звезд. Ее темное платье оказало ей огромную услугу, потому что сидящие на ступеньках молодые люди никак не могли ей помочь пройти внутрь замка.

«Неужели тебе здесь нравится? Это же убожество. Маленький замок, как раз то, что и нужно тебе. Вот и сидела бы ты тут и главное умри здесь от тоски или убей себя сама» — презрительно фыркнула Гревин и двинулась вперед, оставаясь в тени. Ее хорошо обучали маги смерти, она могла сливаться с ночью, могла исчезать в ее тени и могла убивать. Но сейчас она хотела бы чтобы Мэлисента потеряла то, или вернее кого, она Гревин Итон, так хотела видеть в своей постели еще несколько лет назад. И который ей отказал, так жестоко. Она до сих пор помнит его слова, что он никогда не ляжет в постель с такой стервой как Гревин. — «Это я стерва? Хорошо же, когда ты проснешься в моих руках, и никто не сможет тебя спасти от моей магии, посмотрим, как ты заговоришь».

Визуализация героев.

Гревин Итон

Накашима Итон

Мэлисента Стаакс

Теффана Хитс

Накао Стаакс

ГЛАВА 20 Боль и любовь…

Питер очнулся от того, что очень болели руки. А когда открыл глаза, сразу захотел их закрыть, потому что увидел черные глаза Гревин, стоящей перед ним, ее молочную кожу и ехидную улыбку, на таком совершенном лице: — Сестра? — выдохнул он и опустил взгляд. Стоящая перед ним девушка была прекрасна: черные локоны, высокий лоб и яркие черные глаза, как у матери, точеные скулы и припухшие алые губы. Но почему-то хотелось увидеть яркие фиалковые глаза, длинные шоколадные ресницы и янтарную кожу лица, тонкий носик и маленькие аккуратные розовые губки и светлые волосы, которые на ощупь чистый шелк.

— Я братик. Давно не виделись, — взмахнув изящным пальчиком, приказала. — Разденьте его.

Питер висел на цепях, ноги и руки растянуты как канаты, и когда с него срезали кинжалами одежду, он мог от беспомощности лишь смотреть в глаза сестры. А Гервин обвела пальчиком его скулы, подбородок, на котором проявилась легкая щетина, отвела длинные волосы со лба и засмеялась: — Ты так давно от меня бегаешь, что сейчас я не знаю даже что и сказать.

— Матушка знает, где я? — хриплым голосом спросил Питер, уже не надеясь на положительный ответ. Если Гервин решилась на такой шаг, значит Накашима не в курсе ее действий. Что будет дальше, он мог только догадываться. Гревин всегда была изобретательна в пытках, и сейчас его не ждало ничего хорошего. Он лишь радовался, что любил ту, которую действительно стоило любить, держал в руках и целовал и она отвечала ему взаимностью. То, что будет происходить в этих мокрых, покрытых плесенью стенах его уже не интересовало, он только хотел, чтобы все закончилось как можно быстрее. Чтобы стоящая перед ним девушка, его сестра, наконец, удовлетворила свое желание и отпустила его. Ведь смерть это тоже свобода.

Гревин легко ударила его по щеке и осмотрела его нагое тело: — Ты так же красив, как и всегда был, правда. Но я не давала тебе слова. Знаешь, я даже могу запретить тебе кричать, когда будет больно, — похлопав его по щеке, сказала Гревин. — Но в замке сегодня гости и омрачать себе такую прекрасную ночь я не хочу, потому дождись меня. Утром мы продолжим выяснять: так ли хороша ОНА, по сравнению со мной.

Питер замер: его казнь откладывалась? И наблюдая за уходящей сестрой, он мог лишь гадать, что произошло в землях Эделин такого, что она смогла похитить его под носом у Мэлисенты и что сделала Гревин, чтобы это сделать.

А в замке Мэл и Тайи в это время приводили в чувство Дазана, которого Гревин почти убила, расплющив его тело о стену. Боб же пытался привести в чувство остальных мужчин их маленького клана, рассказывая им, кто он такой и что произошло.

Мэл плакала над растерзанным телом, обильно поливая слезами его лоб, закрытые глаза и щеки и радовалась лишь тому, что он еще дышит. Но получится ли у нее спасти его? Ей это было неизвестно.

По тому, что они обнаружили в комнате, Дазану досталось больше всего. Его отбросили прямо к стене, потом на него же уронили огромный шкаф, стоящий у стены. Зачем было разбивать окно, ни Мэл ни Тайи так и не поняли, но вот откуда был звук разбитого стекла.

Дазан лежал на ее руках, в золотом свете ее магии и не приходил в себя. Тайи сидел рядом с сестрой и пытался хотя бы помочь тем, что наблюдал за молодым человеком пытаясь определить тот момент, когда он откроет глаза: «Ничего. Но он же дышит. Золотая магия уже должна была его излечить, что же не так?»

В комнату ввалились все мужчины их маленького клана и бросились к ним. Тайи видел как опускались тяжело на колени Ян и Киих, как схватился за голову Анн, а Мэл продолжала плакать, глядя на них и пытаясь им рассказать, что у нее не получается, ничего сейчас не получается.

— Может она забрала его душу? — попытался оправдать Дазана Атис, стоящий рядом.

— Я не знаю, — разрыдалась Мэл. Анн прижался к ее спине, находя губами ее затылок. Их связь сейчас была очень острой, он мог чувствовать ее боль, и не только. Сейчас в этот момент, когда в их большой семье случилось такое горе он мог чувствовать и боль Дазана. Так, стоп. Боль?

— Все хорошо, твоя магия излечивает его, ему сейчас очень больно, — зашептал он, пытаясь ее успокоить и вернуть ей способность трезво мыслить.

— Ему нужно дать немного больше времени, — поглаживая ее плечо, и вытирая ее слезы, которые лились нескончаемым потоком, проговорил Киих.

Ян, встал над Мэлисентой и развернулся, рывком дернув на себя Боба, стоящего позади него и прорычал, заглядывая в его глаза: — Кто это мог сделать? Отвечай.

Мальчишка испугался так, что мог в этот момент лишь качать головой, вцепившись в запястья генерала: — Я слышал, что после того, как Шибу убьет госпожу, он должен был забрать брата королевы в столицу.

— Зачем? — Ян спросил и тут же осекся. Действительно ответ так очевиден, не нужно даже больше спрашивать. Все эти дни с Мэлисентой стали для него раем, и он забыл каков тот мир, за этими стенами. Руки опустились сами собой, отпуская мальчика и его тяжелое тело опустилось на пол рядом с Дазаном и плачущей Мэл. Все что он мог сделать в данной ситуации — это надеяться на то, что Питер выдержит все или они смогут каким-то чудом его спасти.

А в это время в темном подземелье дворца, распятый, думал как выбраться из это переделки молодой мужчина, опустив голову на грудь. Как же они были глупы, думали, что Гревин оставит их в покое. Зная сестру, он должен был первым продумать защиту Мэлисенты. Питер встрепенулся, конечно, где Мэл? Неужели она здесь рядом с ним, а он лишь ждет, когда его сестра-палач придет над ним издеваться?