Надежда Соколова – Свадьбе не бывать! (страница 2)

Я сделала несколько глотков, откусила от пирожка. С капустой и картошкой. Отлично, до вечера доживу. А там, после встречи библиофилов, поем дома. Наверное. Если будет что есть. Два пирожка с капустой и картошкой и один – с вишней утолили голод на несколько часов. Теперь можно было вернуться к книгам. Не к работе, все равно посетителей нет, а именно к книгам. Я открыла справочник нечисти и нежити и снова стала заниматься самообразованием.

В нашем городке нечисти водилось не так уж много: русалки, кикиморы, водяные, леший и мавки. Нежити же не было совсем, что меня несказанно радовало, ибо что упырь, что вурдалак описывались в справочнике как существа не только опасные, но и крайне неприглядные. Гниющая плоть, оголенный скелет, периодически отваливающиеся части тела и прочие «радости». Такого «красавца» один раз увидишь – всю жизнь кошмары сниться будут. Если после встречи с ним выживешь, конечно.

Ближе к обеду в библиотеке появился оборотень. Небольшого роста, худой, старый, с выцветшими синими глазами, Линар Зонторский приходил дважды в неделю за периодическими изданиями, все равно, что это было: газеты, журналы или редко появляющиеся в нашем городе справочники.

В этот раз прислали всего две газеты месячной давности: «Веселые тролли» – истории из жизни охотников и рыболовов, «Легкий шаг дриады» – статьи о садоводстве и огородничестве – и один журнал, «Око богов», религиозный, не пользовавшийся популярностью в столице, а потому появлявшийся у нас довольно регулярно.

– Клуб сегодня собирается? – уточнил Линар, пока я заполняла формуляр и вносила нового посетителя в журнал.

– Да, найр Зонторский, как обычно, в пять, – ответила я.

Он кивнул и вышел. Неразговорчивый тип. Он и в клубе обычно молчал, сидел в углу и внимательно слушал, как народ обсуждает прочитанное.

До конца дня больше никто не появился. Не сказать что я была рада этому факту. Все же моя зарплата складывалась в том числе и из нагрузки. Больше посетителей – больше денег. Но и на том спасибо. Я слышала, что в дальних деревнях, где в библиотеках появлялись два-три человека в месяц, работники вообще зарплат не видели. Вот где кошмар-то. И закрыть эти библиотеки нельзя. Указ императора: чтобы в каждом населенном пункте работала такая библиотека. Есть там читатели, нет их, никого не волновало. Деньги на библиотеки исправно выделялись из бюджета, контролирующие организации смотрели в оба. Приходилось работать.

Глава 3

Профессия библиотекаря была для меня в новинку. На Земле я, сорокалетняя Мартова Вера Павловна, работала бухгалтером в небольшой строительной компании, работу свою терпеть не могла, но оставалась там сразу по нескольким причинам, одна из которых – близость к дому. Попав неожиданно в другой, фэнтезийный мир, я стала привыкать и к новому образу жизни, и к новому имени, и к новой профессии. Для меня все было в диковинку, все удивляло и порой пугало. Услышав первый раз крик грифона, я вздрогнула и с трудом подавила желание перекреститься. А вид оборотня в неполном обороте поверг меня в ступор. Хорошо хоть это была иллюстрация в книге, а не реальная встреча на улице за сутки до полнолуния.

Жизнь в городке была насыщенной, несмотря на его небольшие размеры. То две домовушки подерутся из-за перины на общем заборе, и потом кумушки обсуждают, у кого под глазом фингал лиловый, а у кого – светло-голубой. То тролли, все четверо, напьются и начнут дебоширить. Приходится вызывать охранителей порядка – кентавров. То Алессандро Нортомский, тот самый единственный наследник графа Нортомского, захочет проверить работоспособность вычитанного в художественной литературе снадобья, и воздух потом напоминает озеро, наполненное разлитыми духами. В общем, скучно тут не бывает.

До вечера в библиотеку никто не заглядывал. Но едва часы на городской башне торжественно пробили пять, намекая на возможность заканчивать рабочий день и идти наконец-то домой, как в дверь библиотеки постучали.

Первый участник клуба любителей чтения переступил порог со стулом в руках и с набитой книгами авоськой на плече. Стульев в библиотеке практически не было – не положено, в статье расходов не предусмотрено, все же роскошь это, а не необходимость, – и каждый, кто приходил сюда во вторник вечером, приносил с собой собственное сидячее место. Линар Зонторский и тетушка Алиссая приходили с табуретками. Алессандро Нортомский тащил стул. Ведьма Арина, как она всем представлялась, сухонькая, сморщенная пожилая женщина, каждый раз щелкала пальцами и усаживалась в появившееся из воздуха кресло. Оборотница Витория, симпатичная молодая вдова, обожавшая любовные романы, с моего разрешения усаживалась на подоконник. Ее тонкий стан, обтянутый шелками или чем-то потеплее, обычно служил приманкой для всех мимо проходивших мужчин. После этого в библиотеке прибавлялось посетителей, на пару дней точно.

Последняя участница клуба, невысокая тонкокостная домовушка Ангелина, всегда сидела прямо на полу.

Приходили все члены клуба вовремя. И сегодня в пять минут шестого все, как обычно, были в сборе.

Народ расселся по привычным местам, и в небольшой комнатке сразу стало тесно.

Тетушка Алиссая, как всегда, председательствовала.

– Кто какую книгу прочел на прошлой неделе? Делитесь, рассказывайте, – не вставая со своего табурета, предложила она.

«Прямо урок литературы в школе», – улыбнулась я про себя.

В дискуссиях клуба я не участвовала, практически всегда пропускала их общение мимо ушей и сидела исключительно как представитель администрации.

Вот и теперь, пока собравшиеся в библиотеке общались между собой, я думала о том, что буду есть на ужин. А ведь завтра нужно встать в шесть. Снова. На этот раз по собственной воле. Следовало зайти на почту и забрать официальные письма, адресованные мне как библиотекарю и отправленные моим начальством из столицы. Ну, или письмо, если начальство сильно разленится и решит обойтись уймой наказов в одном конверте.

На почте работала человечка, Ванеса Ронийская, округлая дама приятной наружности, как она любила о себе говорить. Невысокая, полная, голубоглазая блондинка, она в свои тридцать лет, считавшиеся в этом мире чуть ли не преклонным возрастом, не теряла надежды выскочить замуж. Зачем ей это, я не понимала. Состоятельная, свободная дама, имеющая и свой дом, и неплохой доход от сдачи в аренду участков земли, она специально устроилась на почту. Говорила, что так она будет ближе к народу, а значит, у нее появится больше шансов выйти замуж. На мой вопрос, что она нашла в том замужестве, она недоуменно пожала плечами: «А что, я хуже остальных, что ли?» На этом тема была закрыта.

Тем временем собрание клуба завершилось. Участники проговорили около часа и решили, что пора расходиться. Все же осень, по вечерам холодно и темно, добираться до дома тому же Алессандро по плохо освещенным улицам минут пятнадцать.

Народ разошелся быстро. Последней ушла гномка.

– Выспись наконец, – проворчала она, прощаясь со мной.

– Я постараюсь, тетушка Алиссая, – улыбнулась я. – Доброй вам ночи.

В библиотеке опустело, я облегченно вздохнула и зашла в подсобку. Там, на дальнем крючке, висело мое пальто, серо-голубого цвета, длиной до щиколоток, на теплой подкладе. Внешний вид у меня в нем был, как у записной старой девы, причем преклонного возраста. Но мне было плевать. Я не собиралась в ближайшее время выходить замуж или заводить любовника. И комфорт ценила выше внешних данных.

Домашние черные туфли с высоким истоптанным задником, в которых я ходила по библиотеке, были оставлены в подсобке. Вместо них я обула коричневые сапоги с высокими голенищами. На голову – шапку непонятного цвета, якобы из меха. Все. Теперь можно спешить домой. Перчатки, правда, надо бы прикупить, но потом, потом, с первой же зарплаты. Пока руки в карманах подержу.

Я вышла из библиотечного зала, закрыла дверь, пересекла небольшой полутемный коридор, открыла входную дверь и вышла на улицу. Ключ повернулся в замке.

Библиотека закрыта. А меня ждет мое уютное, пусть и не особо богатое, жилье.

Глава 4

Улицы здесь практически не освещались. Не знаю, по какой причине. Может, государство экономило на провинции, может, многим расам это было не нужно, потому что они отлично видели в темноте. Но в любом случае во всех районах города ночью темень стояла кромешная. И конечно же, с закатом солнца жизнь в городе замирала. Народ разбредался по домам и старался не появляться снаружи поодиночке. Мало ли что. Хоть нежити и не было, но и нечисть могла пошутить, завести куда-то, напугать, просто сбить с пути. Компанией все же из любой передряги выбираться проще.

У меня компании не было. Да я и не особо стремилась к ней. По натуре одиночка, я предпочитала преодолевать трудности самостоятельно.

Улица встретила меня вечерней свежестью, ветром и сыростью. Все вместе заставило меня натянуть воротник пальто повыше и засунуть руки в карманы. Не сказать чтобы я была мерзлячкой, но местный холодный и сырой воздух легко мог привести к бронхиту.

Пять минут пути по темной улице, плохо освещенной одним единственным фонарем за полквартала отсюда. Я привычно семенила по мощенному круглым камнем тротуару. Пять минут пути, всего. Благо квартира находилась через три дома. И за эти пять минут я успею замерзнуть. Нужно будет обязательно выпить горячий чай, когда попаду домой. С последней долькой лимона. И без сахара – для фигуры вредно.