Надежда Соколова – Морская песнь для двоих (страница 2)

Расшифровать их речь, увы, пока не удалось никому. Но я, плотно работая с этими млекопитающими, смогла запомнить некоторые звуки и понять их примерное значение. Сейчас дельфинчики просили меня о помощи.

Не знаю, о чём я думала в тот момент, и как собиралась помогать кому-то в открытом море, не имея ничего с собой, но я ухватилась руками за спинной плавник двух самцов (определила по их размеру), и мы поплыли. Третий дельфин – самка – плыла за нами.

Плыли мы быстро, то погружаясь немного под воду, то всплывая наверх. К концу пути у меня затекли руки, и я начала подмерзать. В дороге мы, навскидку, провели несколько часов, а учитывая, что дельфины могли развивать скорость до 40км/ч, я предположила, что мы преодолели около 100 км.

Пока дельфины несли меня в одном им ведомом направлении, я думала, что могло случится? Почему дельфинам понадобилась помощь? Их сородич ранен? Или застрял в сетях? Или застрял на мели, вроде бы где-то здесь должно быть несколько мелких островов?

А главное, как я смогу помочь? Всё, конечно, сильно зависело от ситуации. Но на крайний случай я надеялась на свой телефон, который, к счастью был со мной. На нём было установлено специальное приложение, разработанное ассоциацией защитников морских животных. С его помощью без связи и интернета можно было вызвать ближайшую спасательную бригаду.

Само то, что афалины просили помощи у человека, меня не удивило. Такое редко, но случалось. А вот то, что сразу три дельфина приплыли ко мне – это необычно.

Видно, сегодня день фантастических неожиданностей! Даже интересно, чем ещё он меня удивит!

И вот мы наконец приплыли.

То, что открылось моему взору, удивило настолько, что я замерла, точнее окаменела и даже начала тонуть, но дельфин носом вытолкнул меня на поверхность.

Такого я себе даже вообразить не могла!

Глава 2

Как я и предполагала, приплыли мы к одному небольшому островку. С этой стороны острова находился большой пляж с белым мелким песочком, дальше начинались джунгли и скалы. Вероятно, этот пляж – единственный подход к острову.

И чем ближе мы подплывали, тем темнее становилась вода, окрашиваясь в бурый. Мне это совсем не нравилось, ведь могло означать лишь одно – кровь. Чувство беспокойства, посетившее меня, когда я только встретила дельфинов, сейчас многократно усилилось и накрыло с головой. А ещё появился страх.

На мели, положив голову на песок, лежал вовсе не дельфин. И не любое другое морское животное.

Это было неизвестное науке существо. Длинное змеиное тело скрутилось кольцами и было сложно оценить его размер, но навскидку толщина тела достигала метров 3, а длина около 20 м. В общем размер этого гиганта был сравним с китом. У него были четыре короткие относительно туловища лапы с острыми когтями. На передних лапах располагался плавник. От головы по всей длине хребта тянулся плавниковый гребень с острыми шипами. К бокам были прижаты длинные крылья. А хвост заканчивался причудливым плавником. Его чешуя переливалась всеми оттенками от бирюзового, лазурного и сиреневого до глубокого синего и яркого фиолетового. Но бирюзовый цвет был ведущим.

Приближаться к существу было и любопытно и страшно одновременно. От него веяло дикой необузданной силой и хищной опасностью. Его зубастая и шипастая голова была повёрнута от меня в другую сторону, что немного успокаивало. Ведь по всему выходило, что передо мной морской дракон.

С ума сойти, настоящий морской дракон!

Хотя нет, не так. Морским драконом называли хищную ядовитую рыбу, обитавшую в прибрежных водах Атлантики, а также Чёрном и Средиземном морях.

А передо мной лежал мифический морской дракон, что, впрочем, не делало его менее настоящим.

Но всё это было сейчас неважно. Этот великолепный, мощный и сказочно красивый зверь умирал. Рядом в воде лежал большущий окровавленный гарпун. В брюхе зверя зияла громадная рваная рана. Кажется, дракон собственными зубами выгрыз оружие из своего тела. Хорошо хоть, внутренние органы не задел, насколько я могла судить.

Дельфинчики кружили вокруг меня и кричали, требуя спасти друга, и кажется даже подбадривали своим пением дракона, призывая не сдаваться.

А мне на глаза наворачивались слёзы, а сердце разрывалось от боли и сострадания к этому прекрасному созданию. Хотелось лично загарпунить всех тех уродов, что так безжалостно относятся к живым существам.

А вот помочь… Что я могла сделать?

Идею позвать спасательную бригаду откинула сразу, как увидела дракона. Если он и доживёт до их приезда, они скорей всего сами его убьют. Чтобы изучить. Как же, такая немыслимая находка! Наши учёные порой были такими живодёрами, похуже тех, кто ранил этого дракона.

А даже если они попытались бы его спасти. Я даже не знала, как к этому делу подступиться. Ведь рану даже зашить не получилось бы. Там просто куска плоти не было. Здесь только пересадка мягких тканей могла бы спасти. Только пересаживать было нечего: он единственный в своём роде. И потерял много крови. Просто немыслимо много. Я поражаюсь, как сюда ещё армия акул не слетелась!

«Помоги! Спаси!» – плакали дельфинчики.

– Милые, что же я могу сделать? Я не знаю, как его спасти. – Проглотив застрявший в горле ком, прошептала я.

«Пой!» – на три голоса ответили афалины.

– Петь? – удивилась я, и они закивали в ответ.

Петь я любила, в том числе во время работы. И не раз замечала, что мой голос успокаивает животных. Они любили слушать как я пою.

Возможно, дельфины просили спеть, чтобы облегчить страдания дракона, успокоить и разделить его боль, чтобы он не чувствовал себя одиноким?

Но откуда эти дельфины узнали о моей способности? Сарафанное радио у них что ли в океане? Я бы уже ничему не удивилась.

Я подошла к дракону и уселась возле его морды. Страх давно исчез, как не бывало. Что-то внутри подсказывало мне, что зверь не опасен. Он не тронул бы меня, даже если бы был здоров.

Дракон был в сознании. Он открыл глаза и посмотрел на меня взглядом полным боли и страдания. Но в нём было и ещё кое-что: светлая и не сгибаемая надежда.

Мне снова захотелось плакать. Я протянула руку и погладила морду дракона, а потом и обняла его. Чешуя была горячей, гладкой и очень приятной на ощупь.

Зверь слабо пророкотал что-то в ответ. Я сердцем почувствовала, что в этом рычащем звуке была скрыта благодарность.

И я запела. Тихо, без слов, передавая в мелодии своё искреннее и безмерное сострадание и горячее желание помочь, своё бессилие и грусть, что не могу спасти, своё неподдельное восхищение красотой и силой воли дракона, свою жгучую злость на тех, кто сотворил такое, и свою бесконечную и безусловную любовь к нему и ко всему живому.

А дельфины вторили мне, вплетая в мелодию свои голоса и свои чувства.

Я отдалась песне, что шла из моего сердца, целиком и полностью. Для меня сейчас не существовало ничего и никого. Мир вокруг потерял краски. Остались только я и дракон. Он смотрел на меня своим жёлтым глазом (второй на другой стороне морды было невидно), наверное, боясь, что я исчезну, если он закроет глаза. А я в своей песне без слов обещала, что не брошу, буду рядом с ним до конца, не предам. Через песню я отдавала ему всю свою любовь, что жила в моём сердце, в надежде, что это поможет хотя бы снять боль.

Не знаю, сколько я так пела, может минуту, а может вечность. Я не чувствовала ни сухости и боли в горле, ни жара солнца, опалявшего пляж, ни жажды, ни обиженных рулад голодного желудка. Всё это не имело никакого значения перед горьким страданием живого существа.

В какой-то момент мой голос кончился. Я больше не могла продолжать петь. Тогда я поцеловала дракона в нос и положив голову ему на морду, замерла. Просто лежала и делилась с ним своим теплом.

В этот момент что-то произошло. Дракон заворочался, хотя до этого лежал неподвижно, и заурчал, выражая свою благодарность и почему-то радость. Но выяснить что именно произошло и почему, у меня просто не было сил. Картинка перед глазами не желала фокусироваться и всё расплывалось. На сознание наплывала мягкая бархатная темнота, суля отдых. Сопротивляться ей не было ни сил, ни желания.

Я уснула под ласковое урчание дракона, в котором мне почему-то слышалось «Истинная», «дарованная Океаном».

Наверное, приснилось.

Глава 3

Прохладная живительная водичка закапала на моё лицо, и я попыталась поймать спасительные капельки пересохшими губами. Мучавшая меня жажда прогнала сказочный сон, где я плавала в море и играла с дельфинами в мяч. Я проснулась. Кто-то поднёс к моему лицу свёрнутый чашей лист полный воды. Я стала жадно пить. М-м-м, прохладная, потрясающе вкусная вода смывала образовавшуюся во рту пустыню. Одного листа, чтобы утолить душившую меня жажду, мне не хватило, и я попросила ещё. Теперь пила медленно и вдумчиво, оглядываясь вокруг.

Я лежала на настиле из листьев, на земле. Прохладный озорной ветерок приносил запах соли и водорослей. Он играл с моими волосами, охлаждая тело после жаркого дня. Густые зелёные джунгли расступились в стороны, открывая это чудесное место для отдыха. Невдалеке весело журчала голубая речка. А с другой стороны через несколько метров был обрыв, где внизу шумело море, разбивая об острые камни свои синие пенные волны. Вот над водой сверкнул тёмный плавник вынырнувшего дельфина, а потом ещё один и ещё. По водной глади прочертило золотую дорожку заходящее солнце. Оно медленно клонилось к горизонту, где бездонный океан соединялся с бескрайним небом. Жаркое светило уплывало от нас, чтобы согреть своими лучами другую сторону нашей планеты, напоследок расцвечивая голубое небо в огненно-яркие цвета: оранжевый, красный и розовый. Невероятно прекрасное зрелище!