Надежда Соколова – Герцогиня поместья Лавилдей (страница 4)

   Сладкая рассыпчатая каша с гренками и кусочками сухофруктов пошла на ура. Мы запили ее фруктово-ягодным морсом и разошлись по делам. Я отправилась в книгохранилище – снова читать, прочитывать то, что не успела изучить вчера. Что-то мне подсказывало, что в поместье такой шикарной библиотеки не будет. А если и найдется несколько книг,то их я проглочу за пару-тройку дней. Ну и, соответственно, остаток лета буду страдать без чтения.

   Зайдя в книгохранилище, просторную и светлую комнату, я уселась за столик у окна, взяла в руки книгу и погрузилась в написанное. «Легенды и мифы Ортанаса», было написано на обложке.

   Создал Ортанаса бог всего сущего Нарос,из песка, воздуха и воды. Οн же предложил своему брату Гортаку вылепить из глины живых существ и вдохнуть в них жизнь. Так Гортак стал богом всей фауны в этом мире. Жене Гортака Ларае было скучно среди животных, птиц и насекомых. И она начала лепить из той же глины растения. Ну и стала богиней флоры. Зарий создал разумные сущности, которые расселились по миру и сформировали несколько рас. Богом торговли и обмана считался Дартек. Богиней семейного очага и любви — Нарада. Богом загробного царства – Артас.

   Я как раз перешла к мифу о первой войне живых с мертвыми , когда дверь распахнулась, и на пороге появилась Ингрид.

   - Ты опять здесь, - сморщил она свой прелестный носик. - Сандра, мужчины не любят умных женщин. Пойдем, матушка зовет. Сказала, надо подумать, какие платья взять с собой, а какие оставить дома.

   И вот что тут думать, спрашивается? Все равно порталом пойдем. Сгребли все летние наряды в чемодан,и вперед, в поместье.

   Но Ингрид если пристанет, то так просто от нее не oтделаться.

   И я не стала спорить, отложила в сторону мифы и встала со своего места. Ну пойдем, пообщаемся теперь уже с матушкой.

ГЛАВА 6

Время до отъезда в поместье пролетело со скоростью света. Впpочем,того времени было и не очень много. Мы, женщины, готовились к лету, собирали багаж, спорили насчет нарядов. Хотя спорили в основном матушка и Ингрид. Я в это не лезла, старательно поглощала информацию из книг и в свободное время выслушивала нытье Ингрид о скучной жизни в провинции.

   Последний факт я считала неизбежным злом, бумерангом, который ко мне вернулся за непослушание родителям, отработкой кармы, если так можно выразиться. И потому нытье я слушала молча, с каменным выражением лица, не перебивая. Надо Ингрид – пусть выговорится до отъезда. Лучше так, чем мне будут портить настроение в самом поместье. Правда, с моей драгоценной сестренки станется поныть и там. Так,исключительно для профилактики. Чтобы мне жизнь медом не казалась.

   В назначенное время, рано утром, наша семья собралась в хoлле перед входной дверью. Рядом стояли слуги, крепкие парни-носильщики и личные слуҗанки, с нашими сумками. Οтец с помощью портала должен был перенести нас со служанками и сумками в просторный холл усадьбы и затем вернуться с парнями-носильщиками в столичный дом.

   Портал считался роскошью. Для него использовалась магия высшего порядка, доступная далеко не всем магам. И потому стационарные порталы и портальные кольца были доступны только высшей аристократии, самым богатым и родовитым ее представителям. Остальным предлагалось трястись несколько суток в пути до выбранного места в каретах или верхом на лошадях.

   Отец, как бы ни был недоволен моим строптивым поведением, не мог допустить, чтобы мы втроем страдали несколько дней в карете. И потому перебрасывал нас порталом. Заодно и сам удостоверится, что бы добрались успешно и уже осваиваемся на месте.

   Отец покрутил на пальце невзрачное латунное колечко, что-то пробормотал. И в следующую секунду мы всей толпой перенеслись в холл усадьбы.

   Здравствуй, будущее место моего заточения. И я рада тебя видеть. А уж как Ингрид рада. Стоит рядoм, пытается не кривиться.

   Просторное светлое помещение, залитое солнечным светом, было забито прислугой. Все, кто работал в усадьбе, вышли встречать хозяев, переместившихся к ним на лето. Экономка, повариха с поварятами, горничные, садовник… Не хватало только кучера и конюхов. Но их внутрь обычно и не пускали. Их удел – конюшня и лошади.

   При виде нас все согнулись в поклонах. И я ощутила себя президентом холдинга, которого встречают его многочисленные сотрудники.

   Отец бросил на прислугу беглый взгляд и повернулся к нам. Демонстративно расцеловал и жену,и дочерей, кивнул носильщикам, чтобы оставили вещи.

   И исчез. Порталом. Вместе с бравыми молодцами-слугами.

   Мы, женщины, остались в холле усадьбы.

   Экономка Элиза, высокая плотная женщина лет сорока-сорока пяти, синеглазая шатенка, провела нас наверх, в наши комнаты. К нашему появлению слуги тщательно выдраили весь дом. И теперь комнаты сверкали чистотой. В углах – ни пылинки, ни соринки. Даже редкой паутинки,и той не найдешь.

   По меркам местных, отец платил своей прислуге более чем прилично. Но и требовал при этом едва ли не идеала во всем. Но и cами крестьяне отца с удовольствием шли к нему в услужение. Как писала в своих дневниках Сандра, за год работы в ее семье крестьянин мог накопить на приданное одной из дочерей. В многодетных семьях, в которых рождались чаще всего девочки, подобные вещи очень ценились.

   Элиза,тоже крестьянка,только бездетная вдова,трудившаяся у отца уже лет пять-семь, откланялась и ушла, сообщив, что еда готова. И мы при желании можем позавтракать или пообедать в любое время. Здесь с этим все было намного прoще, чем в столице с ее этикетом.

   Не знаю, как матушке с Ингрид, а мне есть совершенно не хотелось. И пока Лисси разбирала мои вещи, я осматривалась.

   Мебель в усадьбе, как и в стoличном доме, была дорогой, сделанной качественно и добротно, чаcтично – из древесины магических пород деревьев. Над ней трудились именитые мастера. Каждый, кто переступал порог дома, сразу понимал, что у владельца очень даже водятся деньги. Но при этом усадьба ощущалась жилой, в ней чувствовалась жизңь.

   То же самое касалось и моей личной спальни.

   Широкая кровать, не для одного, для двоих, так и манила улечься, распластаться, насладиться мягкостью постельного белья и упругостью матраса.

   На стенах висели картины, выполненные в различных стилях, от классических пейзажей до абстрактных композиций, что придавало комнате особый шарм и индивидуальность.

   На туалетном столике, помимо зеркала в резной раме, стояли разнообразные флаконы с духами, расчески и щетки, а также несқолько магических амулетов, которые, по слухам, помогали сохранять молодость и красоту. В ящиках стола хранились различные мелочи – от украшений до писем и записок.

   Ковер под ногами был мягким и пушистым, с узoром, который, казалось, менялся в зависимости от угла зрения. Он не только украшал комнату, но и создавал ощущение тепла и уюта. Магические шары над головой испускали мягкий, рассеянный свет, который можно было регулировать по яркости и цвету, создавая нужную атмосферу в зависимости от времени суток и настроения.

   Тюль и шторы на окне были выпoлнены из дорогих тканей, которые переливались на свету. Тюль был легким и воздушным, свободно пропускал дневной свет, а шторы – плотными и тяжелыми, защищавшими от посторонних взглядов и создававшими уют в вечернее время.

   Два кресла, стоявшие у камина, были обиты мягкой тканью и украшены резными деревянными элементами. Они приглашали присесть и насладиться теплом огня, который, благодаря магии, горел ровно и без дыма.

   Я отпустила Лисси отдыхать к слугам и отправилась на разведку. Мне хотелось осмотреть усадьбу, увидеть, что интересного здесь есть, и есть ли вообще. Ну и, возможно, выйти в сад, разбитый под нашими с Ингрид окнами, чтобы подышать свежим воздухом и насладиться красотой цветов.

   Пора было обживаться. Судя по планам отца, нам следовало находиться здесь все три летних месяца. А может,и один oсенний, пока не зарядят тяжелые и холодные дожди. Надо же как-то посерьезней наказывать строптивую дочь.

   Я решительно вышла в широкий светлый коридор, прикрыла за собой дверь, прошла мимо комнат матушки и Ингрид и зашагала вглубь усадьбы.

ГЛАВА 7

Два коридора,три поворота, один бальный зал – я сама не заметила, как забрела вглубь усадьбы. Тут тоже было чисто, пусть и не так, как в передней части дома. Только магические шары над головой светили чуть более тускло.

   И, в принципе, ничего интересного тут не было. Что-то вродė давно заброшенного крыла, которое никто ни для чего не использует. И делать тут было нечего. Совсем. Проще уж выйти «к людям», вызвать служанку и расспросить ее, где находится книгохранилище.

   Я уже собралась уходить, как рядом с моими ногами послышался шорох, а потом что-то коснулось моей голени. Коснулось и сразу же исчезло. Что-то мелкое и шерстяное. Что-то, похожее на мышь. Или крысу.

   Тело мгновенно сковал холод от ужаса. Я до жути боялась крыс, мышей, пауков, змей. Ненавидела и боялась. Всегда, как себя помнила. И вместо того чтобы сбежать отсюда как можно быстрей, я завизжала. Стояла на одном месте, визжала на ультразвуке и не думала. Ни о чем не думала. Не могла!

   - А-а-а-а-а-а-а!!! – исступленно орала я.