Надежда Соколова – Муж из другого мира (страница 9)
– Димирий, я вот тут подумала… Ваш родственник очень уж торопится с зачатием наследника… Может поменяться что-то в политической обстановке?
– Да, – кивнул отрешённо мой собеседник, – княжество собирается посетить делегация драконов. Кроме того, эльфийский правитель серьезно рассматривает возможность брачного союза между своей племянницей и приёмным сыном князя.
– И как эти события связаны с вами? – удивилась я.
– Я, как советник князя, должен буду присутствовать и там, и там – объяснил муж.
– Дурачье, – хмыкнул неуёмный бог. – Вместо того чтобы в угадайку играть, начали б наследников рожать!
– Обязательно. Только сначала чувства, потом наследники.
Граф приподнял уголки губ в иронической улыбке.
– Так чувства или обстановка?
– Желательно и то, и другое, но так как первого еще ждать и ждать, а ваш предок торопится, то хотя бы второе.
– Хорошо, я попытаюсь до вечера осилить парочку любовных романов, – все так же иронично пообещал супруг.
Мы с богом вздохнули. Синхронно.
До ужина оставалось не так уж много времени, я поднялась в свою комнату и с помощью проворной Литы переоделась в шёлковый халатик длиной до колена. Настоящий разврат, по мнению завистливо облизнувшейся Эльзы. Подождав, пока служанка перетащит одно из кресел к окну, и усевшись, я бездумно уставилась на улицу. Настроение… Не было никакого настроения… Как-то сами собой припомнились классики с горевшими на столах свечами, прекрасными дамами под вуалями и странными мальчиками, сводящими с ума2. Чувства. Где они, те чувства? Горькая насмешка злобной судьбы. Стремилась замуж – вышла за того, кому сто лет не нужна. Нет, всё верно, любви никто не обещал, да я и не просила. Но ведь хочется, чтобы в постель с женой граф, наконец-то, лег не только из чувства долга.
– Вера! Вера, ты плачешь?
И почему некоторые никак не научатся стучать?
– Все в порядке, Эльза. Не обращай внимания. Я просто пообщалась с вашим богом…
– С Диаром?
– Да. Скажи, драконы – это кто?
– В смысле? – удивилась якобы подруга, садясь в кресло напротив.
Миленькое на ней платье, даже не скажешь, что домашнее: нежно-голубого цвета, длиной по колено, скроено по фигуре, пышные юбки, узкий лиф. Чувствую, прозреет ее муж, скоро уже, а вот мой…
– В смысле, это ящерицы, змеи, оборотни или кто?
– Ох, Вера, – хихикнула жена эльфа, – ну ты даешь. Змеи, скажешь тоже. Не уверена, что их можно назвать оборотнями, но да, они двуипостасные: и люди, и ящеры.
– Насколько я помню, они держатся особняком? Тогда зачем решили появиться здесь с визитом?
– Не то чтобы особняком. Просто не видят смысла в контактах. У них в стране есть все, что нужно для жизни. А насчет визита – это лучше у графа спросить.
– Эльза, а межрасовые браки с ними заключаются?
– Редко. Раза два-три в поколение. Смески всегда слабее чистокровных, потому драконы и ценят свою кровь и не желают разбавлять ее.
– У эльфов так же?
– Нет. Мой муж, например, смесок, его мать – женщина из этого княжества. Но он получил при рождении полную эльфийскую силу. А его кузен, несмотря на такой же брак, уродился почти чистокровным человеком. Здесь не угадаешь.
Ох, как же все запутано…
– Вера, кстати. Я почему к тебе пришла. Ты не знаешь, зачем Димирию понадобились любовные романы?
Представив себе в красках супруга, спрашивающего у жены друга, где стоят подобные тексты, я рассмеялась.
– Знаю. Возможно, у нас сегодня будет брачная ночь. Если он, конечно, все сделает правильно.
К ужину граф не спустился. Видимо, тщательно готовится, решила я, так как Лориан сидел напротив и с аппетитом поедал какое-то местное блюдо ядовитого фиолетового цвета. Эльза, расположившаяся справа от мужа, следовала его примеру. Мне же есть не хотелось. Совсем.
– Вера, ты клюёшь, как птичка, и откуда в тебе силы будут ребенка вынашивать? – ворчливо поинтересовалась приятельница.
– Никак не привыкну к вашей кухне, – пожала я плечами, – для меня блюда то пресные, то острые. Хорошо хоть солите вы в меру.
– Так прикажите готовить себе отдельно, напишите слугам рецепт, – посоветовал эльф. – Эльза права: пока вы привыкнете, может и истощение наступить.
– Да, наверное, так и сделаю, – кивнула я, думая больше о предстоявшем ночном «мероприятии», чем о рецептах для повара.
Закончив ужинать, вернее, долго жевать один несчастный фрукт ярко-розового цвета, я поднялась в спальню, переоделась с помощью Литы, надела очередную длинную ночную рубашку и улеглась в постель. Рядом, на подушке, снова лежала книга, на этот раз, для разнообразия, детские сказки. В любовных романах обычно пишут о свечах, заливавших спальню ровным светом, о трепетной девственнице, страдающей от одной мысли о необходимости расстаться с невинностью, о длительном ожидании мужа или возлюбленного. Понятия не имею, что там насчет ожидания, а вот свечей, как по мне, было маловато: буквы в книге разглядеть, конечно, можно, а, например, темный угол наискосок от кровати – нет. Да и девственница страдать отказывалась. Бог-родоначальник уже успел довести меня до предела своими постоянными требованиями зачать наследника, и теперь я просто-таки мечтала потерять девственность, искренне надеясь, что после этого неугомонный старик наконец от меня отстанет.
– Вера? – позвал с порога знакомый голос.
Мужчина, красовавшийся в домашнем костюме – штаны и майка непонятных цветов – подошёл поближе, положил на кровать два любовных роман. Похоже, тексты все же были прочитаны. Закрыв за собой дверь, Димирий вернулся и сел на постель.
– Вера, вы же умная девушка, это видно и по вашему общению, и по взглядам на жизнь! Как же вы можете читать подобную чушь?!
Вот нечто подобное я и ожидала. Занудный ученый, удовлетворяющий свою похоть со служанками и не желающий возвращаться из храма науки в реальную жизнь.
– …и ведь если обратить внимание на главного героя данного романа, как бишь его там? Ларсен? Вы только посмотрите на него, он же полностью не приспособлен к жизни: маменькин сынок, меняющийся под действием любви к одной конкретной девушке, причем…
– И долго ты его слушать будешь? Так и вторая ночь без результата пройдет.
Смотрите, кто объявился. Похоже, собирается брать действие в свои руки, заодно и удостоверится, что процесс пошёл.
– Что я там не видел, дурында. Если вас обоих сейчас лбами не столкнуть, вы снова время потеряете.
– Вера! Вера, вы меня слышите? Снова предок? Простите, я забыл активировать амулет Силы, – граф оторвался от романов, полез в правый карман, достал небольшой синий кругляш, сжал его в руке и удовлетворенно улыбнулся:
– Вот так, теперь нам точно никто не помешает. Так на чем я остановился? Ах, да… Ларсен…
– Димирий, – не выдержала я, – вы целоваться умеете?
Мужчина оскорбленно вскинулся:
– Естественно!
– Тогда, может, вы меня поцелуете?
Ночь прошла результативно. Как оказалось, супруг умел не только целоваться. Недействующая левая рука практически не мешала, и ближе к утру его светлость все же расслабился.
– Похоже, предку нужно сказать спасибо, – пробормотал он, лежа рядом и поглаживая мои волосы.
– Скажем – он еще больше возгордится, – мне было хорошо, причем настолько, что даже бог не смог бы испортить чудесное настроение.
– Куда уж – больше, – хмыкнул муж.
К завтраку я не спустилась – дождавшись, когда отчаянно зевавший муж наконец-то уйдёт по своим архиважным научным делам, я завернулась в одеяло и, почувствовав себя гусеницей в коконе, заснула. Проснулась ближе к обеду от громкого урчания в животе. Пришлось вставать и идти умываться. В принципе, я и раньше могла ночами не спать – то одна срочная подработка, то другая, – но к хорошей жизни, как выяснилось, быстро привыкаешь. В этом мире я находилась меньше месяца, а уже воспринимала как должное и помощь служанки, и долгое нежение в постели, и красивую качественную одежду.
Приведя в себя в порядок, я дождалась Литу, облачилась с её помощью в светло-голубое шёлковое платье длиной до середины икры и неспешно спустилась вниз. В кабинете чаёвничала в одиночку Эльза. Увидев меня, девушка хитро прищурилась:
– Похоже, тебя можно поздравить?
– Смотря с чем, – не видя причин стыдливо краснеть, равнодушно пожала я плечами. – С потерей девственности – можно, с остальным – пока не знаю.
– Вера, – вместо меня мгновенно заалела щеками утончённая жена эльфа, – ты порой бываешь чересчур откровенна. В приличном обществе так не говорят.
– Так то в обществе. Мы с тобой тут вдвоем. Где ж общество? – я села на стул напротив, налила в пустую фарфоровую чашку крепкий чай из заварника и демонстративно принялась пристально рассматривать сценку с пастухами и пастушками, изображенную на посуде. – Мне кажется, или они целуются?
– Не кажется, об этом как раз говорить можно. А вот так как ты…
– Ясно. Двойные стандарты и псевдопуританское общество.
– Не ругайся, – хмыкнула собеседница, – а то страшный секрет не открою.
– Судя по твоему тону, секрет действительно страшный, – задумчиво пробормотала я, намазывая на подсушенный хлебец фиолетовое варенье, – но я не уверена, что хочу его знать.