Надежда Соколова – Кафе на Мировом дереве (страница 2)

Я встретилась взглядом с его глазами. Они мигали, мерцали, светились. У меня не получалось уловить их цвет, поэтому я сосредоточилась на голосе Ронтара.

– Ты пойдешь в зал. Увидишь группу парней. Красивых парней. Неверных парней. Таких, как твой бывший. Ты не боишься их. Тебе хочется отомстить…

– Нет, – решительно оборвала я непонятное внушение. – Я не буду никому мстить.

Ронтар оторвал от меня взгляд, удивленно качнул головой.

– Ты – первая, кто не поддался моему гипнозу…

– Ронтар! Ронтар, помощь нужна, – в кухню влетела взмыленная Ларуна, – я там одна не справляюсь.

– Бери ее, – кивнул на меня Ронтар. – Что? Она ничего здесь не знает, подпускать ее к плите опасно. Пусть заказы разносит. Хуже не будет. Ну же. Вперед. Обе.

– Под твою ответственность, – проворчала Ларуна. И уже мне, угрюмо. – Пошли, смертница.

Почему смертница, она объяснять не стала, а мне было все равно: то ли еще действовала вода из Источника Забвения, то ли предательство близких людей убило во мне многие чувства.

Зал шумел и сверкал. Звуки переплетались с освещением, создавая неповторимый узор. Мне казалось, что здесь, в этом зале, сосредоточена здесь и сейчас настоящая жизнь, яркая, красочная, насыщенная событиями, чувствами, эмоциями. Столики были заполнены странными существами различных рас и цветов. Сомневаюсь, что среди них сидели люди. Зато герои всяческих мифов были представлены в большом разнообразии. Столы и стулья оккупировали те, кто побольше и помассивней. Те, кто поменьше и полегче, летали в проходах и под потолком, сидели, лежали, стояли на подоконниках, кое-кто обосновался у самой крыши, довольно посверкивая глазами.

– Что встала? – грубовато толкнула меня в спину Ларуна, не позволив рассмотреть посетителей в подробностях. – Третий столик от двери. Красавцы с клыками. Видишь?

Я перевела взгляд на указанный стол. Деревянная мебель, полированная поверхность. Ничего примечательно. В посетителях я тоже ничего примечательного не заметила. Парни и парни. Высокие, светловолосые, мускулистые. С клыками. В костюмчиках. Какая, собственно, разница, кого обслуживать?

– Подойдешь, примешь заказ. И обратно, на кухню. Не разговаривай с ними. В глаза им не смотри. Поняла?

Я кивнула, получила в руки обычные блокнот и карандаш и уверенной походкой направилась к клиентам, надеясь, что мои джинсы, блузка и кеды не особенно выделяются среди одежды местных существ.

Природа не одарила меня красотой. Да, страшненькой меня назвать было сложно, все же правильные черты лица, яркие зеленые глаза, прямой нос и пухлые губки в наличии присутствовали, как и густые каштановые волосы, но все же, откровенно говоря, красавицей я себя не считала. Максимум миленькой. До поступления в вуз с парнями я не встречалась – родители запрещали, заставляя усиленно готовиться к поступлению на выбранный факультет. Андрей стал моим первым мужчиной, моей первой любовью. Я не желала верить народной мудрости, твердившей, что первая любовь практически всегда заканчивается разбитым сердцем, наверное, потому и плакала тогда на лавке так горько. С другой стороны, именно разбитое сердце и спасло меня, как я потом поняла, от чар первых клиентов: я просто не обратила ни малейшего внимания на красоту тех, кем откровенно или скрыто восхищались, казалось, половина зала. Одного красавчика, предавшего меня, мне на тот момент было достаточно. Остальных в своей жизни я откровенно считала лишними, а потому, подойдя к столу, приготовилась старательно записывать заказ. Не разговаривать, не смотреть в глаза – я собиралась с точностью исполнить приказ Ларуны. Увы, не получилось.

– Такая красавица и подавальщица, – обладатель бархатного, обволакивающего голоса, видимо, отлично знал, как его речь обычно действует на представительниц противоположного пола, потому что говорил неспешно, с ленцой. Этакий барин, терпеливо ждущий, когда тихая горничная сама изменит свое мнение и прыгнет к нему в постель. – Посмотри на меня, милая.

Мысленно послав молодого человека по известному всем направлению, я вздернула голову и с вызовом посмотрела в глубокие, как омут, темно-вишневые глаза. Терпеть не могу все эти «милая», «красивая» и прочую чушь. Какая я ему милая, если мы не знакомы?!

– Что будете заказывать? – холодно уточнила я, сверля клиента взглядом.

Да, высокий, да, со спортивной фигурой, да, для кого-то, наверное, красивый, по крайней мере, черты лица правильные, не расплывшиеся. Но не для меня.

Парни между тем недоуменно переглянулись. Пауза затягивалась. Я нетерпеливо напомнила:

– Заказ. Вы пришли сюда поесть. Что будете заказывать?

– Скажи Ронтару – Дитору и друзьям как обычно, – в голосе клиента сквозило непонятное удивление.

Я равнодушно кивнула, убрала блокнот и карандаш в глубокий карман передника, развернулась и направилась в сторону кухни. Как обычно, значит, как обычно. Пусть теперь Ронтар с заказом разбирается.

У самой кухни меня перехватила Ларуна.

– Ты нормальная? – зашипела она раздраженно, ухватив меня за рукав блузки. – Кто так с инкубами разговаривает?! Они теперь от тебя не отстанут!

– Я не местная, – вся так же равнодушно ответила я, не предпринимая попытки высвободить руку. – Дитор приказал передать, что ему и его друзьям как обычно. Какой следующий столик?

– Ты с рождения на голову пришибленная, – фыркнула недовольно Ларуна. – Не может вода так на тебя действовать, уже давно все сроки прошли.

Я не стала спорить. Потом, когда окажусь в выделенной мне комнате, все обдумаю, может, даже поплачу, но не сейчас, не перед всеми. Не дождутся моих эмоций.

– К гномам иди, – Ларуна небрежным кивком указала на столик рядом с входной дверью. – Они парни нормальные, там ты неприятностей точно не отхватишь.

Я приняла информацию к сведению, развернулась и отправилась к гномам.

Глава 2

РАГУ ИЗ БЫЧЬИХ ХВОСТОВ: Бычьи хвосты на 6-8 часов замочить в холодной воде. Затем oбмыть, oбсушить, нарубить. Хвосты обжарить на раскалённой сковороде с жиром. Если они все еще будут помахивать кисточкой, привяжите их канатом к сковороде или прибейте гвоздями. Добавьте петрушку, ватрушку, воду, соду, моду, соль, моль, толь, роль, ноль и можете звать гостей, … которых не любите!

Из Интернета

Гномы орали похабные песни.

Ай, поймал-то я молодку

Возле горки у реки,

Пощипала мне бородку,

Когда стягивал портки2,

– неслось по залу.

Крепко сбитые, широкоплечие коротышки с небольшими аккуратными бородками, они явно не обладали ни слухом, ни голосом. Но сообщать им это я не стала.

– Что будете заказывать? – уточнила я, подходя к столу.

– Тебя, красавица, – последовал ожидаемый ответ.

– В каком виде? Жареную? Вареную? Тушеную? С подливой или без? Овощи для гарнира нужны?

Певцы резко замолкли. Те, кто ел, поперхнулись. На меня посмотрели, как на не особо душевно здоровую.

– Девушка, вы в порядке? – осторожно уточнил один из гномов. – Вообще-то, это была шутка.

– Я на работе. Жду заказ.

Последовал многозначительный обмен взглядами.

– Принеси нам эля и жареного мяса, – заказа я все же дождалась, записала и отправилась на кухню.

Там, стоя у окна и яростно жестикулируя, что-то доказывала Ронтару взвинченная Ларуна.

– О, пришла! Ты только посмотри на нее! Спокойная и безмозглая! – накинулась она на меня. – Ронтар, нельзя ее здесь оставлять! Она нам всех клиентов распугает! Вот как так можно было с инкубами разговаривать!

– У вас клиенты неадекватные и сексуально озабоченные, – сообщила я, кладя на стол заказ. – Что инкубы, что с гномами.

Ларуна театрально схватилась якобы за сердце.

– Ты и с гномами уже… Что ты им сказала?!

– Попросила уточнить, в каком виде они хотят меня съесть: жареную, вареную, с подливой…

Я не договорила: Ларуна побелела, видно, от ужаса, а Ронтар раскатисто расхохотался.

– Не распугает, Ларуна, – отсмеявшись, сообщил он, – идите обе в зал. Лика, заказ инкубов на подносе у двери. Отнеси.

Я повернулась: на широком столе из необработанного дерева действительно находился жестяной поднос. Две пузатые стеклянные бутылки с мутным напитком, несколько небольших вяленых рыбин, почему-то веточка укропа. Странный набор. Кивнув, я подхватила поднос и вновь отправилась к сердцеедам.

– Ваш заказ, – поднос появился на нужном столе. Я стала расставлять бутылки.

– Оставь, милая, мы сами. Присоединяйся, – все тот же красавчик призывно улыбнулся мне. Явно кто-то с первого раза не понимает.

– Обслуга кафе в заказ не входит, – сообщила я, забирая поднос.

Останавливать меня не стали.

Следующие несколько часов я прилежно разносила заказы, параллельно знакомясь с новыми расами. Дриады на меня даже не взглянули. Тролли попытались схохмить, наткнулись на мое равнодушие и замолчали. Мелкие феи, пировавшие на одном из подоконников, сообщили мне, что в Межмирье я с таким отношением к реальности долго не продержусь. Вампиры посмотрели плотоядно, явно мысленно выпив всю кровь. Эльфы отстраненно сообщили заказ и вернулись к общению на непонятном мне языке. Горгульи долго и подробно перечисляли все, что должно было быть в блюде и в каком соотношении. Лешие несколько раз подчеркнули, что им нужны только вегетарианские блюда. Как я и ожидала, ни одного человека, кроме меня, в зале кафе обнаружено не было.

К концу рабочего дня у меня адски болело тело. Все. Даже те косточки и мышцы, о существовании которых я никогда не подозревала. Болели ноги, руки, губы, спина. Да даже мозги болели: попробуй запомни неожиданно свалившуюся тебе на голову информацию.